Воздушная кавалерия. Том 11 - Джек из тени
— Восемь и четыре десятых процента, если точнее, — поправил ее Кирилл. — Но вы считаете по старым тарифам морского страхования Ллойда и учитываете перевалку в Севилье. А если разгружать рудовозы напрямую на севере, в Бильбао, минуя южные синдикаты, и задействовать обратный фрахт под поставки уральского проката и готовых генераторов по королевской квоте министерства промышленности?
Валерия замерла, ее губы беззвучно зашевелились, пересчитывая новую конфигурацию.
— В Бильбао осадка судов ограничена старым фарватером, плюс там сидят баскские кланы, которые не пустят чужаков к железной дороге без… — начала она и вдруг осеклась, потому что граф уже качал головой.
— Фарватер в Бильбао углубят к осени. Контракт на дноуглубительные работы уже лежит на подписи в морском ведомстве, — спокойно произнес Строганов, зачитывая данные, которые Алиса в реальном времени выдергивала из переписки испанских чиновников. — А баскским сталелитейщикам через два месяца будет не до блокады портов: французские поставщики Пыли поднимают цены на тридцать процентов, и баски сами приползут за нашими мазутными агрегатами. Ваша чистая прибыль на тонне составит тридцать четыре процента. С учетом обхода комиссионных дома де Альба.
Валерия моргнула раз, другой, а затем медленно откинулась на спинку стула, глядя на русского графа с неприкрытым, почти детским изумлением. Она знала подноготную испанской логистики наизусть, но этот человек оперировал закрытыми инсайдами мадридских министерств так, словно лично составлял им квартальные планы.
Кармен перестала улыбаться. Она поставила бокал на стол и очень внимательно посмотрела на Кирилла.
— А вот теперь мне действительно интересно, — тихо произнесла она.
Строганов сделал глоток воды и перевел взгляд на молчавшую до сих пор главу клана Эскобар:
— Впрочем, все эти проценты — пустая лирика, пока мы не решим главный вопрос. Ведь основные ваши активы находятся не здесь, а за океаном в Новом Свете. И насколько я понимаю ситуацию вокруг концессий в предгорьях Анд…
— Стоп, — резко, как удар хлыста, оборвала его Инес.
Она положила ладонь плашмя на стол. Кольцо с массивным рубином сухо стукнуло по дереву. Женщина быстро покосилась на арки соседнего зала и стоявших у входа охранников:
— Это разговор не для ресторана, граф. Даже в собственных стенах у камней бывают слишком длинные уши, когда речь заходит о колониях.
Кирилл не стал спорить. Он просто поднял руку и небрежно щелкнул пальцами.
Пространство вокруг их стола мгновенно подернулись густой серебристо-сизой пеленой. Пыль, повинуясь прямому приказу Консоли, выстроилась в сложнейшую многослойную структуру, отсекая любые звуковые колебания, тепловое излучение и внешние линии обзора. Гул голосов из дальнего конца зала, звон бокалов на кухне и потрескивание жаровен исчезли, сменившись абсолютной тишиной герметичного бункера.
Все четыре испанки невольно вздрогнули. Инес инстинктивно подалась назад, ощутив кожей плотность чужого плетения, в котором не было ни капли привычного стихийного хаоса — только геометрия абсолютного контроля.
— Можете говорить свободно, донья Инес, — спокойно произнес Кирилл, опуская руку на набалдашник трости. — Этот контур не пробьет даже направленный артефакт Королевской тайной канцелярии. А все те милые люди из светской хроники и чужих разведок, которые сейчас сбились с ног в поисках моей скромной персоны по всему Мадриду, выйдут на наш след не раньше чем через сорок минут. Алиса… то есть мои аналитики отлично умеют путать следы на городских камерах.
Инес Эскобар медленно выдохнула. Вся ее аристократическая спесь слетела, как шелуха, обнажив стальной стержень женщины, привыкшей торговаться со смертью. Она подалась вперед, уперев тяжелый взгляд в глаза Строганова.
— Чего ты хочешь, граф? — без обиняков, перейдя на «ты», спросила женщина. Играть в прятки больше не имело смысла: этот русский знал о них слишком много для случайного туриста. — Серебряную Пыль? Ту самую «белую королеву» из закрытых разломов Кордильер? Ты хоть понимаешь, какой на нее будет ценник при оптовых поставках в Россию и сколько голов слетит по дороге?
— Пыль меня интересует в последнюю очередь, — легко отмахнулся Кирилл, словно речь шла о прошлогоднем снеге. — А вот сырая нефть в бассейне Маракайбо и разработка ваших законсервированных месторождений редкоземельных металлов в Андах — даже очень.
Инес криво усмехнулась, хотя в глазах мелькнуло удивление:
— И там и там проблемы, граф. Причем такие, которые деньгами не зальешь.
— Бриты, — уверенно кивнул Строганов, глядя ей прямо в глаза. — Они вас активно выдавливают из колоний руками прикормленных синдикатов и наемных банд. Жгут перевалочные базы, топят транспорты и перекупают местных алькальдов. А помощи от испанской Короны ждать не приходится — в Мадриде у самих казна трещит по швам и нет свободных полков. По моим прикидкам, на старых запасах и личной гвардии ваши семьи протянут там еще полтора года. Максимум два, если продадите мадридскую недвижимость. Потом вас просто сожрут и поделят рудники.
Мартина сжала кулаки так, что побелели костяшки, но промолчала. А Кармен откинулась на спинку кресла и с неподдельным восхищением протянула:
— Какой умный мальчик… Прямо по живому режет, и даже рука не дрожит.
— Я бы даже сказала — слишком умный, — мрачно добавила Инес, не сводя с Кирилла колючего взгляда. — С такой осведомленностью, граф, в наших краях долго не живут.
— С волками жить… — виновато развел руками Строганов, изобразив на лице крайнее смирение. — Приходится заранее изучать карту леса и расписание охотников.
Инес секунду сверлила его глазами, затем коротко кивнула сама себе. Решать вопросы в долгий ящик было не в ее правилах, когда к горлу клана уже приставили британский нож.
— Твои предложения?
— Вход моего конгломерата в ваши южноамериканские концессии на равных условиях. Пятьдесят на пятьдесят по всем направлениям: нефть, глубокая геологоразведка, добыча редкоземельных металлов и строительство перерабатывающих заводов на месте, — четко, пункт за пунктом выложил Кирилл. — Кроме добычи и продажи самой Пыли. Эту сферу я полностью оставляю вам на откуп.