Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

Девчонка обиженно и зло прищурилась, а Викан разразился хохотом.

— Потом начала вспоминать и поняла, что действительно не трогала эту деревяшку. Как-то так получилось, что скляда та завернула её сразу в шёлк, а я и не разворачивала. Знала бы, всю бы обмацала! Пусть бы только явился… хоть кто-то явился! Я бы такое устроила! Он бы у меня до скончания веков в чужие головы лезть боялся! Викан, прости меня, — Рияда стремительно из боевого настроя опять перешла к слезам. — Тебя теперь из сыска выгонят, да? Я слышала. И запрут? Давай сбежим! Мы сейчас с Хошем решётку выдерем и умчим тебя подальше отсюда!

Дракон с готовностью рыкнул. Викан в который раз пожалел о щедрости отца, который решил поощрить усердность своей ученицы. Нет, всё-таки дарить дракона девчонке с преступными наклонностями безответственно!

— Думать не смей наносить урон дедовскому дому! Я никуда сбегать не собираюсь. И подбери сопли. Всё образуется.

— Да кто образует⁈

— Риядера!

Судя по всему, мама искала девчонку на улице. И дракон, и Рияда вздрогнули и воровато обернулись.

— Не заставляй мать нервничать. Иди, — велел Викан.

Лисьи глаза посмотрели на него самым несчастным образом, и мужчина всё же протянул руку между прутьями и погладил прижмурившуюся девчонку по мягким волосам. Та совсем поникла. Но уныние не длилось долго. Вскинув голову, она решительно поджала губы, шмыгнула носом и заявила:

— Я всё исправлю!

— Только… — начал было Викан, но Рияда свистнула, и дракон, оттолкнувшись от стены, круто развернулся и тяжело взмыл вверх, — … посмей. А-а-а-а! Эй, охрана! Донесите моему отцу, что его воспитанница полетела восстанавливать справедливость. Эй, поганка! — что есть мочи крикнул он вслед улетающей девушке. — Если тебя опять поймают в злачном месте, перемещаться ты будешь только пешком!

— Не поймают! — проорала в ответ та.

Обеспокоенный Викан раздражённо зарычал, подозревая, что реально не поймают.

Но это не означает, что она туда не сунется.

— Уф-ф-ф, — Риш с тяжёлым вздохом рухнул в кресло, сбрасывая маску холодной отстранённости, которую нёс на лице до самого кабинета. — Что у нас ещё осталось?

Поморщившись, он посмотрел в окно, где над деревьями догорал закат.

— Самое основное всё равно не успели, — с досадой отозвался Саврий, выглядящий против обыкновения даже замотаннее хайнеса. На документы он смотрел с отвращением, а в окно — с такой же тоской, что и господин.

Переговоры с давриданцами о совместных владениях в Рирейских горах шли туго. Они всегда туго шли, Риш и не был готов к тому, что они быстро придут к решению, которое устроит обе стороны. Всё же владения — лакомые алмазные рудники. И то, что они столько веков умудряются договариваться, а не рвать друг у друга шахты из рук насильным путём, всё же говорило о высоких дипломатических способностях обеих сторон.

Ещё бы обе стороны не стремились покрасоваться этими способностями со всех сторон, а быстрее переходили к делу. Риш был готов завершить обсуждение как можно скорее, но ни его советники, ни советник Рем не хотели торопиться и с удовольствием отдавали дань политическому красноречию. От их велеречивости уши заплетались. Самое паршивое, для переговоров отводилась добрая часть дня, что приостанавливало ход других дел. В частности, Риш бы с бо̀льшим интересом лично проверил, насколько эффективен пущенный слух о его отношениях с даной Лиркаа.

Ему пришла в голову блестящая идея оправдать свой порыв заботой о бывшем друге. Мол, он испугался, что крайне щепетильная магичка собралась за что-то отомстить сарену. Легенда прекрасно ложилась на уже существующие сплетни о дане Лиркаа.

— Что там про нас с Лиркой говорят? — Риш устало посмотрел на досадливо скривившегося Саврия, который торопливо вчитывался в донесения.

Помощника ужасно раздражало, что о всех сплетнях он из-за занятости вынужден узнавать из отчётов. Обычно-то он выспрашивал доносчика, задавал кучу вопросов, а тут приходится довольствоваться написанным.

— Говорят, что вы её к Вотым отослали из страха, что она услышит слухи и перебьёт сплетников.

— О, неплохо! — воодушевился Узээриш.

Он действительно отослал Лирку вместе с сыном, братом и госпожой Пандар к Вотым сразу после бала, два дня назад. Официально магичка сама выразила желание погостить у покровителя, чтобы спокойно восстановиться после ранения. Неофициально она отправилась туда в помощь Викану, чтобы оказать ему содействие в борьбе с незваным гостем, если тот явится. И это было половиной правды.

Вторая половина заключалась в том, что Риш хотел отослать её на время из дворца, чтобы оградить от слухов, которые разгорелись как пожар уже к утру после бала.

— Может, из осторожности остерегутся чесать языками в её присутствии, — понадеялся хайнес.

— Доброхоты найдутся, донесут, — не оценил его надежды Саврий. — Харен Ранхаш пишет, что им удалось напасть на след куклы. Её видели в северо-восточной части города. Харен подозревает, что её кто-то укрывает.

— Хм-м-м… — Риш припомнил жуткий глиняный скелет и попробовал вообразить, кто бы захотел приютить плотоядную женщину. Но комментировать не стал. Всё же когда-то купец Чпон не побоялся привезти этот страх в Жаанидый. Мало ли ещё смельчаков на свете?

— Как там Викан?

— Судя по донесениям, держится, — Саврий бегло просмотрел лист. — После того, как господин Отрот подтвердил, что в его сознании определённо кто-то бывал и, вероятно, оказывал влияние, он не захотел оставаться в храме Волпадеса при лечебнице. Просидел там один день и упросил деда перевезти его в храм Ваирака. Я не стал дёргать вас по этому вопросу и осмелился разрешить. Вы же не против? — помощник вопросительно взглянул на задумчивого хайнеса.

— Не против, — подтвердил тот. — Тоже территория бога. Какая разница какого?

И старому консеру будет спокойнее от осознания, что внук почти на «семейной» территории, рядом с одним из многочисленных дядюшек. С Вотыми портить отношения им сейчас не с руки. Да и они всегда были самыми преданными сторонниками правящей семьи. Не может же он повести себя столь неблагодарно и отказать в удовлетворении не самой сложной просьбы? Тем более старый консер явно очень расстроен поведением злоумышленников и на деликатные расшаркивания более не способен. Ришу ещё вчера донесли, что в семье Вотый пошло тревожное оживление. Он бы даже сказал, тревожное для страны оживление. Подозревал,