Фантастика 2026-188 - Харальд Хорф

Вот! Васильев вскользь обронил, что Синьков — тоже регулярный гость в режимной зоне. Не ради кухонных ножей, это точно.

12.

За год, минувший до декабря 1969 года, в более раннее время не полезли, Айварс с операми нашли 23 машины, поставленные на учёт или самими работниками «Кристалла», или лицами с той же фамилией. Поскольку никакого компьютерного учёта не существовало, сверка данных ГАИ с личными делами заводчан заняло весь остаток среды и четверг до вечера, а потом проверка по паспортным столам и ЗАГС захватила полдня пятницы. Иногда розыскная работа напоминает, по выражению Маяковского, добычу радия: в грамм добыча, в год труды. Причём объём добычи никто не гарантировал. До дачных участков просто руки не дошли, дотошный Айварс свёл все находки в единую табличку, она и ходила по рукам, когда собрались в номере Громова, превращённого в штаб-квартиру оперативно-следственной группы.

— Отбросив однофамильцев и прочих левых граждан, начинаем с самого Васильева, — начал Самвел. — В этом году, уже работая на «Кристалле», купил с рук «Москвич-408» белого цвета 1967 года выпуска.

— Берём на карандаш, но не в центр внимания, — счёл Громов. — Хищения начались задолго до его появления на заводе. Мог, конечно, с полуоборота влиться в преступную схему. Сколько такая машина стоит на чёрном рынке?

— Примерно как новая из магазина по госцене. Я выяснял. Очередь на заводе на «москвичи» — лет на пять, а самые заядлые автомобилисты ждут, когда на Волге начнут собирать «фиаты». Классные машины!

Имеются в виду «жигули», хмыкнул про себя Леонид, но вида не подал, что с детства смеялся с анекдотов вроде: «Тихо-тихо по вечерам в саду, даже слышно, как гниёт под яблоней жигулёвская 'копейка».

— То есть 4 или даже 4 с половиной тысячи рублей где-то, — прикинул Таги. — Двадцать его зарплат. Не мало и не много. Кто там ещё?

— Генеральный директор выбил себе личную «волгу», это понятно, и уже продал, — Громов карандашом подчеркнул нужную строку. — Если впарил её грузинам или в Прибалтику, наварил тысяч пять, а сам катается на служебной. Кругом молодец!

— Скупка с целью перепродажи и наживы — живая палка для лейтенанта Синькова, — хмыкнул один из оперов Карапетяна, — Да руки коротки. Генеральный — номенклатура обкома, его просто так не схарчить. Купил себе, денег одолжил, отдавать нечем… Беда! Поездил и продал, чтоб рассчитаться, вот и весь сказ.

Перспективные кандидаты в жертвы отпадали одна за одной. Особенно те, кто купил «Москвич-412» по заводской очереди, те ждали годами и имели возможность копить, а также привлечь родственников, залезая в долг. Одному огранщику, решившемуся оседлать «ушастый» ЗАЗ-966, можно было лишь посочувствовать, а не навешивать подозрения.

— Последние. И главные. Белко Сидор Афанасьевич. Передовик, ударник, бригадир. 61 год. Ветеран войны, имеет награды. Машины нет, зато приобретена на его жену. Новая с иголки. И не банальный 412, а «Москвич-427», универсал, редкий и престижный, — подчеркнул Громов. — При том, что она работает всего лишь воспитательницей в детском саду, на её зарплату не разгуляешься. Ого, на 22 года младше мужа. Машина 1969 года выпуска, куплена с рук. Очевидно, что ветеран и заслуженный на производстве человек запросто имел возможность получить машину по очереди, а не переплачивать добрую тысячу. Итого, во сколько она ему обошлась?

— 5 с половиной госцена и, как вы сказали, не менее тысячи сверху, это за обычную 412, — уточнил Айварс, их главный автоспец. — Универсал заметно дороже. Так что не менее 7 тысяч на круг.

— Намекаете, что специально не брал по заводским спискам, чтоб не привлекать внимания, — кивнул Самвел. — Тогда не удивлюсь, если на работу ездит на автобусе. Вот выйдет на пенсию — покатается.

— Адрес — частный дом, — Леонид посмотрел в таблице и вернул её Громову. — Коллеги, какие предложения?

Старший группы аккуратно сложил лист и сунул в папку, полученную от Каракозова.

— Подведём итог. В этот раз быстро не получается, впереди выходные дни, и я предлагаю провести их дома, вернувшись в гостиницу попозже в воскресенье. Прошу не обольщаться тем, что с виду всё гладко, нам пытаются помочь и местный ОБХСС, и ГАИ, и руководство завода. Как только мы… даже не на мозоль наступим, а только приблизимся к фигурантам алмазных махинаций, напоремся на противодействие. Возможно, эти законные выходные — последние, что мы проведём в спокойной обстановке. Если только наши предположения верны, и машины окажутся индикатором вовлечения в преступную деятельность, то уже сейчас, когда мы шустрим в ГАИ и запрашиваем личные дела заводчан, реакция последует быстро.

Возможно, у Громова имелись личные резоны смотаться в Москву, Айварс только плечами пожал, остальные были готовы зависнуть в Смоленске и до понедельника.

— Умелец с ножом сегодня заканчивает смену в 17−00, когда торговля на Колхозной площади затихает, да ещё пока доедет на трамвае, — возразил Леонид. — Если он промышляет ножами постоянно, то ловить его за сбытом имеет смысл только в субботу, а то и в воскресенье. Да к супругам Белко лучше нагрянуть в выходные. У нас две ниточки — вот и дёрнем обе. Хотя… Есть и третья, сомнительная. Зато по профилю.

— Что за ниточка? — не поверил Громов.

— Скорее шаткое подозрение. Оно шевельнулось, когда Боря Синьков не спросил у своего суперагента, каким образом краденое выносится из режимной зоны. Ладно, его прокол. Потом Васильев называет Синькова в числе регулярно посещающих производственную зону и не подвергающихся досмотру. Положим, совпадение. А вот и третье. Вы смотрели только заводчан? А я и милиционеров. На жену Синькова приобретён свежий «Москвич-412». Не по очереди на службе в УВД, там лет 10 стоять, милиции не выделяют столь часто как работягам. Не по очереди жене, она ещё студентка, вообще мимо кассы. Но основание постановки на учёт — бумага из автомагазина. То есть милый супруг купил благоверной открытку. На 220 рублей за лейтенанта и должность? Конечно, в ОБХСС зарабатывают не только на бриллиантах, Самвел с товарищами лучше меня знают, — опера сморщились от обидного намёка, но Леонид не слез с осёдланного конька. — В общем, наш лейтенант очень подозрителен.

Как и подозрительна сама система продажи новых авто в СССР. В некоторых областях в магазины подавались списки очередников, передовиков, льготников и прочих счастливчиков, кому причитался «москвич», а скоро и «жигуль». В других достаточно было предъявить открытку, обычный листок плотной бумаги — с печатью, но без каких-либо водяных знаков и прочих средств защиты от подделок, даже без фамилии будущего автовладельца. Одно из самых