Юрий Валин - Львы города Лемберга

-- Врешь ведь. Помру, наверное.

- Что за сомнения, боец? - удивилась Мезина, вытирая руки - чистую ветошь передал водитель. - Сказали "живи", значит живи. После войны приедешь, город посмотришь, семье покажешь, где ранило. Что за улица, а, лейтенант?

Женька рассказал про улицу, раненый слушал, моргал согласно. Санинструктор свернул самокрутку, посмотрел на Мезину:

- Не пойму, из штабных или тож медицина? Навык приметен.

- Меня с медкурсов выгнали. И из штаба тоже поперли, - поведала Катерина. - Теперь в резерве - куда надо, туда и суют.

- Оно и видно, - покачал головой санинструктор. - Вы, девки, нынче и собой интересные, и дерзкие. Оно, по-прогрессивному, конечно. Но замуж вас, таких самоумных, редкий дурень возьмет.

- Это уж точно, - вздохнула Мезина.

- Вы курить в машине не вздумайте, - предупредил, не отрываясь от своего агрегата, пулеметчик. - У нас тут строго.

- Я так слюнявлю, - заверил рассудительный усач. - Для нервов. Не дадут нам покурить. Вон оно...

Впереди шел бой. Бухали танковые орудия, растрещалась ружейно-пулеметная пальба. Но Спецотряд начал сворачивать, колонна пересекла площадь с памятником - Женька определился с местом - можно считать, добрались до района развертывания...

...Закрепились. В особняке располагался один из отделов WED (Wirtschaftserfassungsdienst служба экономического учёта на оккупированной территории) - Женька успел глянуть разбросанные по углам бланки. Съезжали вражеские экономисты в спешке, мусора осталось предостаточно, но загажены комнаты не были. Оперативная группа устраивалась: окна укрепили взятыми снизу мешками с песком. Приволокли уцелевший письменный стол. Шведова нашла в шкафу старый телефонный аппарат - подключили к оборванным "соплям" - как ни странно, заработал. Появились Катерина и Торчок с термосами.

- Война войной, а обед по расписанию, - напомнила старую аксиому Мезина.

Подошли старшие товарищи-офицеры.

- Бронетехника и бойцы на местах, периметр держим, связь есть, - уведомил Коваленко. - Можно переходить к следующей фазе операции. Товарищ лейтенант, у вас там по сути вопроса документы?

Спирин, просматривающий какую-то Dienstanweisung[2], поспешно отложил брошюрку.

Гречневая каша проскочила между делом, чай оказался светленьким, что компенсировалось количеством сахара. Марчук уже расстелил карту...

- На данный момент наши части продвигаются в трех направлениях. Обстановка нестабильная, имеются сведения, что в центре города остались группы противника численностью взвод-рота. Плюс подвижные немецкие заслоны с "пантерами" и штурмовыми орудиями. В районе Цитадели тихо, там действуют поляки - есть подтверждение. Туда выдвигаем группу немедленно. Позывной - "Отель". С выдвижением группы "Чат" есть вопросы. Обстановка на том направлении неизвестна. Теоретически у Соборной площади действует усиленный танковый взвод, связь с ними поддерживается, но доложить свое местоположение командир взвода пока затрудняется, - майор Коваленко почесал карандашом переносицу. - Похоже, они слегка заблудились, что немудрено без проводника. В общем, нашу группу выбросим туда чуть позже.

- Товарищ майор, разрешите возглавить группу "Чат", я тот район хорошо знаю, - попросил капитан Марчук.

- Разрешаю. В вашей группе переводчик Земляков и ефрейтор Торчок. В группе "Отель" - лейтенант Спирин, старший сержант Мезина и я. Капитан Попов и старшина Шведова остаются здесь, на связи. Группы огневой поддержки и эвакуационную группу держать в постоянной готовности, - командир Спецотряда обвел взглядом подчиненных ожидая вопросов, уточнений и возражений. Последние, учитывая разнородный состав оперативников, вполне могли случиться - вон как старшина челюсти стиснула - не желает в штабе прохлаждаться. Впрочем, Шведова сдержалась, Спирин хотел что-то уточнить, но передумал. Майор взглянул на Мезину, явно ожидая язвительного замечания, но старший сержант хранила непроницаемый вид.

- Так, теперь о средствах транспорта... - продолжил слегка разочарованный Коваленко.

...Группу "Отель" проводили. Коваленко взял с собой пару "виллисов", трескучих мотоциклистов и, для поднятия авторитета в глазах "аковцев", бронетранспортер с зениткой. Еще один бронетранспортер, с раненым автоматчиком, взял побитых бойцов из танковой бригады и ушел искать медсанбат.

Женька и Марчук сидели с водителями оставшихся броневиков и танкистами: двигаться было решено налегке: двумя броневиками, но "тридцатьчетверки" должны были понимать примерный маршрут, чтобы прийти на помощь, если возникнут сложности. Женька надеялся, что если сложности возникнут, то их удастся разрулить без участия танковых орудий и брони. Ибо "плечо" оказывалось длинноватым, да и заплутать в городе проще простого. Тут и с картой трудно что-то понять.

От рации выглянула Шведова: передовые танкисты сообщали что имели краткое столкновение с пехотой немцев - враг был рассеян, а танкисты пересекли Стрыйскую дорогу и движутся в сторону парка или какого-то сквера.

----------------

Город Львов 12:50

Группа "Отель"/ Лейтенант Спирин

Все было как-то не так. Во-первых, мешал автомат - Вадим пытался пристроить его и так и этак: между ног, но короткий ППС неприлично высовывался рылом компенсатора, если положить поперек - норовил упереться стволом в кого-то из спутников. Красавица Мезина вроде бы маневров с оружием не замечала - демонстрировала безупречный профиль - в пору на аверсе золотых дукатов-дублонов чеканить, - иногда вперед поглядывала. Излучает уверенность - в данном случае определенно сродственную самонадеянности. Кстати, кажется, лишь Афину Палладу в шлеме-каске чеканили - ну, та и родилась в доспехах. Все-таки отталкивающе красива эта старший сержант, на самом деле особа абсолютно непонятного звания и ведомственной принадлежности. По существу, персонаж какой-то манги бессмысленной...

Но гораздо важнее "во-вторых". Резво катили "виллисы", тарахтели впереди мотоциклисты-разведчики, лязгал, не отставал М17 с зенитной установкой, и в этом имелось необъяснимое пренебрежение элементарной логикой. Напоремся, непременно напоремся...

БУП[1]-38 и 39, БУП-42, устав бронетанковых и механизированных войск 44-го года, сотни отдельных инструкции и памяток... Некоторые из этих наставлений Вадим Спирин мог цитировать параграфами и пунктами, а то и страницами. Нельзя идти так, наобум, "на дурика". Сколько раз напарывались, и в первые отчаянные и безнадежные годы войны, и в эти дни небывалых наступлений и прорывов...

Единственная пулеметная очередь из окна или подвала - и вся операция насмарку. Важная, действительно важнейшая акция, способная вывести к истокам бедствия, оттянуть катастрофу... Влететь сейчас под пулемет, под "кулак" фаустпатрона, будет абсолютной и непростительной глупостью. Или поймать пулю снайпера. Скорость не так велика, но если капитан не удержит руль...