Дмитрий Щёкин - Страна городов
Вторым этапом, проходившим практически одновременно с первым, это был торг, проходивший по принципу "меняем все на все", но при сноровке, можно было выменять нужные вам вещи, сменяв многоступенчатым обменом свои. В цене были искусные украшения, посуда из крепкой глины, оружие, краски, производимые из растений и минералов, бивни мамонта, кожи цельные - как обработанные, так и слегка завяленные, шкурки пушных зверей, причем особо ценились шкуры пушного зверя - большие, крепкие, с прочным и плотным мехом. Так, к примеру, за соболя, пусть и самой лучшей выделки, мало что можно было поменять. Зато большая пусть и необработанная волчья шкура, особенно снятая с лапами и головой, ценилась высоко. Здесь заключались и "контракты", в наше время их назвали бы "фьючерсными" - на добычу следующего сезона, на поставку продуктов следующей охоты. Договаривающиеся стороны становились друг напротив друга, и ударяли по рукам, объявляя условия контракта. "Договор манципации МАНЦИПАЦИЯ (лат. mancipatio, от manus - рука + captare - захватывать, завладевать; англ. mancipation) - в римском праве форма приобретения власти над вещами и людьми, торжественный договор покупки. Обряд совершался путем отвешивания специальным лицом кусков меди, заменявшей в древности монету и представлявшей покупную цену, и перехода продаваемой вещи в обладание покупателя в присутствии 5 свидетелей: приобретатель брал в руку предмет договора или клал на него руку и произносил торжественную фразу: "Я утверждаю, что этот предмет мой по квиритскому праву, он куплен за эту медь, взвешенную на этих весах", ударял куском меди по весам и передавал медь отчуждателю, который принимал ее. С введением чеканных денег куском меди лишь ударяли по весам. М. совершалась только между римскими гражданами или чужестранцами, имевшими право заключать торговые сделки, в отношении наиболее значительных вещей (res mancipi) и подвластных домовладыке лиц., почти в чистом виде",- подумал я, - "Не хватает только весов с медью, ну да этот недостаток легко исправить". Охотно брались готовые каменные орудия и "запасные части", типа наконечников колющего оружия. Несмотря на производство меди, каменные орудия хорошей выделки пользовались спросом. После совета все вожди посещали верхний город, место жрецов и старейшин, куда допускались строго по одному, для совета и получения аудиенции у старших знающих.
И третьим этапом был выбор и мена невест и женихов. Даже обычно враждебные друг другу племена могли обменяться молодыми людьми, а то и купить себе невест из племени "обильного" данным "товаром". Я понял, что путем подобных сделок, совершаемых на таких советах вождей, племен, освященных вековым обычаем, племена кроманьонцев избежали вырождения и близкородственного скрещивания Близкородственное скрещивание у людей опасно именно генетическими отклонениями, уродством потомства. Так как у обоих родителе почти одинаковые набор генов, то увеличивается вероятность проявления генетических болезней, которые есть в генах родителей, но они не проявились. Например ген атрофии мышц есть у каждого 40 человека, болезнь проявляется когда у человек два таких больных гена поэтому сама болезнь встречается только у каждого 10000 человека, а если родители родственники, то шанс родить ребенка с атрофией мышц будет один из 80. Допускается в качестве метода работы при селекции, и то на коротком этапе - до 4-х поколений, обычно.. Процедура выбора сопровождалась единоборствами, камланием шаманов, танцами - под примитивные бубны, совместными угощениями.
По рассказам вождей и шаманов все получалось просто и незатейливо. Как будет в действительности - поживем, увидим своими глазами.
