Фантастика 2026-188 - Харальд Хорф

ВАСИЛЕВСКИЙ: какова по вашему мнению численность прорвавшейся группировки немцев?

КОНЕВ: порядка двух танковых дивизий.

ВАСИЛЕВСКИЙ: что происходит на участке других армий?

КОНЕВ: 16-я армия отбивает неоднократные атаки противника на своём правом фланге. 20-я армия продолжает удерживать занимаемые рубежи, отражая атаки немцев на местном уровне. Такая же обстановка имеет место и на участке 24-й армии.

ВАСИЛЕВСКИЙ: какова обстановка у Собенникова?

КОНЕВ: Собенников ведёт упорные бои с крупными силами противника прорвавшимися на СПАС — ДЕМЕНСК. Мною принято решение о передаче 170 сд из состава 24-й армии в состав 43-й армии.

ВАСИЛЕВСКИЙ: доложите об обстановке в воздухе.

КОНЕВ: обстановка в воздухе остаётся крайне тяжёлой. По сути противник добился успехов на земле благодаря своему ощутимому превосходству в воздухе. Авиация фронта третью ночь наносит удары по аэродромам противника в районе Смоленска.

ВАСИЛЕВСКИЙ: Ставка крайне обеспокоена обострением ситуации на правом крыле Западного фронта.

КОНЕВ: командованием фронта принимаются все меры для ликвидации возникшей угрозы. Будут предприняты все меры для того,чтобы немцы не сумели осуществить прорыв в направлении ХОЛМ — ЖИРКОВСКИЙ.

ВАСИЛЕВСКИЙ: В распоряжении Резервного фронта перебрасывается 17-я танковая бригада. Штаб бригады уже прибыл в район ЮХНОВА. Решается вопрос о передаче этой бригады в распоряжении вашего фронта.

КОНЕВ: свежая танковая бригада мне очень пригодится. Особенно для прикрытия направления на ЮХНОВ.

ВАСИЛЕВСКИЙ: согласно решению Ставки 60 и 17 сд из состава 33-й армии перебрасывается в район СПАС — ДЕМЕНСК для укрепления левого крыла 43-й армии.

КОНЕВ: очень хорошо.

ВАСИЛЕВСКИЙ: у меня пока всё.

КОНЕВ: до свидания.

ВАСИЛЕВСКИЙ: до свидания.

— Продвижение противника на Холм- Жирковский пока приостановлено,- докладывал мне Рокоссовский, частями сто двадцать шестой танковой бригады нанесён значительный урон авангарду девятнадцатой танковой дивизии врага. Уничтожено девятнадцать танков противника. Немцы пока приостановили своё продвижение по дороге на Холм- Жирковский.

— Хорошо, я понял тебя, Константин Константинович,- ответил ему я,- сегодня я выделю тебе побольше истребительной авиации,что бы прикрыть расположение твоей группы.

Опустив телефонную трубку я задумался. Итак девятнадцатая танковая дивизия. Из резерва группы армий. Это означает только одно — дивизии третьей танковой группы понесли настолько большие потери,что фон Боку не осталось ничего иного, как спешно ввести в бой своё единственное танковое соединение, находящиеся в его резерве. Теперь главной задачей является потрепать ей настолько, что бы ударная мощь этой самой дивизии снизилась как можно больше.

Я вновь снял телефонную трубку и позвонил Мичугину.

— Фёдор Георгиевич,- сказал я ему,- сегодня кровь из носу, но надо обеспечить максимальную поддержку с воздуха группе Рокоссовского. От успеха или напротив неуспеха её действий зависит слишком многое. Сможешь сделать это?

— Сделаем всё от нас зависящее,- ответил мне Мичугин, и добавил,- мне бы ещё пару полков истребителей!

— Ну у меня в карманах эти пара полков не завалялись. Так,что действуй тем,что имеешь в своём распоряжении.

— Есть.

Следующий мой звонок был Собенникову.

— Пётр Петрович, здравствуй, что у тебя там? Как обстановка?

— Здравия желаю, — донёсся до меня голос командарма — 43,- только, что завершился налёт фашистов на Спас — Деменск. Город бомбило примерно сорок самолётов. Судя по всему очень много жертв среди гражданских. Разрушено здание горисполкома. Хорошо я там не стал размещать свой КП. Танки противника уже в трёх километрах от города.

— Пётр Петрович, Спас- Деменск удерживать до последней возможности! Ни в коем случае нельзя пропустить немецкие танки по Варшавскому шоссе! Понял?

— Понял, как не понять.

— На подкрепление к тебе идут две дивизии из тридцать третьей армии. Так,что готовься встречать их. В общем без моего приказа ни шага назад! Сними и перебрось к городу часть своих сил со своего правого фланга. Если понадобится у въезда в Спас — Деменск поставь зенитные орудия.

Закончив разговор с Собенниковым я подумал и позвонил Соколовскому.

Рокоссовский наклонился над картой, которая была расстелена на грубом дощатом столе. Его КП разместился на окраине маленькой смоленской деревушке в обыкновенном крестьянском доме. Рядом с ним находился начальник штаба его группы генерал Малинин, начальник артиллерии генерал Казаков, а так же генерал Орёл.

— По дороге на Холм — Жирковский сплошным потоком идут немецкие войска. Много танков и мотопехоты,- докладывал негромким голосом Малинин,- совершенно очевидно,что противник стремится выйти к Холм — Жирковскому крупными силами.

— Михаил Сергеевич, как ты понимаешь нашей задачей является нанесение удара по этим прорвавшимся мотомехчастям противника с целью нанесения им решительного поражения. Прорыв немцев к Днепру должен быть исключён. Для этого мы и находимся здесь.

— Что же, Константин Константинович, задача ясна. Только вот будет ли нам оказана поддержка сверху? А то боюсь,что в противном случае, стоит нам только высунуть нос, как немцы нас разнесут в клочья!

— Командующий фронтом лично, обещал мне поддержку истребительной авиацией.

— Ну раз так, то тогда воевать будет можно. Сил в нашей группе у нас собрано немало так, что вполне сможем здорово потрепать фашистов.

— Атаку начинаем через сорок пять минут. После десятиминутного огневого налёта. Всем всё ясно, товарищи командиры?

— Ясно, товарищ генерал — лейтенант.

— Тогда по местам.

Только, что от Рокоссовского пришло известие,что поле короткого огневого налёта части его оперативной группы перешли в атаку. По моему глубокому убеждению наносимый войсками под его руководства контрудар должен был принести несравненно лучшие и большие результаты чем контрудар которым командовал генерал Болдин. Хотя даже при довольно бестолковом руководстве Болдина у немцев возникла заминка в продвижении, которой увы не сумело воспользоваться командование того Западного фронта. Здесь же всё будет иначе. Я был совершенно твёрдо убеждён в этом. Так,что планам и расчётам фон Бока на быстрый выход к Днепру не суждено было сбыться. Рокоссовский это не Болдин. Свою воинскую славу он стяжал совершенно заслуженно. Причём с самых первых дней войны. А вот Болдин на мой взгляд оказался на этом месте достаточно случайно. В июне он руководил безуспешным контрударом, наносимого силами трёх корпусов Западного фронта, на Гродненском направлении, после провала этого контрудара и разгрома немцами вверенных ему войск оказался в окружении, из которого вышел во главе крупного отряда в августе месяце. Действия генерал — лейтенанта Болдина в очень положительном ключе были отмечены тогда в знаменитом приказе № 270. Надо сказать по праву. Сразу после выхода из окружения Болдина в Кремле принял Сталин. В итоге к началу немецкого наступления на Москву он занимал должность