Чужое лицо - Владимир Георгиевич Босин

1. Зрительный аппарат и слух.

2. Позвоночник.

3. Нижние конечности.

4. Мышечная атрофия.

— По времени может занять длительное время, у меня пока не хватает информации. Пойми, Сергей — этот не одна болезнь. На самом деле здесь двадцать семь различных повреждений, возникших в разное время. Следовательно и лечить их нужно по отдельности.

— Хорошо, сколько продлится первый этап?

— А это зависит от того, чего ты хочешь. Если быстрое восстановление, то это займёт 2–3 дня. Но это будет скорее стабилизацией. Средний по сложности этап может занять 7–10 дней. Тебе придётся каждый день ложиться на несколько часов. Я бы порекомендовал именно этот вариант.

— А третий?

— Третий — это лечь сразу на 2–3 недели, но тут есть определённый риск. Зато и результат на лицо.

— Нет, риск нам не нужен, оставляем второй вариант. Что от меня требуется?

— Ничего, нужно соответствующее питание. Я конечно буду подкармливать твой организм, но этого недостаточно. Нужно пить много воды, белка, кальция и железо.

— И где я это найду? В деревенском магазине и слов-то таких не знают.

— Эквивалентно суточному употреблению четырехсот граммов мяса, шести куриным яйцам, пятистам грамм творога, можно добавлять мясо курицы и рыбу.

— Ясно. Когда начинаем?

— Зависит только от тебя.

Вот Татьяна то удивилась, когда я сообщил ей, что на неделю ложусь в больничку. А перед этим заеду к своему старому товарищу. Ну а так как с пустыми руками неудобно, то Тане следует мне помочь и купить кое-что из продуктов.

— Так давайте я посажу Вас на поезд. И сумки помогу донести.

— Не надо, за мной заедут на машине. И ещё, Таня — заходить ко мне в дом не обязательно. Кот Васька не пропадёт, и так в основном у вас подъедается.

— Да как хотите, — женщина немного обиделась, но мне не до её эмоций. Изрядно потряхивает, я планирую уже вечером залечь в капсулу.

Чуда не произошло, я пролежал в капсуле пять часов и встал с ноющей головной болью, ноги тоже плохо слушаются.

— Выполнена подготовительная стадия.

— Начата реконструкция сосудистой сети.

— Основные изменения будут происходить в течение ближайших восемнадцати часов. Рекомендую поспать, восстановительные процессы требуют естественных циклов сна. А непрерывное пребывание в капсуле нецелесообразно.

В таком разбитом состоянии я и потащился в кровать. Зато заснул без всяких таблеток и продрых до утра.

А утром сварил яйца и умял три штуки, заев свежим творогом. Сразу же поставил кастрюлю, вариться мясо. Как говядину, так и курицу. Я якобы сегодня днём уезжаю и завтра уже топить печь не получится. Спалю легенду. Так что еду нужно готовить уже сейчас.

Второй и третий день были копией первого. А вот четвёртый принёс заметное облегчение, голова совсем не болит, правда сильная слабость не даёт радоваться этой новости.

Прорыв произошёл на пятый день. Проснувшись понял, что зверски голоден. А Док объяснил, что регенерация нервной ткани сопровождается повышенным расходом энергии. Так что я слопал в два раза больше обычной нормы. Отрезал большие ломти холодного мяса и уложив на хлеб жадно поглощал. Иначе этот процесс насыщения и не назвать. Полежав пару часов опять встал и начал размышлять, как бы пожарить рыбку, чтобы меня не выпасли. Вспомнив, что в сенях видел электроплитку радостно побежал готовить еду. Для меня сейчас важно это питание, а не гастрономическое наслаждение.

А на седьмой день меня начали посещать яркие сны. Я вижу фрагменты из жизни Ковалёва, причём такие насыщенные красками и эмоциями, что невольно увлёкся этим. Док объяснил, что это перестаивается мозг и возможно стали доступны воспоминания реципиента.

Теперь мне стало легче ходить и значительно улучшилось зрение. Один глаз практически восстановился, другой пока никак. Сложно стало прятаться в доме, я слышал, как в дверь толкалась соседка. Но я предусмотрительно закрыл изнутри дверь на замок. У Татьяны есть свой ключ, но я просил не заходить, вот и она просто проверяет — не вернулся ли я.

А на девятый день сухой голос Дока сообщил мне долгожданную весть:

— Первый этап завершён.

— Восстановление центральной неровной системы — 87%

— Хронический болевой синдром устранён.

— Внутричерепное давление нормализовано.

— Остановлено прогрессирование дегенеративных изменений.

Звучит как песня, как поэма в стихах. Так бы и слушал. А ведь и верно, уже несколько дней меня не донимает головная боль, сопровождавшая верным спутником много лет. Неужели я вышел на верную дорогу, неужели не нужно больше прислушиваться к первым признакам боли.

На радостях я оделся и вышел на улицу.

Это трудно передать, мне пока ещё трудно передвигаться без палочки. Зато голова ясна как никогда, и я вижу. Пусть одним глазом, но мир расцвёл неожиданными красками. Летний день клонился к вечеру. Солнышко коснулось верхушек деревьев и теперь заливает крыши домов мягким золотистым светом. Белые облака на западе окрасились в розовые и оранжевые цвета. А стёкла домов вспыхивают яркими отблесками, словно кто-то внутри них зажёг десятки маленьких костров.

Я медленно, опираясь на палочку бреду по улице и получаю от этого невероятное удовольствие. Трость по-прежнему остаётся необходимостью, пока без неё никак. Правая нога слушается плохо, но право — это такие мелочи. Зато сколько вокруг меня прекрасного. Где-то за огородами перекликаются птицы, вдалеке лениво и протяжно мычит корова, у колодца звякнуло ведро и я перехватил взгляд незнакомой для меня женщины. Кивнул ей в ответ и пошёл дальше. Из раскрытого окна доносится музыка.

Я остановился — господи, как хорошо. А запах какой. Пахнет летом, разогретой за день землёй, свежескошенной травой, яблоками из чьего-то сада и свежим навозом, как без этого в селе.

Навстречу прошла с вёдрами пожилая женщина, — добрый вечер, Сергей Павлович.

Я ответил ей, та внимательно посмотрела мне в след.

— Гляжу, полегчало тебе.

Я улыбнулся в ответ, — есть немного. Московские врачи помогли.

— Ага, и хорошо.

Мне стало так приятно от этого человеческого тепла, она ведь искренно за меня рада.

Из-за поворота показался старенький грузовик. Его кузов был набит женщинами, возвращавшимися с поля. Машина проехала мимо, оставив в воздухе клубы пыли и радостный смех пассажирок.

Следом медленно катит трактор с огромными колёсами. Молодой парень в робе махнул мне рукой и посигналил.

Вечерняя жизнь села шла своим чередом. Как и вчера, как и год назад. Мир не изменился,