Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова
— Догадался, значит? — проскрипела Аграфена, вынырнув из-за пучков мелиссы, подвешенных почти под самым потолком.
— Тяжело не догадаться, когда есть подсказки, — я повернулся в сторону Шумского, который следил за нашей беседой.
— А вы знакомы? — удивился мужчина.
— Да, в прошлом году Аграфена спасла мне жизнь.
— Вот как! — просиял мужчина. — Надеюсь, и мне удастся помочь. Но сначала я хочу, чтобы вы сняли заклятие с одной вещи. Может, если уничтожить заклятие, то и мне станет легче?
Шумский подопнул сундук к центру комнаты и открыл его уцелевшей рукой. Заметив хранившееся внутри ожерелье, знахарка отшатнулась в сторону.
— Болван, зачем ты притащил это сюда? Убери эту вещь отсюда! — приказным тоном произнесла Аграфена. — Эта вещь насквозь пропитана энергией смерти, ей тут не место! Не хватало, чтобы мои лекарственные травы пропитались этой дрянью.
Владимир Евграфович быстро захлопнул сундук и поспешил оттащить его обратно.
— Мне говорили, что вы заклинательница, и можете…
— Мало ли что в народе болтают? — осадила его старуха. — Эту вещь лучше предать земле, как и положено вещам с такой энергией. Долго, ещё очень долго её предстоит пролежать под землёй, прежде чем она очистится. Скорее всего, к тому времени эта вещь превратится в труху, но ничего в этом мире не проходит без следа. Что-то исчезает, что-то появляется…
Подумать только! Старая необразованная знахарка так точно описывает принцип распада атомов и работу радиации, будто изучала её столько лет. Чего только на Руси не увидишь. Да, Аграфена выражалась своими словами, потому как она не изучала физику, в чём-то была немного неправа, но общий смысл передала верно. Ожерелье лучше спрятать.
— А как быть с моей рукой? — с надеждой в голосе поинтересовался Шумский.
— Слишком долго ты пробыл рядом с этой штукой. Да и место, в котором ты получил эту энергию, не стоило открывать. Увы, слишком много энергии смерти вижу в тебе. Оставайся, попробую что-то сделать, но не обещаю.
Владимир Евграфович попросил меня ненадолго задержаться, чтобы провести процедуру очищения организма и регенерации, а затем я вернулся в Дубровск. Что насчёт Шумского, он решил остаться, свято веря в могущество заклинательницы. В его позиции была логика: рану, полученную от заклинателя можно попытаться излечить при помощи другого заклинателя, но я не был согласен с ним. Слишком много времени потеряно, и мои манипуляции лишь отсрочат его конец. Конечно, я буду уповать на чудо и на силы Аграфены, но все мы прекрасно понимаем что случится в скором времени.
Мы дотащили сундук до машины, распрощались с Владимиром Евграфовичем, а затем он вернулся к Аграфене, а я сел в машину. Часть пути водитель ехал молча, хмурился, и лишь иногда поглядывал на меня.
— И что, правду говорят, что она заклинательница? — нарушил тишину водитель.
— Да куда там! — беспечно махнул я рукой, выгораживая бабу Феню. — Будь она заклинательницей, нам бы не пришлось тащить этот сундук обратно. Да и знахарка она весьма посредственная, это я вам как дипломированный целитель говорю. С мощью, которую нам даёт дар, ей не сравниться, так что если вы не настолько суеверны, как господин Шумский, то вам лучше обратиться за помощью к компетентному целителю — толку будет больше.
— Понятно, — обронил водитель, и больше не задавал вопросов.
Уже у дома родителей Насти он помог мне достать из багажника сундук и занести его во двор, а затем получил деньги и уехал.
Я не стал тянуть время и как только справился с делами, поспешил обратно к кабинету, а вечером меня ждало ночное дежурство на «скорой». Уже после первой смены я понял, что мне нужно немного времени на сон, поэтому приём пациентов в кабинете придётся сокращать ещё больше. Теперь буду принимать до пяти, чтобы оставалось два часа на поспать и ещё час, чтобы прийти в себя и добраться до станции. Да, этого мало, но куда лучше, чем вообще провести всю ночь без отдыха.
Уже на станции меня ждал сюрприз.
— Ник, тебе приглашение, — Марк протянул мне открытку, на которой ровным почерком были выведены моё имя и фамилия.
Я сразу узнал этот почерк, а потому с нетерпением открыл открытку и заглянул внутрь.
«Дорогой Николаша, приглашаю Вас на празднование моего юбилея, которое состоится семнадцатого сентября на моей даче по адресу: улица Вишнёвая, дом 12. Начало в полдень. Буду рада видеть Вас с супругой. Леонова А. Т.»
Тихоновна! Как же долго я ничего о ней не слышал! Почти год прошёл с тех пор, как она ушла из больницы на заслуженную пенсию. А ведь не забыла! Или это очередная уловка любимовских наёмников? После стольких опасностей, которые довелось пережить, я уже во всём видел какой-то подвох.
Нет, слишком топорно сработано как для наёмников. Где гарантия, что я приеду? И потом, не проще ли провернуть всё в городе, не создавая дополнительные сложности?
И всё же я решил перепроверить информацию. Не знаю, решила ли Тихоновна позвать на юбилей Ярика, но Вельского она точно не забудет. И Шеншина. Значит можно поинтересоваться у кого-то из них.
Сразу после смены я направился в больницу. Пришлось немного подождать, потому как Юрий Александрович проводил утреннее совещание.
— Павлов? Что-то случилось? Твоему родственнику снова требуется помощь? — завалил меня вопросами заведующий отделением, стоило мне заглянуть к нему в кабинет.
— Благодарю, пока справляемся. Правда, хуже, чем хотелось бы. Я к вам по другому вопросу.
Я рассказал о юбилее Тихоновны, и получил более чем исчерпывающий ответ.
— От Леоновой? — задумался Юрий Александрович. — Да, получал приглашение. Обязательно заскочу к ней, чтобы выразить свою признательность и поздравить с такой серьёзной цифрой.
Выходит, всё-таки правда юбилей. По пути домой я сразу заскочил в оранжерею и решил вопрос с подарком. Помня о любви Тихоновны к цветам, я решил не покупать букет, а взял три ростка алтайской пеларгонии. Готов поспорить, она будет счастлива получить такой подарок.
Проблема только в том, что приём в кабинете снова придётся переносить. Тихоновна ни за что не отпустит через пару часов, поэтому придётся высвобождать весь день. Пока же мне просто хотелось хорошенько