Рунный маг империи. Том 5 - Георгий Сомхиев
— Даже если попадёшь в голову? — спросил княжич.
— Зависит от места, но рассчитывать на мгновенное убийство я бы не стала. Человека или обычного монстра сильное плетение может пробить насквозь, а исполин слишком большой и живучий. Даже серьёзная локальная рана его не обязательно остановит. Так что полезнее будет сбивать атаки, мешать ему двигаться и помогать тому, на ком он сосредоточится.
Остальные тоже коротко описали свои возможности. Я не стал объяснять принцип работы рун и ограничился тем, что могу сражаться мечом, использовать ледяную магию на средней дистанции и при необходимости подготовить сильное пробивное плетение.
Последним оставался Борвин. По его рассказу уже было понятно, что с рапирой княжич обращается отлично и способен пользоваться огнём, но о привычном стиле боя я пока знал не так уж много.
— Полагаю, моя очередь, — Борвин заметил мой взгляд и положил ладонь на гарду рапиры. — Ничего особенно сложного. Основное оружие, как видите, — рапира. Магия огня идёт дополнением.
— Насколько тесно они связаны? — спросил Ивар. — Ты ведь и последнее заклинание использовал через рапиру?
— Так удобнее, — подтвердил княжич. — Рапиру я могу использовать как концентратор: проводить через неё ману и формировать заклинание у самого острия. Так проще совмещать магию с ближним боем. С исполином я воспользовался именно этим. Подловил момент, направил остриё в открытую пасть и высвободил заклинание уже внутри.
Получалось, Борвин, действительно, был в первую очередь бойцом ближнего боя, просто намного активнее сочетал оружие с магией. Арвид после его слов заинтересованно посмотрел на рапиру, но вмешиваться не стал.
— А против исполина ты, в целом, как сражался? — задал ещё один вопрос Ивар. — Конкретно против такой махины рапира выглядит не самым удобным оружием.
— Для моего стиля подходит, — ответил Борвин и чуть пожал здоровым плечом. — Я не пытаюсь мериться с ним силой. Рапира позволяет держаться чуть дальше, работать точными ударами и оставляет вторую руку свободной для магии. Если понадобится рубить, клинок это тоже позволяет. Три отрубленных пальца у исполина появились не просто так.
Хакон одобрительно хмыкнул и ещё раз посмотрел на оружие княжича.
— Родовая техника что-нибудь меняет в твоих возможностях? — спросила Алиса. — Кроме того, что ты снова сможешь нормально двигаться.
— Нет, — сразу ответил Борвин. — Она не сделает меня сильнее, чем я был до всех этих ран. На пятнадцать минут вернёт тело в пиковую боевую форму. Грубо говоря, я буду двигаться и атаковать так, будто сегодняшних ран вообще не получил. Из-за повязки левым глазом я всё равно ничего не увижу, но это уже мелочи.
— Значит, ещё один боец ближнего боя, — подытожил Ивар. Он перевёл взгляд на меня и присел, остриём копья начертив на снегу несколько грубых отметок. — Получается четверо: Борвин, Арвид, ты и я.
Я опустился рядом. Сам рисунок был условностью — исполин всё равно быстро разрушит любую красивую схему, — но распределить роли заранее определённо стоило.
— Только не собираемся одной кучей, — сказал я, проведя пальцем между передними отметками. — Если он разворачивается к одному, остальные заходят с других сторон. Главное, чтобы исполину постоянно приходилось выбирать, за кем следить.
— И не пытаться обязательно закончить каждую атаку, — добавил Борвин. Он внимательно посмотрел на рисунок, после чего носком сапога чуть раздвинул две ближайшие отметки. — Если тварь начинает разворачиваться к тебе, лучше сразу отойти и дать остальным возможность атаковать. Исполин быстрее, чем кажется со стороны.
С этим утверждением никто спорить не стал, особенно после того, как княжич совсем недавно проверил скорость твари на собственной шкуре.
С дальней группой всё было проще. Алиса оставалась основным источником урона с расстояния и должна была в первую очередь работать по голове, пасти и уже существующим ранам. Хакон из-за своего состояния оставался позади и использовал землю, чтобы мешать исполину двигаться или выигрывать время для остальных.
Сигрид и молчун получали немного другую задачу. Их магия была полезнее всего не тогда, когда они просто наносили очередную рану, а когда мешали твари закончить собственную атаку.
— Главное, не тратьте оба приёма на одно и то же без необходимости, — сказал я, посмотрев на них. — Если один уже сорвал атаку, второму лучше сохранить плетение на следующий рывок. Но если появится возможность надёжно зафиксировать исполина и дать остальным спокойно ударить, тогда работаете вместе.
— Звучит разумно, — согласилась Сигрид. Она посмотрела на молчуна и слегка приподняла лук. — Ты сковываешь, я сбиваю. Если увидим, что кто-то не успевает уйти, действует тот, кто может помочь быстрее.
— Ноги или руки смогу прихватывать почти сразу, — ответил молчун. — Полное сковывание придётся готовить заранее. Пока собираю такое плетение, на происходящее вокруг буду реагировать хуже.
— Тогда без подходящего момента полное сковывание не начинай, — решил Ивар. — Если сможем дать тебе время, предупредим.
После распределения остальных ролей Борвин снова посмотрел на рисунок:
— Скорее всего, первым он заинтересуется мной. После нашей последней встречи я сильно сомневаюсь, что исполин меня забыл.
— Тогда этим и воспользуемся, — сказал я. — Первое время держишь его внимание на себе, а остальные работают с боков.
В общих чертах план получался понятным. Четверо держались ближе и не давали исполину спокойно сосредоточиться на одной цели. Алиса наносила основной урон с расстояния и работала по открывающимся уязвимым местам. Хакон мешал твари двигаться землёй, а Сигрид и молчун сохраняли контроль на случай опасных атак или подходящего момента для полного сковывания.
Расписывать больше смысла не было. После первого же серьёзного движения исполина часть схемы наверняка придётся менять на ходу. Главное, чтобы каждый понимал свою роль и не пытался в самый неподходящий момент делать то же самое, что уже делает человек рядом.
Ивар затёр рисунок сапогом и поднялся.
— Тогда идём.
Борвин указал, в какой стороне в последний раз видел исполина, и мы двинулись туда. Сам княжич пока не активировал родовую технику: тратить хотя бы несколько минут из доступных пятнадцати на обычную дорогу было бы глупо.
След удалось обнаружить довольно быстро. Огромные отпечатки глубоко вдавливались в снег, рядом местами темнели капли крови, а некоторые низкие ветви оказались сломаны или отогнуты массивным телом. Исполин явно не пытался скрываться, поэтому дальше оставалось только держаться найденного направления.
Первые несколько минут мы ещё изредка переговаривались,