Воздушная кавалерия. Том 11 - Джек из тени
Из-под ткани тут же с пружинным звуком выскочили совершенно непропорциональные, гипертрофированно огромные кошачьи уши, похожие на два локатора. Цифровая богиня деловито поправила маску на мордочке, выудила из воздуха граненый стеклянный стакан, приложила его дном к внутренней стороне монитора, а к ободку плотно прижала свое гигантское ухо, застыв в позе классической вокзальной сплетницы.
При этом за ее спиной с бешеной скоростью замелькали десятки полупрозрачных зеленых окон: через взломанный смартфон Мартины в бездонные закрома Консоли с веселым цифровым шелестом перекачивались терабайты данных — списки поставщиков, явки мадридской резидентуры кланов, схемы контрабандных маршрутов из Южной Америки и личные архивы обеих семей за последние десять лет.
Налюбовавшись на дело рук своих, Алиса оторвалась от стакана, повернулась лицом к виртуальной камере и с самым серьезным видом, пристально глядя Кириллу в глаза, приложила палец к губам: «Тс-с!». После чего включила прямую аудиотрансляцию из верхнего кабинета прямо в разум своего носителя.
Внизу, за столиком, Кирилл как раз слушал увлеченный рассказ Валерии о тонкостях местной кухни и подносил к губам чашку с горячим чаем, который им подали перед основным блюдом.
В этот самый миг в его голове с кристальной четкостью зазвучал грудной голос Кармен Фернандес:
— … И вообще, Инес, ты просто предвзята. Посмотри на его плечи и как он держит спину. Породистый, сильный парень с деньгами и властью. Знаешь, я ведь уже три года как сняла траур по бедному Алехандро… И, видит бог, если бы этот русский граф не проявлял столь очевидный интерес к нашим девочкам, я бы сама с огромным удовольствием тряхнула стариной и приударила за таким мужчиной! Проверила бы, так ли горяча северная кровь, как о ней рассказывают…
Кирилл, делавший в эту секунду глоток, подавился. Горячий чай пошел не в то горло. Граф резко кашлянул, приложив салфетку к губам, а из его глаз от неожиданности едва не брызнули слезы. Внутри интерфейса Алиса беззвучно билась в истерике, стуча граненым стаканом по цифровому полу.
— Кирилл? Что с вами⁈ — встревоженно подалась вперед Мартина, мгновенно отставляя свой бокал с водой. — Слишком горячо? Или приправа не подошла?
— Все в полном порядке, сеньориты, прошу прощения, — откашлявшись, хрипловато произнес Строганов и промокнул губы платком. Его глаза подернулись едва заметным зеленоватым дымком, а на губах заиграла крайне опасная, предвкушающая усмешка. — Просто… внезапно подумал о том, какие невероятные перспективы порой открываются в Мадриде с самой неожиданной стороны. И о том, что старая гвардия зачастую способна дать фору молодым во всем, что касается… горячей крови.
Мартина и Валерия переглянулись с легким недоумением, не совсем уловив суть метафоры, но вежливо улыбнулись. Зато наверху, в VIP-ложе, Кармен замерла с бокалом у губ, удивленно моргнув.
— Инес, мне показалось, или это прозвучало как-то слишком в тему? — протянула она.
— Брось, обычное совпадение, — отмахнулась старшая Эскобар, снова возвращаясь к изображению на экране. — Они обсуждают выставку и местное общество. Лучше посмотри, как он сидит. Абсолютно расслаблен! Чужая страна, незнакомое место, вокруг полтора десятка наших стрелков, а он даже не пытается контролировать окружение. Типичное высокомерие человека, привыкшего, что за него все делает свита. Никакой личной дисциплины.
Внизу Валерия как раз взяла в руки меню в кожаном переплете:
— Граф, здесь великолепно готовят молочного поросенка по-сеговийски, но, возможно, вы предпочитаете говядину? Управляющий клянется, что мясо доставляют прямиком с пастбищ Андалусии.
— Говядина звучит прекрасно, донья Валерия, — кивнув, ответил Кирилл, откладывая салфетку и чуть поворачивая голову так, чтобы его профиль идеально ложился в объектив канделябра. — Впрочем, в выборе блюд, как и в жизни, я привык полагаться на точность расчета, а не на внешнюю суету. Знаете, некоторые наблюдатели со стороны часто принимают внешнюю расслабленность за высокомерие или отсутствие дисциплины. Им кажется: раз человек не крутит головой на триста шестьдесят градусов, значит, он слеп и полагается лишь на свиту. Хотя на самом деле… зачем вертеть шеей, когда ты заранее знаешь количество стрелков в зале, калибр их оружия и даже то, какой марки херес пьют на втором этаже?
Валерия замерла с раскрытым меню. Мартина медленно прищурилась:
— Вы говорите загадками, Кирилл. О каком хересе речь?
На втором этаже повисла гробовая тишина. Бокал в руке Кармен мелко дрогнул. Бутылка коллекционного хереса из запасов покойного мужа стояла прямо между ними на столике — ее не было в общем меню ресторана, ее доставали только для хозяев из личного погреба.
— Кармен… — лицо Инес Эскобар потеряло всякую краску. — Стены ложи экранированы контуром третьей категории. Глушилки включены на максимум. Он физически не может…
— Зато у него слишком уж наглая улыбка для человека, который просто угадал сорт вина, — тихо ответила Кармен, подаваясь к самой решетке. — Может, у него особенный слух Кинетика? Хотя на таком расстоянии через шум зала и защитный полог это невозможно даже для Альфы… Наверняка просто совпадение. У русских свои причуды. Но ведет он себя все равно как зарвавшийся мальчишка, которому слишком легко дались первые победы.
Внизу Кирилл с самым невинным видом принял у подошедшего официанта заказ, дождался, пока тот отойдет на почтительное расстояние, и снова повернулся к девушкам, продолжая мысль так плавно, словно никто и не прерывал разговор:
— Видите ли, сеньориты, в моей работе главное — не недооценивать технологии противника. Старые артефактные экраны третьей категории, безусловно, хороши против обычных подслушивающих устройств и даже против одаренных Кинетиков со сверхчувствительным слухом. Но прогресс не стоит на месте. И списывать все на «русские причуды» или везение «зарвавшегося мальчишки», которому легко дались победы — большая ошибка. Кстати, победы мне давались отнюдь не легко, уж поверьте на слово всем моим шрамам.
Мартина и Валерия уставились на него во все глаза. Они отлично знали терминологию собственной службы безопасности и прекрасно понимали, какой именно контур защиты стоит в хозяйской ложе наверху. Кузины синхронно, не сговариваясь, подняли взгляды к темной кованой решетке второго яруса, а затем снова посмотрели на невозмутимого графа.
В ложе на втором этаже у Инес Эскобар перехватило дыхание. На мониторе позади них ниндзя-Алиса уже отбросила стакан, развалилась в виртуальном шезлонге и с упоением хрустела пиксельным попкорном, наблюдая за мимикой обеих мамаш.
— Madre de Dios… — едва слышно, одними губами прошептала Инес, наклоняясь к самому уху сестры и перекрывая микрофон терминала ладонью. — Кармен, вырубай трансляцию! Этот засранец слышит каждое