Повести и рассказы - Роберт Рик МакКаммон

— Джо Синклер и сыновья, — добавил мужчина. — Семейный бизнес. — Он выковырял вилкой содержимое банки в миску и поставил её на пол. Краб не шевельнулся.

Джон подумал, что синий блейзер с полосатым галстуком, на которые он наткнулся в шкафу, могут принадлежать этому человеку. А те парни, которые сопровождали Дебби в белом «роллс-ройсе», — вероятно, его сыновья.

— Тухлые водоросли, — произнёс мистер Синклер, вытирая руки тряпкой. — Тунец пахнет тухлыми водорослями, не правда ли? Наверное, поэтому этот краб так любит тунца.

— Никогда не думал, что кто-то может держать сухопутного краба в качестве домашнего животного.

— Я тоже, — слегка улыбнулся Синклер. Похоже было, что его крупному, широкоскулому лицу улыбка даётся с большим трудом. — Дебра очень необычная девочка. Она говорила, что вы занимаетесь связями с общественностью?

— Верно. — Осторожнее, напомнил он себе.

— У кого?

— Я… Э-э… — Язык прилип к нёбу. Джо Синклер внимательно следил за ним цепким старческим взором. Джон знал одного человека по фамилии Пэлм, прихожанина их церкви. Тот занимался счетами клиентов в рекламном бюро «Чэмберс, Макклэйн и Шелл». Эту фирму он и назвал вслух.

— Угу. — Джо Синклер, не мешкая, направился к телефонному справочнику. У Джона пересохло в горле. Сердце гулко забилось. — Посмотрим. На Пайн-стрит. Улица дорогих офисов. — Мужчина взял телефон и узловатым пальцем принялся тыкать в кнопки.

После четвёртой цифры Джон прокашлялся и сказал:

— Подождите.

Мужчина остановился, не отнимая пальца от аппарата.

— Хотите мне ещё что-то сказать?

— Да. Я… Я больше не работаю в этом агентстве. Перешёл на вольные хлеба.

— Но ваше имя им же знакомо, не так ли? Джон Лаки? — Синклер нажал пятую кнопку.

Джон набрал полную грудь воздуха, выдержал паузу и медленно выдохнул.

— Нет, — признался он. — Не знакомо.

— Вот как? Очень жаль это слышать. — Синклер мягко положил трубку на рычаг. После чего повернулся к Джону. Глаза его стали похожи на два отверстия пистолетных стволов, — Тухлятина, — произнёс он. — Воняет, как никогда — Приблизившись к Джону, он обошёл его кругом. — Где ты живёшь, Джон Лаки?

Джон не ответил. Нет смысла пытаться обмануть этого шустрого дельца.

— Как только Дебра мне про тебя рассказала, я сразу понял, что дерьмом запахло, — с угрозой в голосе произнёс мужчина. — Обычно Дебра очень хорошо разбирается в людях. Удивлён, как она с тобой облажалась. Решил, что больно умный, да? — Синклер уже стоял между Джоном и входной дверью. Внезапно он стал как-то крупнее и страшнее, чем когда поднимался по лестнице, — словно гнев придал ему дополнительные силы. — Я понял, кто ты такой.

— Правда? — Голос Джона дрогнул.

— Правда. Священник… — Джон понял, что сердце сейчас просто выпрыгнет из груди и на этом всё кончится. — Вот кто тебе в данный момент больше всего нужен. Для последнего отпущения грехов.

Он католик, подумал Джон. Сердце по-прежнему колотилось.

— И попробуй убедить меня в том, что мне не стоит сию же минуту спуститься за моими сыновьями и привести их сюда, чтобы сплясать чечётку на твоих рёбрах, мистер Полиция нравов! — Синклер на удивление сильно толкнул Джона, который чуть не наступил на краба, торопливо метнувшегося в сторону.

— Нет, подождите… Я не полицейский.

— Угу. — Синклер ещё раз толкнул Джона. Тот покачнулся и ударился о кухонный шкаф. — Тебе ничего не найти ни против Дебры, ни против меня, ни против кого другого. У меня абсолютно чистое модельное агентство. Именно поэтому я пришёл сюда и обнаружил тебя, вынюхивающего что-то у квартиры моей приятельницы. Так что, пожалуй, лучше мне достать пистолет, потому что ты выглядишь весьма опасно.

Он откинул полу пальто и извлёк из наплечной кобуры небольшой, но угрожающего вида револьвер тридцать восьмого калибра. Джон поднял руки вверх, отступил назад и чуть не столкнул на пол коробку для сладостей, оказавшуюся на краю буфета.

— Как мне осточертели все эти вшивые блюстители нравственности! — Синклер поднял руку с револьвером и прицелился в голову Джону. Джон ощутил внутреннюю дрожь и инстинктивно прикрыл лицо руками. Потом услышал металлический шёлк и подумал: где-то мне уже приходилось слышать такой звук.

— Прошу вас… Единственное, что мне нужно, так это взять ключ для моего велосипеда — и всё. И я уйду! — Дрожащими руками Джон схватил пресловутую коробку, открыл её и запустил руку внутрь. Никаких ключей. Сплошное печенье. Он перевернул коробку и вытряхнул на стол всё содержимое, включая три целлофановых пакета с кокаином. Они оказались на самом виду.

— Ох, чёрт, — прошептал Синклер. Теперь у него затряслись поджилки. Повисла гнетущая тишина. Джон увидел ключик от замка, засыпанный горкой печенья, и радостно схватил его. — Не обижайся, я пошутил. Люблю пошутить! — Джо Синклер оскалил в улыбке мелкие явно искусственный зубы. — А ты ведь поверил, да? Вот, смотри! — Он крутанул барабан своего револьвера. Не выпало ни одного патрона. — Видишь? Вообще не заряжен! Старик с игрушкой! — продолжал Синклер. Глаза испуганно поблёскивали. — Мои сыновья не разрешают мне заряжать патроны. Не хотят, чтобы их выживший из ума старый папаша отстрелил себе что-нибудь ценное, понимаешь? Ха-ха!

Ситуация внезапно и радикально переменилась. Джон с изумлением ощутил себя хозяином положения, глядя, как только что грозный Джо Синклер покорно кладёт пистолет на тумбочку и умоляюще складывает руки.

— У меня старческое слабоумие, клянусь! Можете кого угодно спросить — все подтвердят! — Он бросил быстрый взгляд на пакетики с кокаином, потом — на Джона, который стоял, не шевельнув ни единым мускулом — Мы вполне можем договориться, правда ведь? Согласитесь, если Дебра загремит за решётку, то потом она будет выглядеть не столь привлекательно.

До