Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина
Ведь эта орда была лишь острием вторжения. Многометровые толстые порождения Нургла возвышались сзади, и с безумным смехом уже были готовы своими ржавыми клинками разорвать последних сопротивляющихся. Также были заметные разнообразные червяки, отдалённое похожие на слизняков, оставляющих за собой влажный и слизкий след, который поджигал землю одним касанием.
Небо также не было защищено от этой чумы. Сотни и тысячи отвратительных мух, каждая из которых была размеров с собаку, застилали собой небо. На некоторых, самых больших, даже восседали другие демоны и культисты, которые сбрасывали чумные бомбы на Силы планетарной обороны.
Но больше всех пугали высокие фигуры, закованные в жёлто-зелёную броню. Гвардия Смерти оправдывала своём имя и несла ничего кроме разрушения и разложения. Каждый из космических десантников казался вестником погибели, способных самолично прорвать фронт и принести мучительную кончину миллионам. Казалось, никто и ничто на планете не был в состоянии остановить их.
На удивление, Тифус, избранный чемпион Отца Чумы, не вёл свои войска в бой. Лишь единожды он вышел на поле боя, когда выпустил чуму, покрывшую собой почти всё поле боя и сломавшее первый фронт защиты. Чёрно-зелёная волна слизи, спор и мелких паразитов за мгновение закрыла собой небо с солнцем и уже через несколько секунд тысячи солдат пожалели, что не умерли раньше.
Пока в этой части планеты происходила битва за судьбу миллиардов, Олианта Рэтбоун спокойно скрывалась в своём дворце-крепости. Второе по защищённости место на всей планете стало её обителем, в котором женщина строила планы дальнейшей деятельности.
На её лице нельзя было заметить не единой эмоции, когда она рассматривала отчёты о безумном количестве погибших. Сотни тысяч солдат уже мертвы и миллионы лишь тянут неизбежное. Гражданских, погибших из-за распространения болезней и отравления воды, уже вообще никто не считал. Две трети дворянства в принципе перестала существовать и стала частью истории, которую скоро никто не вспомнит.
Вторжение проклятых сил абсолютно не волновало женщину и захват космического порта интересовал её куда больше. Ведь учитывая договорённости, которые она заключила с чемпионом Бога Перемен, шанс вмешательства лже-святого в её план преступно велик…
— Похоже, наконец-то настало время нам поговорить. Скажу честно, это не самое приятное знакомство и в моём личном рейтинге инквизиторов, которых я вживую встречал, вы заняли твёрдое последнее место.
Неожиданно мужской голос раздался рядом с женщиной. Стоило ей поднять взгляд, как она увидела неестественно высокого молодого человека с красноватой кожей и ярко алыми волосами. Ни один мускул не дрогнул на лице держательницы инсигнии и она лишь спокойно отложила отчёты в сторону, повернувшись к новому гостю.
— И мне приятно с вами познакомиться. Не скажу, что ждала встретить вас лицом к лицу, однако это было практически неизбежно. — с холодным взглядом ответила женщина. — Сразу скажу, что попытки прочитать мои мысли или сломать меня ментально, чтобы добыть информацию, ни к чему не приведут. Аугментика, защищающая от таких попыток, хоть и признана еретической, но результат стоит того. Любая попытка и мой мозг просто сгорит подобно спичке.
Мужчина просто хмыкнул и слегка наклонил голову в сторону.
— А кто сказал, что этот результат меня не устроит? — спокойно произнёс он. Однако инквизиторша лишь отрицательно покачала головой и с разочарованием посмотрела на него.
— Если бы вы хотели меня убить, то уже бы сделали это. Пытки бессмысленны и ни к чему не приведут, так что вы вряд ли пришли ради этого. Остаются только две вещи, которые могут вас заинтересовать — информация и моя власть. Ни первое, ни второе, вам не получить без моего желания. А значит, — впервые за весь разговор, Рэтбоун едва заметно улыбнулась. — нас ждёт долгий разговор.
Молодой мужчина некоторое время удивлённо смотрел на женщину, словно не веря в её слово, после чего слегка покачал головой, словно не мог поверить в услышанное.
— Ну вот откуда в еретиках берётся такая вера, что все готовы продавать свою душу и идти на сделку с буквальным дьяволом? И ведь по глазам вашим вижу, что вы серьёзно верите, что я буду с вами сотрудничать. — с нескрываемым удивлением проговорил мужчина, на что инквизиторша лишь слегка подняла бровь.
— Мои действия хоть и радикальны, признаю это, но в них нет ничего еретического. Работа инквизиции в том, чтобы ценой малых жертв привести человечество к процветанию. И вся нынешняя ситуация — это не более, чем план завести врага в ловушку, чтобы затем раз и навсегда расправиться с ним. Маски, Гвардия Смерти и даже сам Тифус — стоит их ликвидировать, как тысячи миров скажут мне спасибо и запомнят меня как великую героиню. Человечество наконец-то проснётся и вступит в новую эру противостояния, которое избавит нас от всех слабых и мешающихся элементов…
— Ну да, теперь куда понятнее. Вижу, что вы не лжёте и никакой демон в вас не вселился. — проговорил святой, качая головой. — Это было единственное, в чём я хотел убедиться перед концом. Просто скажу, что вы совершили одну ошибку, мисс Рэтбоун. Видимо, вы позабыли, что власть инквизиции не стоит ничего, если за спиной больше нет поддержки других фракций. Поэтому… Я бы сказал, что Император заберёт вашу душу, однако уверен, что это сделают совсем другие существа. И они устроят с вами то, что вы заслуживаете.
Смотря прямо в глаза женщины, молодой мужчина просто щёлкнул пальцами. Менее чем на секунду, вспыхнуло красно-жёлтое пламя, мгновенно поглотившее тело инквизиторши и обратившее его в прах. Высокий космический десантник с золотым змеем на плече вышел из тени и с любопытством стал рассматривать кучку пепла, пока молодой человек замер на месте.
. . .
— Неплохая работа, однако мой первоначальный план был куда элегантнее. Но и так неплохо — ликвидация слуг Трупа на троне не может не радовать. Она уже выполнила свою роль и мои люди уже на местах, так что скоро мы сможем покончить с другой отвратительной угрозой. — спокойно проговорил Ариман. — Не расскажешь, о чем ты переговаривался с генералом Чэнем?
Я и не думал, что смогу всё утаить от старого манипулятора, однако было видно, как тому непривычно работать без своего предвидения. И это было моим