100 рассказов о стыковке и о других приключениях в космосе и на Земле - Владимир Сергеевич Сыромятников
Может быть, это покажется странным, но все происходило именно так.
Нельзя сказать, что компромиссно-научный подход оказался очень удачным. Середина июля — самое жаркое время года на Байконуре и период частых гроз на мысе Канаверал, но об этом, видимо, не думали тогда, когда до полета было еще так далеко.

Руководитель полета космонавт А. С. Елисеев
Позже определили время старта обоих кораблей. Этим важным параметром занимались уже профессионалы — наши и американские баллистики, то есть специалисты, рассчитывающие траектории полета в пространстве и во времени, определяющие все параметры космических орбит. В своих расчетах они учитывают столько требований и условий, что иногда кажется невероятным, как вообще сходятся концы с концами, как удается удовлетворить всем условиям взлета, стыковки и посадки (и только в светлое время) в штатных и нештатных ситуациях.
С нашей стороны эту работу возглавил О. Г. Сытин, баллистик высочайшего класса, отличавшийся столь необходимой для этой специальности пунктуальностью, с американской — Э. Лайнберри, а позднее — К. Янг.
Забегая вперед, надо сказать, что, несмотря на все погодные прогнозы, на трудности и даже неожиданно возникшие неполадки, пуск состоялся точно по плану: 15 июля в 15 часов 20 минут по московскому времени стартовал «Союз», а через 7 часов 30 минут — «Аполлон». Дальнейший полет двух кораблей также проходил точно по намеченному плану, и со стороны казалось, что все шло как по маслу (как любил говорить генерал Т. Стаффорд), или о-кей (любимый возглас полковника А. Леонова).

Экипаж «Союза» к полету готов
Заключительный раздел главы о стыковке в книге «Союз и Аполлон», написанной в 1975 году, начинался словами: «За короткое время от старта до посадки было столько волнующих моментов, что сейчас кажется, будто они слились в один прекрасный миг. Исчезли границы дня и ночи, времени и пространства». Что правда, то правда. Так оно и было. Но — не вся правда. 20 лет спустя я постарался рассказать о том, что не удалось поведать читателям во времена социалистического реализма.

Пуск «Союза-19»
За сценой ярких радостных событий — успешного своевременного старта, точной стыковки и расчетной посадки — порой происходили драматические события, даже решались судьбы людей.
Полет космических кораблей «Союз» и «Аполлон» со стыковкой на орбите стал событием с разных точек зрения: политической и технической, социальной и исторической.
Политики и лидеры обеих стран преследовали свои цели. Прежде всего они старались продемонстрировать мощь своих держав и добрую волю руководства. В Советском Союзе проект ЭПАС представили как очередное большое достижение советской космонавтики. Полет широко освещался всеми средствами массовой информации. Первые страницы центральных и местных газет заполнили броские заголовки и лозунги.

Пуск «Аполлона»
С технической точки зрения совместный полет тоже оказался успешным. Конструкторы и инженеры были удовлетворены тем, как функционировала аппаратура. Однако полет проходил не так гладко, как казалось со стороны. В предстартовые минуты на корабле «Союз» отказало телевидение. С этого эпизода начались события, повлекшие за собой существенные последствия для всей нашей эпасовской команды.
Иногда казалось, что силы на исходе, почти как на войне, пусть самой успешной и бескровной. За большую систему в целом нес ответственность технический директор Бушуев вместе с другими скрытыми руководителями НПО «Энергия» и ракетно-космической отрасли в целом, прежде всего — министром Афанасьевым, который отчитывался перед высшим руководством страны. Специалисты, отвечавшие за свои системы, чувствовали напряжение всеми фибрами своей души.
Что касается меня, то, хотя я и верил в АПАС, настоящее напряжение накопилось, видимо, глубоко внутри. Никогда не забуду, что 16 июля, накануне первой стыковки, я частично потерял зрение. Такого со мной никогда не было. Покинув на время ЦУП и сев в электричку, направлявшуюся в Москву, я, как обычно, достал книгу и вдруг обнаружил, что не могу читать. Ничего не видел: строчки буквально расплылись перед моими глазами. В тот вечер я постарался вовремя лечь в постель, но поспать как следует не удалось. Постепенно зрение восстановилось, но к единице оно уже не вернулось никогда.
Наиболее драматические события произошли 19 июля во время второй стыковки. Похоже, в тот момент моя судьба висела на волоске. По всей видимости, еще немного — и мне бы никогда не удалось ни защитить наш АПАС, ни оправдаться. Наверняка нашлись бы люди, которые смогли бы использовать эту возможность свести со мной счеты.
Я оказался удачливым, судьба не подвела меня во время этой критической операции. Еще большую роль, похоже, сыграла эффективная концепция стыковочного механизма, та самая дифференциальная кинематика.
В свою очередь экипаж корабля «Аполлон» в конце полета, перед самым приземлением оказался на самом краю. Возвращение на Землю с орбиты стало для астронавтов совсем не простым, чуть ли не фатальным.
Недаром за ходом событий, за космической миссией следил весь мир, от простых людей до высшего руководства. По сообщениям из Вашингтона, высший политический и дипломатический корпус, включая нашего «авиатора» А. Добрынина, собрался в Овальном зале Белого дома и с волнением наблюдал за главными событиями, но на голубых экранах ничего не случилось. Яркие «кометы» пролетели, миссия закончилась, и вскоре люди стали терять к ней интерес.
Однако стоит рассказать обо всем подробнее и по порядку.
* * *
В день пуска, 15 июля, «погода благоприятствовала любви». Хотя на Байконуре было жарко, на Мысе тучи вовремя рассеялись. Как сказали потом, там стояла самая благоприятная погода для пуска за последние несколько недель.
Как всегда, первые трудности возникли там, где их не ждали. После того как экипаж «Союза» вошел в корабль, обнаружилось, что бортовое телевидение не работает. Известно, какое значение придавали бортовым телевизионным передачам в первой международной программе. Некоторые всерьез считали, что полет выполнялся с единственной целью — провести ТВ-репортажи. А тут — нет видеосигнала ни с одной из бортовых камер. Что делать? Собралась Госкомиссия. Пускать или отложить старт, чтобы устранить неисправность? Голоса разделились. Бушуев колебался, склоняясь к отсрочке. Несколько