Повести и рассказы - Роберт Рик МакКаммон

Всё это произошло за долю мгновения. Кольт Тревора выстрелил, однако пуля не нашла цели. Серебряный ангел просвистел мимо переродившегося чудовища, подобно подсвеченному синем пламенем метеору. Инстинкты подсказали Лоусону выпустить клыки, и на этот раз он не стал этому противиться. Он вскинул свою свободную руку, чтобы защитить горло и лицо от броска монстра. Когтистые лапы тянулись к нему и были уже в нескольких дюймах от цели, однако желание выжить ускорило реакцию Лоусона.

Мишень для него стала двигаться в несколько раз медленнее, хотя на деле обратившийся в мерзостную тварь мужчина был нечеловечески быстр.

Выстрел настиг голову вампира — прямо над левым глазом.

Монстр успел приземлиться на Лоусона за несколько мгновений до того, как начала действовать освящённая пуля. Он опрокинул врага на землю, Тревор упёрся ему в подбородок, стараясь держать клыки подальше от своей шеи. Лапы впились ему в плечи, когти проткнули плоть прямо через одежду, а чёрные крылья неистово замолотили по воздуху.

То, что казалось мучительной вечностью, на деле было лишь долями мгновения. Над правым глазом вампира от пулевого отверстия начали расходиться трещины, а из них, пульсируя красным жаром, потёк ихор, поражённый освящённым серебром. Изувеченное лицо растрескалось, как битое стекло или как кожа иссушенной мумии. Тварь попыталась отстраниться от Лоусона, словно это могло помочь ей сбежать от смерти, взмыв в воздух. Тревор сделал всё возможное, чтобы удержать своего врага, однако тот рвался прочь со звериным криком. Глаза слились в один и оплыли, а крылья всё продолжали тянуть деформировавшееся тело вверх с чудовищной силой. Лицо начало сжиматься, рот прогнулся, как страшный чёрный провал, руки и ноги стали походить на непослушные конечности марионетки, болтающиеся из стороны в сторону, словно их дёргал за нити неумелый ребёнок. На теле открывалось всё больше трещин, пылающих огненным жаром плавящегося ихора.

Выстрелил ещё один пистолет. Большая часть головы вампира с чёрными волосами вдруг вспыхнула, как факел, тут же взметнувшись в воздух пепельным дождём. Эта серебряная пуля ускорила процесс разложения тела и, когда Энн наклонилась к Лоусону, чтобы помочь ему подняться, почти всё тело монстра уже осыпалось пеплом. Единственное, что осталось от этого вампира в следующий миг — это лохмотья рубашки, пара серых брюк и простые, присыпанные пеплом ботинки.

— Ты цел?! — на удивление звонким голосом воскликнула Энн.

— Кажется…

Лоусон с трудом поднялся. Шляпа всё ещё на месте? Похоже на то. Да, кожаный шнур хорошо её удержал даже в этом адском холоде. Не хотелось бы лишиться ещё одного стетсона. А кольт? Кольт на месте? Да, вот он, в руке. Итак, два патрона потрачено. Три, если считать тот, что секунду назад выпустила Энн. Проклятье, две ценных пули ушли впустую!

Поднявшись, Лоусон обессиленно пошатнулся. Голод истощил его. На миг потерявшись в пространстве, Тревор едва не упал в обморок, а воспоминания норовили утянуть его обратно, на поле боя при Шайло, где он кричал от отчаянного ужаса, просыпаясь от одного кошмара, чтобы угодить в новый… где армия этих тварей с ликованием гнала свою жертву по лесам. Вот, чего ему стоило это «вперёд, Девятнадцатый Полк Алабамы»…

— Тревор! — Энн попыталась встряхнуть его и привести в чувства.

Он покачал головой, постаравшись сбросить с себя воспоминания, и положил руку на плечо девушке.

— Возвращайся внутрь, — строго проговорил он. — Скорее! Нельзя было выходить!

— Я слышала выстрелы. Я знала…

— Чёрт, идём! — выкрикнул он, потянув её за собой. Времени не было. Они были повсюду. Тёмные очертания вампиров Тёмного Общества мелькали в сгустившейся ночной тьме. Тревор чувствовал их присутствие со всех сторон, даже где-то в двенадцати футах над своей головой. Монстры. Переродившиеся монстры…

Заросли справа оживали от движения, фигуры показывались оттуда, вылезая из своих укрытий за деревьями, кустами и камнями. Слева, где скалы уходили ввысь, пряталось больше вампиров, которые до этого словно сливались с валунами и успешно скрывали своё присутствие. Пока Лоусон тянул Энн за собой, его взгляд наткнулся на один из ботинок мёртвого перевёртыша, припорошенный снегом и пеплом.

На нём была шпора.

— Скорее! — вновь воскликнут Тревор, понимая, что с обеих сторон земля изрыгала из себя отвратительную орду тварей, алчущих до крови и ихора своих врагов. Они с Энн достигли двигателя, когда один голос прорвался через ветер.

— Энн! Энни! Подожди меня, Энни!

Девушке перехватило дыхание. Она ахнула и, наверняка, упала бы, если бы Лоусон её не поймал.

— Тревор, стой! — отчаянно закричала она, и горячие слёзы скатились по её щёкам. — Это мой отец!

— Нет, это не он.

— Они держат его в плену! Послушай же! Он ещё жив!

— Энни! Прошу… не бросай меня!..

— Нужно уходить! — он был готов схватить её на руки и потащить, невзирая на сопротивление, однако сопротивляться она не стала… потому что колени её вдруг ослабли и подогнулись. Тревор успел помочь ей сохранить равновесие.

— Энн, — обратился он к девушке, и в его собственных глазах зажёгся красный блеск. Он знал, что сейчас напоминание о том, какие монстры рыщут здесь повсюду, будет тем самым, что сможет привести её в чувства. — Это не он. Ты знаешь это.

Только слабый кивок в ответ. Дальнейший путь до пассажирского выгона она проделала самостоятельно. Остановиться её заставили лишь Рустер и Эрик с оружием наперевес, которые вызвались охранять вход, пока «мисс Кингсли и мистер Лоусон» не вернутся.

Очутившись внутри, Тревор первым делом уловил пьянящий аромат крови раненой девушки. Преподобный Эстерли сидел рядом с ней на коленях и держал её за руку, потому что она пришла в сознание. Эрик стал рядом с ним,