Фантастика 2026-153 - Павел Смолин
То ли Господа проявили милость, то ли часовые спали, но А-аре удалось добраться до шатра незамеченной и скользнуть внутрь. Прошмыгнув за свою занавеску, она прямо в мокрой одежде залезла под одеяло и облегчённо перевела дух.
«Трусиха».
А-ара поёжилась от прозвучавшего в голосе презрения. Удивительно, но после пережитого сил на страх уже не осталось. Не первый раз за последние дни события выпадали из памяти и она оказывалась там, куда не собиралась. А-ара уже привыкала. Пугало только, что муж узнает об отлучках, ведь он запретил уходить из шатра. Но как она могла помешать… Кому? А если попытаться отрезать эту прилипшую штуку вместе с кожей? Сейчас боль не пугала А-ару.
Мерзкий, издевательский смех заставил её усомниться в задуманном.
Неужели она сойдёт с ума? А-ара испуганно всхлипнула.
Когда она ещё жила с отцом, в их поселении был старик, которого считали помешанным. Он утверждал, что слышит голоса. Когда А-аре было десять зим, он окончательно повредился рассудком и вбежал головой в стену.
«Нет! — истерично завопил голос в голове. — Победа будет за нами!»
Девушка испуганно сжалась. Явное безумие, прозвеневшее в голосе, напугало её.
— Чего ты опять ворочаешься? — сонно спросила из-за занавески То-нии, и А-ара торопливо зажмурилась.
Утро выдалось пасмурным. Старшая жена-мать проворчала, что в такую погоду только в шатре сидеть, и, отправив сестриц за водой, усадила остальных за рукоделие. Дождь то тоскливо накрапывал, то затихал, и в воздухе повисала влажная духота. Ближе к полудню со своей половины вышел господин муж. Осмотрев занятых жён, он велел старшей:
— Собери еды в дорогу. На день. И А-ару с То-нии.
Упомянутые встревоженно вскинули головы.
— Со мной поедут.
— А куда, господин? — спросила И-тона.
— До большого селения, — неохотно отозвался тот. — Они же просились? Побалую.
Старшая растерянно опустила руки. Господин муж не имел обыкновения баловать кого-то. Лицо То-нии осветилось радостью, а вот А-ара встревожилась. Ей ой как не хотелось оставаться с мужем на целые сутки! Кто знает, что выкинет голос, пока супруг рядом?
Пока они собирались в дорогу и получали от старшей указания, что купить в поселении, Хо-ёта-х сам запряг лошадей.
— Далеко от мужа не отходите, никому не верьте, — давала последние наставления старшая.
Её обеспокоенное лицо вселило в А-ару ещё большую тревогу. Уже сидя в седле, девушка беспрестанно оборачивалась и смотрела на замершую у шатра фигурку, пытаясь заглушить плохое предчувствие.
Гости, всё ещё стоящие лагерем вокруг становища хуани-са, провожали новоявленного жреца и его жён любопытными взглядами. А-ара не смела глаз оторвать от луки седла. Подняла голову только один раз, когда заметила сбоку шевеление тёмного пламени, и уставилась на привалившегося к дереву Ли-риан-си. Тот, не отрываясь, смотрел на Хо-ёта-х, и жрец глядел на него так же пристально. А-ара успела заметить, как дрогнули в усмешке губы шамана, и холодный пот выступил на спине. Лисичка внутри обеспокоенно завозилась, и взгляд невольно притянулся к Лесу. Захотелось сбежать.
Едущая впереди То-нии развернулась и посмотрела на А-ару сияющими глазами. Обычно желчная и язвительная женщина пребывала в предвкушении от поездки и прогулки по торговым рядам. Её беспечная радость немного успокоила А-ару, и она пригляделась к профилю мужа, но не нашла в выражении его лица ничего настораживающего.
Может, она просто тревожится из-за того, что ей есть что скрывать?
Но через некоторое время девушка опять начала нервничать. А-ара выросла среди оседлого народа, но года замужества хватило, чтобы если не привыкнуть к кочевой жизни, то хотя бы научиться кое-чему. Она довольно быстро поняла, что движутся они строго на юго-восток, а в той стороне жили только салея-са.
— Господин, а куда мы едем? — То-нии тоже заметила странность.
— В поселение хета-са, — раздражённо отозвался муж. — Они живут почти на окраине Леса, на берегу Оха-И.
Женщины замолчали. Мир они знали плохо, ни про хета-са, ни про Оха-И ничего не слышали.
— Проедем по самой кромке Леса, может, даже на Арван-Ё издали полюбуетесь.
То-нии обеспокоенно заёрзала в седле, а у А-ары томительно заныло, засвербело внутри при упоминании потерянного города.
— Господин, у меня плохое предчувствие, — рискнула признаться она.
— Какое у тебя предчувствие? — насмешливо фыркнул Хо-ёта-х. — Салея-са не посмеют сюда и носа казать, пока братья наши… — он запнулся, скривился и добавил: — … по крови… не уедут. Тут, на грани мира, их всего жалкая кучка. И то больше трусы, которые за бабьими спинами прячутся.
А-ара больше ничего не говорила, но продолжала встревоженно смотреть на могучую спину мужа.
Дождь больше не моросил. Небо всё ещё стягивали тучи, но в прорехах уже тускло сияло солнце. Оно успело миновать две трети небосвода, когда среди деревьев замаячил просвет и Хо-ёта-х придержал коня.
— Дальше ни звука, — предупредил он. — Углядатаи салея-са порой здесь шныряют.
Из-под покрова Леса А-ара выехала последней. Дыхание в груди спёрло от волнения, всё же в этой стороне она никогда не бывала. Впереди расстилалось ровное, безлесное пространство, укрытое озером волнующейся травы. Точнее, рекой, которая полосой протекала между Лесом и землями салея-са, разделяя их.
— Что это? — вырвалось у А-ары.
Западнее, на другой стороне травяной реки, высилась гора серого цвета. Но она не была похожа на кулич со склонами разной формы и протяжённости (такими горы А-ара видела на отцовских рисунках). Скорее походила на Дом Духов, только была куда больше и аккуратнее, словно каждую её сторону тщательно вымеряли верёвками одной длины.
— Это Арван-Ё? — девушка уставилась на мужа.
Тот усмехнулся.
— Нет. Это всего лишь жалкая твердь салея-са.
— Если она жалкая, то каков Арван-Ё? — изумилась То-нии.
— Можем посмотреть. Здесь недалеко.
Хо-ёта-х кивнул на зелёные кущи, тянущиеся вдоль грани мира на стороне салея-са и будто взбирающиеся по склону. Ни единого пятнышка красного, жёлтого или хотя бы голубого цвета, но А-аре чудилось, что среди зелени мелькают светло-коричневые проплешины.
—