Полдень, XXI век №3 2004 - Евгений Юрьевич Лукин
— Эгрегор Жругрович! Дело-то ведь не в том, что там у вас должно завестись в левом кармане. Кстати, нищий не в курсе, он тут вообще ни при чём... Вас на другом ловят. Все колдовские операции заверят нотариально, а сам процесс отснимут на видеокамеру. Им важно доказать, что вы не верите в колдовство, понимаете? А там, глядишь, под шумок и в безбожии обвинят... — Портнягин сделал изрядную паузу, однако владелец «Валгаллы» ею не воспользовался. Пришлось продолжить, изо всех сил стараясь не сбиться на заискивающий тон: — Я вот думаю: если вы завтра понарошку сделаете вид, что заколдованы...
Глеб не договорил и умолк. Пауза тянулась и тянулась. Эгрегор Жругрович взвешивал предложение.
— Хорошо, — сказал он наконец. — Подам из левого... Заказчиков, конечно, не назовёшь?
— Не назову, — с облегчением подтвердил Глеб.
— И не надо, — после краткого раздумья постановил Эгрегор Жругрович. — Аванс от них получил?
— Получил.
— Какими купюрами?
— Разными, — несколько удивившись, ответил Глеб.
— Самая мелкая какая?
— Десять баксов.

— Давай сюда.
— Эгрегор Жругрович, — укоризненно молвил Глеб, доставая бумажник и находя нужную купюру. — Чем заказывать порчу на стороне, могли бы и меня попросить.
Жесткая щетинка усов над несколько вывернутой верхней губой едва заметно шевельнулась.
— Да что заказывать? с— казал владелец "Валгаллы*. — Сам наведу. Порча дело нехитрое.
От неожиданности Портнягин поперхнулся.
— Как же вы её наведёте, — малость опомнившись, выговорил он, — если в колдовство не верите?
— Верю, не верю... — последовал эпически неспешный ответ. — Какая разница! Главное, чтоб они верили.
ГОНКА ЗА ЧЕРЕПАХОЙ
Зачем, глупец, хочешь ты распутать узел, который, даже запутанный, доставляет нам столько хлопот?
Аристип
— Присаживайтесь, — предложил Глеб. Слово «садитесь» его отучили употреблять ещё в местах не столь отдалённых.
Клиент колебался.
— Простите, — рискнул он, — а вы в самом деле Ефрем Нехорошее? Мне казалось, он старше...
— Нет, — нахмурившись, прервал его Глеб. — Ефрем Нехорошев сейчас на прогулке, будет через полчаса. А я — его ученик. Портнягин моя фамилия. Глеб Портнягин.
— Так, может, я тоже через полчаса...
— Как хотите. Но за полчаса могут ещё люди подойти...
Клиент колебался. Похоже, был он из тех субъектов, которым проще удавиться, нежели самостоятельно принять самое пустяковое решение. Плохо. Нерешительность в мелочах обычно отзывается исступлённой непреклонностью в так называемых серьёзных вопросах. А с иными вопросами к колдунам, как известно, не ходят. Только с серьёзными.
— Если отсушить кого, — наудачу закинул крючок ученик чародея, — это бы я и без него смог...
— Отсушить? — Посетитель тревожно задумался. — Да, пожалуй... Только, видите ли...
— Присаживайтесь, — повторил Глеб.
Клиент с оглядкой опустился в кресло. На первый взгляд, ничего особенного: средних лет, среднего роста, среднего класса... А присмотришься: горестный изгиб рта, судорожно собранные брови. Волокна ауры, вместо того чтобы стоять, как положено, дыбом, образуя лучистый ореол, всклокочены, запутляканы. Трудный случай.
— Так кого надо отсушить?
— Понимаете... Речь не о человеке. Речь о проблеме.
— Что за проблема?
— Апория Зенона.
— М-м... Напомните.
Посетитель взглянул на невежду едва ли не с брезгливостью.
— По-моему, об этом даже в школьных учебниках написано... — холодно заметил он. Однако, видя, что выражение лица Глеба осталось отрешённо-задумчивым, сообразил и устыдился: — Ах, вон вы о чём! Я, конечно, имею в виду самую известную его апорию... «Ахиллес и черепаха».
— А вы всё-таки своими словами.
— Хорошо, — отрывисто согласился гость. — Ахиллес, самый быстроногий из людей, гонится за черепахой. Очень быстро достигает той точки, где черепаха была, когда он за ней побежал. Но за это время черепаха успевает уползти вперёд на какое-то расстояние. Он пробегает и его. Однако черепаха опять успевает чуть-чуть уползти вперёд. И так до бесконечности. В итоге выходит, что Ахиллес никогда не догонит черепаху.
Портнягин понимающе кивал. Примерно год назад рецидивист Озимый, прозванный так за то, что в силу неведомых фатальных обстоятельств сажали его исключительно осенью, выспорил у Глеба в камере пять ирисок с помощью именно этого прикола. Вот, значит, как это называется... Апория Зенона.
— А разгадка? — не удержавшись, полюбопытствовал ученик колдуна.
— Никакой! — с отвращением отозвался клиент. — В том-то и дело, что задача составлена логически безупречно. Ахиллес действительно никогда не догонит черепаху.
— Ага, — помедлив, несколько озадаченно промолвил Глеб. — Ну, давайте я её вам из головы вышибу — и все дела. Заклинание есть такое, специальное, чтоб забыть...
— И остальные три апории? — ядовито осведомился гость. — И всю логику в придачу?
— Нет, ну всю логику-то...
— Всю! Всю! — закричал клиент, придя в сильнейшее беспокойство. — До последнего силлогизма! — Отчаялся, уронил плечи. — Можно я с самого начала?.. — обессиленно попросил он.
—Давай... — ошалело разрешил Глеб, перейдя от растерянности на «ты».
— С детства меня это бесило, — признался посетитель. — Ну как это — черепаху он догнать не может! Подрос я, в книжки полез. А там чёрным по белому: «Апории Зенона ярко иллюстрируют противоречивость движения...» Какую, к чёрту, противоречивость? Невозможность движения они иллюстрируют! Невозможность! Ладно. Стал глубже копать... И что оказалось? Якобы весь фокус в том, что расстояние может делиться до бесконечности, а время — нет...
— Ну как это? — усомнился Глеб. — А на минуты, на секунды...
— Прошлое и будущее — да! — запальчиво возразил гость. — Но они существуют только в нашей памяти и в нашем воображении. А настоящее — это квант времени! Как его делить, если он квант?
— Кофе сварить? — с сочувствием глядя па клиента, спросил Портнягин.
— Бог с ним с кофе! Подростком уже был... Хорошо, думаю, раз за столько тысяч лет никто эту белиберду опровергнуть не сумел значит, сам опровергну. Представил себе прямую линию, по которой они бегут, Ахиллес с черепахой... Прямая состоит из бесконечного числа точек. Так?
— Н-ну... допустим.
— Начал мысленно приставлять точку к точке, чтобы прямую линию построить... — Гость умолк. Кажется, у него сел голос.
— Ну! — подбодрил Глеб.
— Ничего не