Повести и рассказы - Роберт Рик МакКаммон

Слишком многое.

В конце концов он ускользнул в благословенное царство сна, несмотря на завывание ветра за окном. Однако сон его был беспокоен, и он знал, что сможет в любой момент вскочить с кровати.

Когда наступили предрассветные сумерки, Харрис Тракстон ответил на настойчивый стук в их с Симоной дверь, готовясь разорвать Уикса за ненужное беспокойство, ведь обычного объявления о завтраке было вполне достаточно. Вместо того, открыв дверь, он обнаружил перед собой нью-йоркского решателя проблем — бодрого и свежевыбритого.

Мэтью кивнул ему.

— Я принял решение. Если вы принесёте документ вниз к завтраку, я подпишу его прямо там, за столом.

— Слава Богу, вы пришли в себя! Очень хорошо, я оденусь и спущусь через пятнадцать минут.

Мэтью снова кивнул, соглашаясь. Последние двадцать минут он провёл продуктивно, ещё пятнадцать не будут для него лишними. Он спустился вниз, закутавшись в плащ, поскольку холод, пронизывающий всю территорию поместья, проник в сам дом. Утеплившись, насколько это возможно, Мэтью вошёл в столовую, сел и стал ждать.

Как и предполагалось, Харрис вошёл в сопровождении Найвена и бывшей Зои — ныне Гвендолин Дженнингс. Последняя держалась на несколько шагов позади братьев. Мэтью убедился, что мисс Дженнингс и в самом деле была хорошей актрисой, потому что он один замечал в её глазах выражение перепуганной лани.

С бумагой в одной руке и деревянной коробочкой с чернильницей и пером в другой Харрис резко остановился, как только оказался в столовой.

— Это ещё что? — спросил он, оглядываясь.

— О, поскольку это такой важный момент для будущего всей семьи Тракстон, я подумал, что было бы неплохо иметь свидетелей подписи документа, — сказал Мэтью.

— В таком количестве? — удивился Харрис.

Он указал на всех присутствующих в этой комнате: Дункана Гэлбрейта, Четли и Мэрион Уикс, Рут Бейнс, Калеба и Лию Клегг.

— Как друзья и слуги Тракстонов, все они должны здесь присутствовать, — сказал Мэтью. Он указал на свободное место прямо напротив себя. — Приступим?

— Разве мы не должны привести Форбса? — спросил Найвен. — И, если вы пригласили всех, то где Илай? — продолжая своё представление, он обнял мисс Дженнингс, которая обнажила зубы в мрачной улыбке, в то время как глаза её оставались безжизненными.

Мэтью почувствовал к ней лёгкую жалость за то, что она оказалась вовлечённой в эту семейную неразбериху и была вынуждена прикасаться к этому человеку. Но жалость была едва ощутимой.

— Я так понимаю, им обоим нездоровится из-за тягот прошлой ночи. Я думаю, мы справимся без них.

— Согласен. — Харрис положил документ перед Мэтью, разгладил его и поставил перед ним деревянную коробку. Двигаясь с видом победителя, Харрис открыл коробку, достал серебряную чернильницу и обмакнул перо в чернила. Затем он протянул Мэтью инструмент, решающий судьбу его брата, с широкой фальшивой улыбкой. — Вы видите, где нужно поставить свою подпись, — елейно произнёс он.

Мэтью действительно видел. Также он увидел, что Харрис и Найвен уже всё подписали. Когда он прикоснулся пером к бумаге, Гэлбрейт внезапно сказал:

— Харрис! Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы убедиться, что о Форбсе заботятся должным образом. Вы можете на это рассчитывать.

— Я и рассчитываю, Дункан. Ваша помощь в этой прискорбной ситуации была неоценимой.

Обмен репликами, рассчитанный на то, чтобы отвлечь внимание Харриса ровно на то время, которое требовалось, чтобы Мэтью написал всё, что нужно. Как только дело было сделано, он вручил документ Харрису.

— Вот, — сказал он. — Всё готово.

— Я благодарю вас. Вся семья Тракстон… Что? — Челюсть Харриса отвисла, потому что он увидел написанное. — Что всё это значит, Корбетт?

— Зачитайте это всем присутствующим, если хотите. Тогда, возможно, для вас эти слова будут иметь больше смысла.

Харрис прочитал вслух то, что написал Мэтью.

— Вы попались. — Его щёки вспыхнули, в глазах появился красный блеск, когда он окинул яростным взглядом молодого человека напротив себя. — Что за игру вы ведёте?

— Я вовсе не веду игр. Я заканчиваю ту партию, которая началась задолго до падения Мэри. — Мэтью встал, и Харрис отступил на несколько шагов, чуть не врезавшись в Уикса, стоявшего позади него. — Я думал пригласить Симону присоединиться к нам, Харрис, но решил, что это было бы слишком жестоко. Она понятия не имела, что вы так часто приезжаете сюда из Бостона, чтобы развлечься с Норой Суэйн.

— С кем?

— Если вы забыли, то это молодая девушка, которую вы убили. — В комнате воцарилась тишина, поскольку Мэтью наказал всем сохранять спокойствие, что бы ни происходило. По его словам, сегодня здесь многое должно было всплыть. Но единственный человек, которого он не предупредил об этом, вскочил и закричал:

— Убийство?! — Лицо Найвена стало почти таким же бледным, как вчерашний грим мисс Дженнингс. — Что всё это значит?

— А это значит, что ваш брат — хладнокровный убийца, который предпочёл сразить двух зайцев одним выстрелом, — сказал Мэтью. — Он опасался изменять жене в Бостоне, ведь там Симона действительно иногда выбиралась из дома. Например, на спектакли. И, поскольку я полагаю, что Харрис живёт на деньги её семьи, слух о подобном скандале был бы ему не на руку. Следовательно, он нашёл свою добычу здесь. А когда девушка забеременела, он убил её, потому что ребёнок стал бы для него настоящей проблемой. А ещё ему нужно было тело, с помощью которой эту проблему можно решить.

Харрис прервал Мэтью резким смешком.

— Боже мой, Корбетт! Нам следовало бы подписать документ о вашем безумии. Вам ведь самое