Преступное искусство. Самые громкие истории - Никита Добряков

в «высшее общество», которыми он так наслаждался. А он ведь был уже немолод (хотя ему было чуть больше пятидесяти)! Но судьба сталкивает художника с 25-летним Фернандо Легро, который был готов взять на себя продажу подделок де Хори, если тот просто продолжит творить. На какое-то время их союз позволил обоим вести безбедную жизнь. Хотя в октябре 1945 года один из его клиентов из Нью-Йорка заметил несоответствие между подделкой Модильяни, приобретенной у де Хори, и оригинальными работами. Но и в этот раз де Хори удалось выйти сухим из воды.

Элмир де Хори работал не менее тридцати лет и обманул десятки галерей и коллекционеров. Он писал работы в стиле великих художников и выдумывал им легенду – красивый и даже частично правдивый рассказ, в котором обычно фигурировали частные коллекции, утраченные во время Второй мировой войны. Но художник начал уставать и от этого, что моментально отразилось на качестве подделок, а потом и привело к раскрытию мошенничества.

Еще одна жертва де Хори, коллекционер Джозеф Дюби, заподозрил, что купленная им картина Рене Магритта была фальшивой. В 1949 году он обратился в ФБР, те начали следствие. В конечном счете основным свидетелем в деле стал художник Овенс Тих – он заметил, что подделки не соответствуют стилю оригинальных произведений, а также указал на перекос в рисунке, который был характерен только для де Хори. В 1950–1951 годах эксперты начали изучать произведения де Хори и обнаружили несоответствия в использовании красок, измельчении металлов, использование новых технологий в старых произведениях. В итоге эксперты определили все исследованные работы фальшивыми. Все они принадлежали руке Элмира де Хори.

Художника арестовали и продержали в тюрьме два месяца, но не смогли собрать достаточно доказательств для предъявления серьезного обвинения в мошенничестве. Его пришлось освободить. Первым же рейсом де Хори улетел на Ибицу. Там он жил как мировая знаменитость и носил громкое звание «самого яркого фальсификатора в истории». Знаменитый режиссер Орсон Уэллс снял про де Хори кинокартину «Ф. значит фальшивка», в которой снялся и сам мастер фальсификаций.

Громкое, пусть и короткое задержание лишь добавило Элмиру де Хори популярности. Уже после раскрытия обмана галеристы шутили: «Когда де Хори подделывал Матисса, он писал лучше, чем Матисс». Сам же фальсификатор говорил так: «Если моя работа висит в музее достаточно долго, она становится подлинником».

Он уже не скрывал свое прошлое, а новые работы гордо подписывал своим именем. Но – как гром как среди ясного неба! – Франция потребовала экстрадиции, обвиняя де Хори в мошенничестве. Художнику всерьез грозило многолетнее заключение!

Элмир де Хори вложил слишком много сил в свою карьеру, славу и способ жизни, увлекший его еще в юношестве. Не собираясь проводить остаток дней в тюрьме, 11 декабря 1976 года он покончил жизнь самоубийством, выпив смертельную дозу снотворного.

За свою карьеру де Хори создал более тысячи подделок. Он использовал разные техники, включая рисование в стиле известных авторов, измельчение благородных металлов для получения желаемой текстуры красок, использование особых методов для создания эффекта старения и так далее. Одним из наиболее известных произведений, подделанных де Хори, была картина, подписанная им «Две танцовщицы» – в стиле Эдгара Дега. Ее продали в 1945 году Гарри Файнштейну за 50 тысяч долларов, но, когда сам Файнштейн попытался через несколько лет перепродать картину на аукционе в Нью-Йорке, эксперты опровергли ее подлинность. Другой известной подделкой де Хори была картина под Модильяни «Женщина в зеленом платье», которую фальсификатор продал коллекционеру Герману Хиндриксону за 28 тысяч долларов в 1946 году. Потом эту картину продали на аукционе Sotheby’s за 20 миллионов долларов – разразился скандал, когда раскрылся обман.

История де Хори поднимает сложный вопрос: почему рисунки Пикассо стоят в десятки раз дороже рисунков де Хори, если даже эксперт не может их отличить? Что по-настоящему придает ценность работе, эстетические качества или имя художника? Вопрос скорее провокационный, ведь Пикассо был первопроходцем, а де Хори лишь повторил, пусть и очень хорошо. Для понимания ценности искусства всегда нужно учитывать контекст. Провенанс – культурный контекст, личность самого художника – вот из чего формируется итоговая стоимость работ. Недостаточно просто повторить за Малевичем, чтобы встать с ним в один ряд.

Томас Патрик Китинг (1917–1984) родился в Лондоне в бедной семье маляра. С самого раннего детства будущий фальсификатор вынужден был подрабатывать, что не позволило подготовиться к вступительным экзаменам в колледж. Вместо учебы пришлось работать лифтером, разносчиком газет и маляром – лишь бы приносить хоть небольшие деньги в семью. Потом грянула Вторая мировая война, и Том отправился на фронт. По возвращении он со второго раза смог поступить в колледж Голдсмитс Лондонского университета, где изучал реставрационное дело. Правда, пришлось уйти из колледжа на втором курсе – не удавалось совмещать учебу с работой. Китинг снова стал работать маляром и даже успевал рисовать собственные картины, которые, однако, не привлекали внимания.

Через несколько лет Китинг стал помощником реставратора Фреда Робертса, чьи взгляды на реставрацию расходились с классическим представлением. Фред был уверен, что реставратор может не просто сохранять, но и восполнять утраченный живописный материал. И вообще мастерство реставраторов недооценивают, относясь к ним как к простым ремесленникам, что в корне не так. Ведь хороший реставратор не просто восстанавливает слой краски или фактуру холста – он воспроизводит утерянный живописный слой, то есть буквально пишет картину заново! Пусть и не целиком. Такому отношению к собственному делу он учил и Китинга.

В поступившей к ним в мастерскую работе английского живописца Фрэнка Мосса Беннета (1874–1953) была большая дыра. Китинг, вспоминая слова учителя, восполнил утраченный фрагмент так, как посчитал нужным. Ему так понравилось получившееся изображение, что он нарисовал картину в стиле Беннета, которой на самом деле никогда не существовало. Художника распирала гордость – он смог так хорошо понять стиль автора, что без труда воспроизвел его в отдельной работе. В следующий раз, в 1962 году, он подделал автопортрет Дега, а через год открыл реставрационную мастерскую, где попутно подделывал великих художников.

Том Китинг (1917–1984) © Майкл О’Келли

Зачем Том Китинг пошел на преступление? Первая и самая простая причина – деньги. Своим искусством очень сложно добиться настоящего успеха, а вот качественные подделки не нужно продвигать и рекламировать – автор все уже сделал сам, можно продавать и зарабатывать. Но у Китинга были и другие причины. Ему претило все институциональное