Так себе рабыня - Яна Каляева

но мое щедро выставленное напоказ тело интересовало их как объект одноразового использования, а не долгосрочного извлечения выгоды. Чтобы в этом убедиться, мне пришлось с каждым из троих самых настойчивых дойти до номера и давать им отлуп уже там. Работорговец не стал бы портить товар — я ведь каждому, хотел он того или нет, в подробностях изложила легенду, по которой парень бросил меня именно из-за того, что я хотела сберечь невинность до свадьбы. Так что, парни, если девица дала вам от ворот поворот, когда вы уже почти добрались до койки, проблема может быть не в вас, не в койке и даже не в самой девице — просто она агент на секретной миссии!

— Э-эй, ч-человек! Еще рюмашку подай! — заорала я. — Ж-жива!

Бармен глянул на меня с усталым раздражением и снова уставился в свой смартфон. Пришлось швырнуть ему на стойку монету — одну из последних, между прочим. Тогда он нехотя принялся наливать мутный напиток в не особо-то чистую рюмку. В Магрибе местные алкоголь употребляют мало, к пьянству и пьяницам относятся презрительно. Хотя чтобы сделать кассу на туристах, можно и поступиться принципами…

Кажется, я просто бездарно спустила казенные деньги и скоро мне придется буквально нищенствовать. Может, тогда я стану выглядеть более доступной жертвой для похитителей — но ведь окончательно потеряю товарный вид!

— Hey lady, this spot ain’t taken, is it? (Эй, дамочка, место свободно?)

Не дожидаясь моего ответа, здоровенный мужик с рыжей бородой взгромоздился на табурет напротив. Я приободрилась — неужто на ловца и зверь бежит, наконец-то! По крайней мере вид у парня был достаточно зверский. Я мило улыбнулась и ответила на ломаном авалонском:

— Go ahead, have a seat, gorgeous. You know any Russian? (Смелее, садись, красавчик! Русский знаешь?)

— Русский языка школа учить! — бодро сообщил рыжебородый. — Сам быть Диего из Барселона! Твое имя какой, странница?

— Меня зовут Гала, — я выдавила загадочную и обворожительную улыбку… то есть загадочную и обворожительную улыбку в представлении Галины Зюкиной из Верхнего Колымажска, на имя которой мне выправили документы. Получив наследство от прабабушки, Галина Зюкина не стала, как ожидали родственники, вкладывать его в ремонт своей двухкомнатной квартиры, а махнула в заграничное путешествие. Она надеялась повстречать свою судьбу в лице экзотического красавца, желательно принца… Магриб, кстати, монархия, и принцы имеются в ассортименте, у младшего как раз всего четыре жены.

— Выпьем за знакомство, Диего? — залихватски спросила я и, не дожидаясь ответа, махнула рюмашку, постаравшись расплескать половину на и без того уже грязный стол. Насколько хороши сами финики, настолько же дрянная из них получается водка…

— Ты очень красивый есть, Гала, — заявил Диего.

— Спасибо тебе, милый человек, на добром слове! А эта сволочь, жених, представляешь, со мной порвал! А все из-за чего? Из-за того, что я невинность хранила до свадьбы, то есть ни-ни!

Бедняга Диего, может, не очень-то хотел выслушивать мою оперативную легенду, но если мне нужно что-то продать — значит, продам обязательно, как бы покупатель не отбивался! Однако гигант проявил живое участие:

— Да, Гала, любовь очень жестокий быть! Я любить девушка, Аурелия имя есть. Красивый, как рассвет над Адриатика, и злой, как армия урук-хай! Всем ей Диего не есть хороший! Я для она все, а она только смеяться!

С полчаса я сочувственно кивала, не забывая заказывать еще водки. Скоро история любовных злоключений Диего вконец меня утомила. Я на многое готова на благо Отчизны, но по двадцатому кругу выслушивать, как он к ней со всей душой, и зуб себе вставил и полочку повесил на ее кухне, а она только фыркала и флиртовала в Сети с какими-то итальяшками — это уже перебор.

Кажется, настал момент истины! Я подалась вперед через грязный столик и жарко проворковала:

— Диего, мы оба два с тобой разбитое сердце быть, — тьфу, сама не заметила, как подцепила манеру арагонца коверкать русский языка. — Наверно, такой нам выпал судьба. Ты очень притягательный мужчина есть. А здесь душно! Не выйти ли нам воздуха подышать? Ночь нежна есть!

Однако ни малейшего энтузиазма у арагонца мое жаркое предложение не вызвало.

— Гала, ты очень прекрасный есть! — печально сказал он. — Но я навсегда злой Аурелия любить. Пропадать совсем. Вот послушай, как я новый телефон ей купить… то есть хотеть купить… а она!..

Я страдальчески закатила глаза к потолку. Неужто и этот выстрел ушел в молоко? Похитят меня когда-нибудь или нет?

— Прошу меня извинить, — пробормотала я, выбираясь из-за стола.

В этом раз мне почти не пришлось изображать пьяную походку — та доля водки, которую я все же залила внутрь, дала о себе знать. В основном подступающей к горлу тошнотой, правда.

Я вышла во внутренний двор бара и с удовольствием вдохнула ночной воздух, воняющий жареной рыбой, ароматическими палочками и подгнившими фруктами. Надышаться было важно, потому что возлияния с роковой неизбежностью вели к посещению сортира, а магрибские сортиры — испытание не для слабых организмов. Я-то думала, что после рейдов с уруками готова ко всему в этой жизни и только теперь поняла, насколько это, по существу, чистоплотный народ. Опять же, на Севере мы никогда не сталкиваемся с такой штукой, как дефицит воды, она всегда в избытке, хотя бы в виде льда или снега. А здесь…

Я напомнила себе о героической миссии агента Родины в чужих краях, вдохнула поглубже и быстрым шагом двинулась в сторону синей пластиковой кабинки со стилизованным изображением мальчика и тут же — девочки, два в одном. Гармония, ять, магрибский инь-ян…

Они вынырнули из-за хозяйственных построек. Их было двое, заходили справа и слева. Мои руки сами потянулись к поясу, где раньше были пистолеты, но я волевым усилием заставила себя не дергаться. Отчаянно хотелось поторопить похитителей — я знала, что долго воздерживаться от сопротивления не смогу… Захват был выполнен грубо, но профессионально: один схватил за правую руку, выворачивая ее за спину, второй ударил под колено, заставляя согнуться. На лицо мне легла тряпка, воняющая химией, и пару вдохов спустя я отключилась.