Мой брат Мохаммед Али - Фиаз Рафик
Но брата эта неудача не остановила, а дурацкие идеи продолжали поступать. Какой-то парень пришел с идеей «Чемпионской содовой» (Champ Soda). Просто на банку наклеивалась бы этикетка с именем и изображением Мохаммеда. Компания по производству содовой находилась в Детройте – оттуда был и сам автор идеи. Этого жулика свел с братом Джимми Эллис. Ему пообещали часть дохода за помощь в заключении сделки. Эллис без задней мысли представил парня Мохаммеду. Вот так обычно все и начиналось. Брат поверил этому типу, просто потому что он был знаком с Эллисом. И, конечно, дал зеленый свет, в полной уверенности, что напиток с его именем на этикетке будет нарасхват. Эта затея длилась тоже примерно год. Брат потерял где-то тысяч 100. Производство вроде началось, но толком ничего не вышло. Даже начали выпускать банки и саму содовую, но опять все испортил плохой менеджмент. Еще один провал.
После этого на Мохаммеда посыпались предложения начать какой-нибудь бизнес. Люди поняли, что он готов инвестировать в самые невероятные проекты. Во что только ни вкладывал деньги брат – даже в спа-центры Мохаммеда Али в отелях. А необычнее всего была сделка, которую он заключил с каким-то мутным типом: инвестирование в воду в Саудовской Аравии, представляете? Кто-то умудрился убедить Мохаммеда, что вода в Аравии важнее нефти. Поэтому он начал вкладывать немалые суммы в грузовики, которые якобы развозили воду по всей стране. «Конечно, там вода в цене! – говорили брату. – Ведь это пустыня». И здесь миллионы долларов утекли в песок. Казалось, брат с готовностью соглашается на любое, даже самое безумное предложение.
Необычные встречи
Новая команда консультантов Мохаммеда особенно внимательно отнеслась к разработке плана его ухода из спорта. В июне 1979 года сняли целую телепрограмму, в которой он объявлял об окончании карьеры. А месяцем раньше брат поехал в девятидневный тур по Европе, и в каждом городе участвовал в трехраундовых выставочных боях. Этот тур был прощальным для Мохаммеда, и он ожидал, что заработает на нем огромные деньги.
Вероника очень не хотела, чтобы муж снова выходил на ринг. Как и наши родители, она всегда понимала – бокс плохо сказывается на его здоровье. В близком окружении брата единства не было. По-моему, Бандини и Анджело с одобрением относились к решению Мохаммеда о завершении карьеры, но он знал: в случае своего возвращения всегда может рассчитывать на их поддержку. Герберт, Дон Кинг и некоторые другие на словах тоже были с ними согласны, но, подозреваю, уход брата не входил в их планы: чем дольше он оставался в спорте, тем больше приносил прибыли. Что же касается новой команды консультантов Мохаммеда, они выступали однозначно за его окончательное прощание с боксом.
Бандини сразу выразил желание поехать в тур по Европе. Но у Барри были свои мысли на этот счет, и он коротко сказал Мохаммеду:
– Нет, Бандини не едет.
Однако брат, любивший членов своей команды, настаивал:
– Бандини хочет поехать, – заявил он. – Мы его берем.
На что Барри ответил:
– Я не буду платить ни за его перелет, ни за номер в отеле. Я не повезу Бандини в Европу.
Однако Мохаммед уперся:
– Он хочет поехать, и я за него заплачу, – отрезал брат.
Так что это было желание Мохаммеда. Бандини намеревался извлечь из поездки максимум и захватил с собой целый чемодан вещей, которые когда-то принадлежали брату: его футболки, боксерские перчатки, ракушки для защиты паха и все такое. Он был секундантом и бережно сохранил то, чем Мохаммед когда-то пользовался во время тренировок и поединков. Подбирал вещи, которые брат носил, а потом выбрасывал. Во время тура Бандини связался с самыми рьяными фанатами Мохаммеда. И заработал на продаже этих вещей кучу денег. Вот вам еще один безумный дружок из близкого окружения Мохаммеда. Он использовал брата, а тот воспринимал это совершенно спокойно. Знал обо всем, но не злился, ведь Бандини был, по мнению брата, неотъемлемой частью команды. Но консультантов Мохаммеда такая ситуация, мягко говоря, не устраивала: они уже были сыты по горло подобным положением дел.
Из той поездки, наверное, вспоминаются в первую очередь беседы Мохаммеда и Барри. Деловой консультант обожал Шекспира и, когда они приехали в Данию, захотел поближе познакомиться с родиной принца Гамлета. На один день оставил команду и поехал посмотреть округу. А когда вернулся, Мохаммед спросил, где он был. Барри рассказал, и брату стало интересно: «Зачем ты туда поехал?» – спросил Мохаммед. «Хотелось увидеть места, где жил Гамлет». Брат понятия не имел, кто такой этот Гамлет, и начал расспрашивать друга. Барри рассказал историю принца, которую Мохаммед слушал, как зачарованный. Вообще, у него была такая особенность: если собеседнику не удавалось его сразу увлечь, брат просто переставал обращать на того внимание. Особенно часто так случалось с журналистами, задававшими банальные вопросы. Однако в истории о принце датском что-то брата захватило. И он снова и снова спрашивал Барри: «Почему Гамлет сделал это? А это?» Они разговаривали часа два.
Оба получили удовольствие, и брат поблагодарил друга. Мохаммед, и правда, был очень любознательным, всегда и всем интересовался. История принца казалась ему сказкой, но он знал, что Шекспир – великий писатель, а раз это его самая известная книга, то почему бы не узнать о ней побольше.
* * *
В Англии Мохаммед с командой жили в отеле Hilton на Парк-Лейн. Именно там брат встретился с болельщиком, который открыл для него совершенно новый мир. Я говорю о Чарли Хейле, 16-летнем пареньке с африканскими корнями, родившемся на севере Англии. Узнав о приезде Али, он решил во что бы то ни стало встретиться с кумиром. Тогда путешествовать было намного труднее, и добраться до Лондона стоило немалых усилий, однако Чарли и его друзья сумели добиться своего. Теперь предстояло придумать, как увидеться с Мохаммедом. Чарли сказал парням: «Предоставьте