Через неделю пути впереди показалось укрепленное городище - стены возвышались на холме, холм располагался у неширокой, но полноводной реки - по видимому, в нашем времени, это была речка Караганка. Племена уже прибывали - на широком поле располагались лагеря союзных племен, так же приходящих группами, до ста человек, как и мы. Племена занимали места в основном у реки. Для лагеря я выбрал ровную площадку, выше других - что бы не попадали в воду стоки от других стоянок. По кругу возвели десять юрт киргизского типа, в центре разместив общий очаг - кухню. Я строжайше запретил всем пить сырую воду из реки и у чужих костров. А что бы не возникло соблазна - каждый член объединенного отряда имел керамическую флягу в ивовой оплетке, ежевечерне наполняемую подкисленным настоем листьев кипрея и ягоды брусники, с малым количеством меда. Это решило проблему для моих спутников и с жаждой и дизентерией - кто в своем уме, будучи будет пить из лужи, имея под рукой вполне себе вкусный напиток, утоляющий жажду лучше воды? Ну, вот так - то.
В город, как и предупреждали вожди, не пускали никого. На вершине холма, окружённая стеной, примерно семи метров собственной высоты, с четырьмя воротами на стороны света, рвом с мостами, ведущими к воротам и убирающимися на ночь, стоял настоящий город. Всю ночь на стенами горели факелы, а может быть - лампы, подобные тем, что мы выделывали у себя на острове. Но света они давали не в пример меньше, хоть и освещали периметр неплохо. Под светом ламп виделись тени ночной стражи. Днем у ворот стояли хмурые неразговорчивые стражи, в кожаных безрукавках, вооруженные устрашающего вида дубинами, которыми пользовались весьма ловко, непринужденно помахивая, как тонкими тросточками.
Из города и в город двигались люди. Одежда людей выполнена была в основном из кожи. Редко встречалось грубое тканое шерстяное одеяние, или растительное, то же грубой выделки полотно. У женщин я заметил украшения из меди, возможно - даже бронзовые, представляющие собой круглые диски, диаметром от двух до шести сантиметров, скреплённые цепями. Иногда можно было увидеть и украшения типа шейных гривен, серьги - массивные, типа древнерусских колтов. Только женские колты Древней Руси, виденные мной в музеях Москвы, Суздаля, Новгорода и других городов, отличаются более тонкой выделкой - по понятной причине. Медные перстни носили и мужчины и женщины. Ни у одного человека я не видел раньше медных изделий. Племена - соседи еще не знали меди ни в каком виде. Здесь же - явно было видно, что с медью уже знакомы. Я нашел простое объяснение - просто металла вырабатывается мало, и на его обмен наложено строгое табу.
****До собственно Большого Совета было еще дней десять, по моему календарю солнцестояние ожидалось через десять дней. Но - со своим уставом, да в чужой монастырь - можно и нарваться на неприятности. Люди в ожидании вестей из города потихоньку подтягивались, знакомились, ходили на "экскурсии" друг к другу в стоянки, осматривались на месте. Начался пробный торг. Племена разместили людей в основном в шалашах. Топили хворостом, кизяком, плавником, который сумели выловить в реке. Я своих ежедневно гонял в лежащий за двадцать километров лес, где оставил двоих лесорубов с инструментом. Сменная команда "дровоносов" ежедневно вечером трусцой доставляла на паре тележек отменные дрова для костра. Однажды дровишки попытались отобрать двое амбалов из племени Осетра - оно стояло где то на Урале, в среднем течении. На их счастье, за дровами, получив наряд вне очереди, в тот день пошли не рядовые члены племен, а стражники из племени Кремня и Мамонта, молодые парнишки, худенькие и низенькие с виду. На счастье - потому что атаковавших недоумков с дубинами, не убили и не ранили, как сделали бы мужики из наших союзных племен - они бы и не задумались, так как вооружены лучшим оружием, и порезали бы бедолаг на шашлык. Никто бы и претензии не предъявил - защищать свое каждый вправе. Мальчики поступили более "гуманно" - основательно поколотив любителей халявы, плотно увязали и привезли дополнительным грузом, чуть было не доведя до инфаркта рачительного гнома Дока, так как еще немного и поломали бы драгоценные тележки. Больше нападений на носильщиков не было. Придя в сознание, граждане племени Осетра не верили вначале, что такие хрупкие мальчики смогли их одолеть, и даже бросились снова на моих детей. Дети добавили по старому адресу, и по старым синякам, и снова руками.... В нокауте граждане оставались до самого прихода "уполномоченного для разбора полетов" из племени Осетра.