Во славу Империи - Сергей Васильевич Лысак

– Господин Нессельроде лишен поста канцлера и далее присутствовать на заседании Сената не может. Проводите его к выходу и впредь в здание Сената не пускайте. Я очень надеюсь, что у господина Нессельроде хватит здравого смысла не оказывать сопротивление. В противном случае разрешаю применить силу. Вам все ясно, вахмистр?

– Так точно, ваше императорское величество! Разрешите выполнять?

– Выполняйте!

– Слушаюсь!

Когда охреневшего от такой резкой перемены в своей судьбе Нессельроде увели под белы ручки, я окинул взглядом разом притихший гадюшник и спросил:

– Есть желающие добровольно подать в отставку и покинуть заседание? Если вы все считаете себя незаменимыми, господа, то сильно ошибаетесь. Я оцениваю людей по делам их, а не по титулам, древности рода и величию предков. Поэтому, если кто-то до сих пор думает, что перед ними взбалмошная девчонка, у которой одни блистательные кавалеры и балы на уме, советую срочно переосмыслить свое отношение ко мне. Повторять больше не буду. Кто не со мной – тот против меня. Никакой фронды я не потерплю и буду безжалостно искоренять малейшие ростки ее проявления. Итак, есть желающие подать в отставку?

Таковых не нашлось, поэтому заседание Сената продолжилось. Но поглядывали на меня государственные мужи с опаской, а на некоторых лицах даже читалось затаенное одобрение. Одна лишь Maman, улыбнувшись мне, тихо прошептала:

– Молодчина, Лиза! Так их, крапивное семя!

Чтобы не ломать сразу худо-бедно работающую систему, решил ввести изменения поэтапно, оставив членов Сената на своих местах. Как знать, может, и будет польза хотя бы от некоторых. Только накрутил Морское и Военное ведомства, предупредив, что если и дальше продолжатся странные проволочки с приемом на вооружение перспективных систем, а также продолжится зажимание наград героям, храбро сражающимся за Отечество, но не имеющим офицерских чинов, то в Морском и Военном ведомствах появится много свободных вакансий. Которые легко могут быть заняты самыми достойными из этих героев. А вопрос с присвоением им соответствующего чина я решу без каких-либо проволочек. Прецеденты в истории Российской империи имеются. Ну а заодно положил начало этому процессу. Даровал графский титул Юрию Александровичу Давыдову с присвоением ему чина тайного советника и наградил орденом Святого Георгия четвертой степени, что всячески саботировалось Морским ведомством до последнего момента. А заодно наградил орденом Святого равноапостольного князя Владимира первой степени. Который, наряду с высшим орденом Андрея Первозванного, вручался по личному усмотрению императора и не участвовал в очередности награждения. Все, что я когда-то в шутку потребовал от «борца за свободу польского и русского народа» Анжея Пионтковского в Константинополе. Вот такой неожиданный выверт судьбы. Ванька охренеет, когда узнает! Но надо его потихоньку в «высшее общество» вводить. Мне в этом гадюшнике свои люди нужны. А тут как раз и повод подходящий. Хоть эта новость многим и не понравилась, но у них хватило ума оставить свое мнение при себе. Кроме командующего Балтийским флотом вице-адмирала Старка, временно исполняющего обязанности морского министра после гибели великого князя Константина. Это тупое чванливое быдло совершенно не уловило новых веяний и возмутилось:

– Но за какие заслуги, ваше императорское величество?!

– За какие заслуги? А за какие заслуги получили вы свои награды после прогулки на Аланд, ваше превосходительство? Пока «Илья Муромец» не вышел в море и не уничтожил полностью флот неприятеля в заливе Лумпарен, наш хваленый Балтийский флот предпочитал стоять в портах. И неприятель чувствовал себя на Балтике, как у себя дома. А когда коммерческий пароход, на котором не было ни одного морского офицера, выполнил за вас всю работу, вы тут же проявили чудеса активности и помчались к Аланду. Хотя все ваши действия там свелись к принятию капитуляции уцелевших англичан и французов, что сбежать в Швецию не успели. Которые к тому же еще и сопротивления не оказали, а сразу сдались. Да, сам Юрий Давыдов лично в этом участия не принимал. Он лишь проектировал этот удивительный корабль. А сам во время Аландского сражения воевал на Черном море в составе Одесского отряда паровых судов. Кстати, тоже коммерческих и со штатскими командами. Действия которого оказались гораздо успешнее, чем всего Балтийского флота, вместе взятого. Странно, правда? Может, стоит кое-кого в Морском ведомстве на этих штатских заменить? Предполагаю, что гораздо больше толку будет. Ну и последнее. Где были лично вы и наш доблестный Гвардейский экипаж, когда заговорщики попытались ввергнуть Россию в очередную смуту, очень выгодную нашим врагам? Как явным, так и тайным? Почему в критический момент мне пришел на помощь лишь Юрий Давыдов со своим отрядом? Причем довольно малочисленным. Но, тем не менее, сумевшим отразить нападение бунтовщиков на Зимний дворец. И после этого вы еще спрашиваете, за какие заслуги награжден Юрий Давыдов?

Крыть «превосходительству» было нечем. Но вся уважаемая публика сделала правильный вывод – при дворе появился новый фаворит. Да еще и не один, а со своим папенькой-буржуем, который тоже не отличался политкорректностью и толерантностью в общении с военными чинушами. Поэтому надо держать с обоими ухо востро.

Но это было три дня назад, а сейчас я сижу у себя в рабочем кабинете в Зимнем и читаю то, что нарыл Бенкендорф. Мы с Maman разделили обязанности. Она пока что занимается государственными делами, общаясь с министрами, поскольку разбирается в этом гораздо лучше меня, а я сосредоточусь на вопросах безопасности. Поскольку уверен, что еще ничего не закончилось.

Что мы имеем на данный момент? Английские «гости» в столице остались, и их агентуру далеко не всю выловили. Поэтому мы с maman до сих пор под прицелом. Островитяне сейчас в шоке от осознания того, что их хорошо подготовленный и, казалось бы, успешно воплощенный в жизнь план на самом деле закончился сокрушительным провалом. Что они знают достоверно, а что могут предполагать? Вместо упертого, но предсказуемого Николая Павловича на троне оказалась мелкая злобная фурия, ненавидящая тех, кто решил привнести в Россию «демократию». Которая не поверила в «польский след». И которая, не колеблясь ни на мгновение, утопила в крови первую же попытку поставить ее на место, едва возникла опасность. Как с такой злобной фурией работать и чего от нее дальше ждать, пока неясно. Но уже ясно, что младшую дочь императора, которой совершенно не светил престол, зря не воспринимали всерьез. Попав в безвыходную ситуацию, она оказалась вулканом энергии и одним махом расправилась с бунтовщиками. Чудеса, да и только. Да и неожиданное исцеление императрицы Александры Федоровны тоже иначе как чудом