Олег Кулаков - Нукер Тамерлана

Пока он рисовал, Хромец терпеливо и молча ждал: ни разу не поторопил, не потребовал показать неоконченную работу. И это было хорошо.

Завершив рисунок, Дмитрий критически оглядел его. На карте отсутствовали Австралия, Малайзия и Полинезия — слишком много там островов, не до конца был нарисован Африканский континент — полностью он и не нужен. Севера Евразии тоже не имелось. И не было обеих Америк. Но Дмитрий был совершенно спокоен: это для него карта не полная, а для Тимура в ней полным-полно нового и неожиданного, например Скандинавский полуостров.

— Сделано, хазрат эмир, — произнес Дмитрий, откладывая калам и вытирая о штанину измазанные чернилами пальцы.

— Покажи, — оживляясь, потребовал Тимур.

Дмитрий поднял лист и развернул его рисунком к Тимуру, удерживая бумагу на уровне груди. Тамерлан пристально и долго вглядывался в рисунок и в конце концов поднял на Дмитрия посмурневший взгляд.

— Ну?

“Его моя карта дезориентировала, — подумал Дмитрий. — Что ж, поможем ее понять”. Он провел ногтем вокруг амебоподобного, украшенного мелкими завитушками рисованных волн Аральского моря и сказал:

— Вот, хазрат эмир, море, которое лежит средь песков. В него впадают две реки. Одна из них называется Аму…

Хромец прервал его взмахом руки и снова впился глазами в рисунок.

— Поднеси рисунок ближе, — приказал он.

Дмитрий повиновался. Хмуря рыжие брови, Тимур водил пальцем по линиям, спрашивая с мальчишеским азартом:

— Вот это что — море? Вот это река, да?

— Да, повелитель, — отвечал Дмитрий. — Нет, повелитель, это не море, это океан.

— А где Самарканд?

Покажи, Дмитрий послушно ткнул пальцем в некую точку, расположенную между Амударьей и Сырдарьей.

— Где-то здесь, хазрат эмир.

Хромец озадаченно взглянул.

— Где-то? Ты что, точно не знаешь?

— Я не слишком сведущ в этой науке, хазрат эмир, — пояснил Дмитрий.

— Ты нарисовал мне целый мир и говоришь, что не сведущ? — удивился Хромец.

— Мой рисунок — работа ученика, а не мастера. Он грешит многими неточностями, хотя в целом верен, хазрат эмир. Конечно, ученые мужи моего времени наверняка бы высмеяли мою попытку начертать облик мира. Но смотри… — перехватив лист одной рукой, Дмитрий ребром ладони отсек на карте территорию Китая, присовокупив к ней и Корейский полуостров. — В моем времени это царство именуется Мачин и правит в нем султан Омар. К нему и направлялось мое посольство. Вот Самаркандское царство (и снова палец чертит по бумаге, захватывая земли от Монголии до Кавказа). Там царствует шах Хусейн. Здесь же… — Дмитрий обвел северное побережье Африки, — здесь правит шах Мансур. Вот на этой земле (Египет и Аравия) восседает на престоле султан Мухаммад. А вот на этой части мира (куда вошли Турция, Болгария, Греция и прочие причерноморские государства) правит шах Алишер. Вот Индия (Индия плюс Вьетнам, плюс Цейлон…) — здесь государем шах Бабур. Все названные мною правители — тимуриды, твои прямые потомки, хазрат эмир, и принадлежит им большая и лучшая часть мира.

— Большая и лучшая часть мира… — проговорил Тамерлан. — А остальные земли? Кому принадлежат они?

— Там находятся страны неверных, — сказал Дмитрий.

Тимур недоверчиво уставился на него.

— Неверных? — переспросил он.

— Да, хазрат эмир.

— Почему?

“Однако, — подумал Дмитрий. — Я его потомкам отдал практически весь Старый Свет, а он недоволен…”

— Не в моих силах ответить на твой вопрос, хазрат эмир, — осторожно ответил он. — Я всего лишь нарисовал тебе мир таким, каким я его знаю, а знания мои ограниченны. Я не всеведущ.

— Не всеведущ… — проворчал Тимур. — А где твоя родина? Покажи.

— На этом рисунке нет изображения моей родины, хазрат эмир.

— Как так? — зеленые глаза Хромца внезапно стали злыми и настороженными. — Почему?

— Потому, хазрат эмир, что в первую очередь я рисовал тебе владения твоих потомков, и еще потому, что моя родина лежит на земле, не известной никому в твое время. — Дмитрий приложил ладонь к рисунку. — От этих берегов ни один корабль не доплыл пока до земли, на которой простирается моя родина, и доберутся до нее мореплаватели еще нескоро. Лишь спустя века приплывут к ней под парусами смельчаки. В твое время, хазрат эмир, никто и не подозревает, что эта большая земля существует. Но я могу показать тебе, где она находится: правда, на этом листе для нее не хватило места.

— Показывай, — отрезал Тимур.

— За Мачином в океане лежит гряда островов. — Дмитрий обвел ногтем очертания Курил и Японии. — Люди еще долго будут думать, что дальше за ними нет ничего, кроме вод океана. Но это совсем не так. Если плыть все время на восток, — его палец ушел за край бумажного листа, — то по прошествии многих дней плавания на пути корабля встанет обширная земля. Там и находится моя родина, хазрат эмир. Оттуда я и начал путь, приведший меня к тебе.

— Земля, о которой сейчас никто не знает… — медленно проговорил Тимур.

— Никто из живущих сейчас в этом мире о ней не ведает, — невозмутимо подтвердил Дмитрий. — Кроме тебя, хазрат эмир, ты о ней теперь знаешь.

Взгляд Тимура потемнел.

— Мне снова хочется назвать тебя лжецом, — сказал он.

— Я понимаю, — кивнул Дмитрий. — Мой народ тоже очень долго думал, что наша земля — единственная в мире. И за океаном нет ничего.

— Далеко до твоей земли? — спросил Тамерлан.

— Весьма. Сначала надо дойти до края суши, а затем плыть морем. Многие месяцы пройдут, прежде чем путешествие благополучно завершится.

— Довольно… — вдруг сказал Тамерлан. — Довольно… Много вопросов мне еще надо тебе задать и много ответов получить, но пока довольно… Одно гнетет: вдруг завтра тебя уже не будет. Исчезнешь. Развеешься, как дым. Что тогда?

— Не знаю, хазрат эмир.

Тимур нахмурился и протянул руку к карте:

— Дай сюда твой рисунок. И повтори, кто из моих потомков где правит.

Дмитрий отдал карту и послушно повторил имена придуманных им Тимуридов. Он давным-давно вызубрил их, втравил в память: разбуди посреди ночи — оттарабанит не задумываясь. На каждое имя Тамерлан кивал с рассеянной улыбкой. Когда Дмитрий умолк, Хромец громко вздохнул.

— Если бы тебе… — начал он и внезапно осекся. — Есть в этом мире тот, кто может знать, когда придет час твоего возвращения, — сказал он. — Есть.

Неожиданное заявление Хромца озадачило Дмитрия.

— О ком ты говоришь, повелитель? — спросил он.

— Будто ты сам его не знаешь, эмир Димир, — откликнулся Тимур.

“Джавляк, — понял Дмитрий. — О нем речь”.

— Ты имеешь в виду мудреца, который послан мне? — уточнил Дмитрий.