Повести и рассказы - Роберт Рик МакКаммон
— Слушай, — строго и сухо обратился он, потому что теперь на уважительные расшаркивания не было времени. — Держись за мной. Если один из них подберётся близко, стреляй в голову… как бы оно ни выглядело: как мужчина, как женщина или как ребёнок. Поняла?
— Поднимайтесь сюда сейчас же! — требовательно и капризно крикнула девочка, и раздражительность её была идеальной для работы на плантации. А затем она обратилась к кому-то, кто находился вне поля зрения Лоусона.
— Эй! Он принёс нам вкусности! — нехорошая улыбка осветила лицо девочки.
— О… мой… Бог… — прошептала Энн, не веря своим ушам.
Поздновато для Бога, подумал Лоусон, он уже отошёл ко сну, так что взывать к нему чертовски поздно.
Теперь настало время убийце вампиров и его молодой спутнице присоединиться к вечеринке и занять на ней свои места. Лоусон начал подниматься по гниющей лестнице, которая тряслась и скрипела под его весом. Энн с трудом заставила себя двигаться, и вместе они направились туда, где их уже ждали…
Глава девятая
— Мы тебя заждались! — сказала светловолосая девушка с жестокой улыбкой-оскалом, когда Тревор и Энн поднялись на вершину лестницы. На более близком расстоянии её глаза казались впалыми и блестели красными огоньками в свете свечей, а на тёмно-зелёном платье спереди виднелись пятна засохшей крови.
Лоусон знал, что Энн тоже заметила эти пятна, потому что пульс её, стоило ей рассмотреть девочку внимательнее, резко подскочил, пьянящей волной накрыв и его собственное сознание.
Спокойно! — приказал он себе.
Почти в дурмане от манящей человеческой крови, Тревор почувствовал, что Энн отшатнулась назад.
— Спокойно, — повторил он уже вслух, но не был уверен, что на этот раз говорит это только своей спутнице. Они оба забрались далеко от дома…
Музыка становилась всё более неистовой и неровной. В комнате, что раскинулась перед ними, на стенах висели бра со светильниками, освещающими фигуры этого демонического фестиваля. Их тени большими монстрами вытягивались на зелёных стенах. Под мелодию музыкантов-вампиров, играющих на двух скрипках, виолончели и паре бубнов, собравшиеся танцевали и кружились в танце по прогнившим доскам. Некоторые при этом перемещались так быстро, что казались лишь призрачными пятнами, которые не мог уловить человеческий глаз.
Согласно беглым подсчётам Лоусона, здесь находилось от тридцати до сорока порождений ночи, отплясывающих своё дьявольское фанданго. Мужчин и женщин было примерно одинаковое количество, при этом их застывшие возрасты сильно разнились, хотя внешность могла быть обманчива: та же молодая девочка, что встретила их с Энн на лестнице, на деле могла жить уже почти сотню лет, а какой-нибудь тридцатипятилетний мужчина мог быть недавно обращённым.
Несколько бледных детей среди этого сборища цеплялись к ногам существ, которые когда-то могли быть их матерями, что незримо указывало на печальную историю этих семей.
Женщины в своих грязных, перепачканных тиной и кровью платьях позволяли своим мужчинам кружить их в танце, почти не касаясь половиц из-за своей чудовищной скорости.
Глаза, которые блестели красным в свете мерцающих свечей, быстро направились в сторону Лоусона и его спутницы, но столь же быстро были отведены.
Молодая светловолосая девочка подалась вперёд, намереваясь понюхать волосы Энн. Мисс Кингсли тихо и неприязненно застонала, отшатнувшись назад и приготовившись достать свой ремингтон. Девчонка-вампир рассмеялась, и резким ударом скинула шляпку с головы Энн, тут же нацепив её на себя. Проведя этот странный ритуал, уже почти не человеческое существо решило присоединиться к танцорам, скорость которых едва не задувала свечи в канделябрах.
— Я забыл тебе рассказать, — бегло произнёс Лоусон. — Как они… как мы быстры. Взгляни хорошенько: такое не каждый день увидишь.
Если после этой встречи ты вообще способна будешь что-нибудь увидеть, невесело ухмыльнулся он про себя, хотя на деле понимал, что отчего-то переживает за судьбу этой молодой авантюристки.
Музыка продолжалась, увлекая вампиров в вихрь танца. Пока они вращались по комнате, на стенах которой выросли тёмно-серые гобелены плесени, уже сделавшиеся частью интерьера, они становились уже настолько неотличимы друг от друга, что для Энн всё это сборище вовсе слилось в единое пятно.
Лоусон решил закурить сигару, наблюдая за танцорами. Видит Бог, этой горячей сковороде вот-вот могло не хватить последней искорки. Он знал, что посреди круга танцующих, в самом центре комнаты стоял единственный стул. И к этому стулу было привязано тело девушки, одетой в грязные одежды с чёрным капюшоном, скрывающим голову. Голова была наклонена вперёд, тело расслаблено.
Похоже, сумев пробиться взглядом через расплывчатый круг вампиров, Энн тоже увидела это…
— О, боже, это…
— Не обязательно, — нахмурился Лоусон, памятуя о том, на какие уловки способно Тёмное Общество.
— Тревор, это Ева?.. — не обращая внимания на первый ответ, спросила Энн дрожащим шёпотом. — Она… мертва?
— Я не знаю, — честно ответил Лоусон. Ожидал он худшего. Тёмно Общество никому не позволяет уйти от них живым. Если только этот живой — уже живой лишь наполовину, почти не человек и способен прогрызть себе путь на свободу через глотки тёмных тварей.
Светловолосая вампирша, похитившая шляпу Энн, вдруг вышла из кольца танцоров, ухмыляясь, и принялась кружиться вокруг пришельцев, то и дело принюхиваясь к шее и волосам Энн. В следующее мгновение её рот широко раскрылся, тело сотряс нервный порыв дрожи, и в жуткой жажде крови она рванулась к девушке, обнажив клыки.
Раньше, чем Энн успела среагировать, Лоусон выпустил твари пулю в висок. Шум выстрела заставил музыку резко прекратиться и остановил кольцо танцоров. Светловолосая вампирша рассеянно отшатнулась, но нога, на которую она ступила и перенесла весь вес своего тела, принялась осыпаться пеплом. Пока в немом шоке это существо выгорало изнутри, Лоусон подался вперёд и сорвал с её