"Фантастика 2026-207". Компиляция. Книги 1-25 - Елена Шатилова

— Не думаю, — лениво протянула Нина.

Анна нахмурилась.

Нина перестала вертеть персик. Сайс, словно очнувшись от наваждения, отвёл взгляд.

Уловив момент, когда Анна наконец остановилась, он быстро всунул ей в руки чашку с чаем и почти насильно заставил сделать пару глотков.

Лишь когда чашка опустела наполовину, Анна осознала, что пьёт. Бросив на Сайса хмурый взгляд, она вернула ему чашку и вновь обратила всё внимание на Нину.

Наложница с явным удовольствием надкусила персик, но, почувствовав на себе пристальный взгляд Анны, тяжело вздохнула и отложила фрукт.

— Я уже сутки слушаю её причитания и ругань на ваши головы, — начала Нина, и в её голосе прозвучала едва уловимая ирония. — Всё это явно не входило в планы махирад. Она, конечно, хотела, чтобы старший внук сдвинул с пьедестала младшего, но то, что удалось сделать вам двоим, превзошло все её ожидания. — Она сделала паузу, словно взвешивая слова. — К тому же, махирад сейчас занята куда более важным делом — поставить на место зарвавшуюся Бильшияр.

— Что случилось? — не удержался Сайс.

Жизнь в этом месте казалась ему настоящим фонтаном, бьющим через край.

Когда‑то его мир был тихим: дом с бабушкой, помощь нуждающимся, вечерние разговоры у костра. Потом пришли работорговцы — и всё превратилось в ад. Но именно тогда появилась Анна. Она не просто спасла его — она подарила ему жизнь, полную красок и неожиданных поворотов. И теперь эти дворцовые интриги казались ему почти увлекательными.

— Насколько я поняла, — продолжила Нина, — Бильшияр осмелилась обвинить в случившемся саму махирад. Ведь это именно она привела Танги Нын во дворец, и она же настояла на публичном суде. Ну и не стоит забывать о том, что…

— Она привела меня на место избранной Одаша, — закончила за неё Анна.

В этом был смысл.

Значит, пока эти двое выясняют отношения, они точно на время позабудут о самой Анне.

Остаётся только Джихиньяр.

Неожиданная догадка пронзила её сознание.

— А что, если они узнали, кто я есть на самом деле? — прошептала она, и голос её дрогнул.

Пока Анна крутила в голове обрывки мыслей, словно осколки разбитого зеркала, Нина тихо поднялась со своего места. Плавным, почти кошачьим движением она приблизилась и мягко обняла Анну за плечи.

— Я не понимаю, почему ты так встревожена, — её голос звучал нежно, но в нём таилась стальная уверенность. — Всё идёт даже лучше, чем мы могли предположить. Не думаю, что им удалось каким‑то образом узнать твою настоящую историю.

Она чуть отстранилась, заглянула в глаза Анны, словно пытаясь прочесть там ответы на невысказанные вопросы.

— Люди на площади восхваляют вас с Одашем не потому, что ты — потомок какого‑то древнего рода. А за ваши деяния. За то, что вы никогда не оставляете нуждающегося без помощи. Возможно, Повелитель просто хочет успокоить народ?

Анна молчала. Слова Нины проплывали мимо, не находя отклика в её смятенной душе.

— Ты не думаешь, — продолжила Нина тише, почти шёпотом, — что, может… стоит отпустить всё это? Может, просто жить, наслаждаясь моментом? Ты слишком зацикливаешься на всём этом. А ведь сейчас есть вещи намного важнее остального.

В её голосе звенела потаённая тоска — глубокая, как бездонный колодец.

Да, Нина занимала не последнее место в дворцовой иерархии. В её руках были нити, способные вершить судьбы. Но ни власть, ни влияние не могли дать ей того, чего она жаждала больше всего.

Жизнь, которую навязала ей мать, оставила не только душевные шрамы. Нина никогда не сможет родить ребёнка. Это была цена, которую она заплатила, чтобы вырваться из проклятого места и занять нынешнее положение.

Анна, погружённая в водоворот собственных тревог, не заметила тени печали на лице подруги. Её руки невольно легли на чуть заметный животик. И тогда — впервые за долгое время — в сердце затеплилась искра. Тёплая, незнакомая, почти пугающая нежность.

— Может, ты и права, — прошептала она, глядя в пустоту, где, казалось, таились ответы на все вопросы.

***

Три дня спустя столица пылала в праздничном убранстве.

Свадьба наследника Повелителя Одаша Баладжара и свободной девушки Анны стала событием, которого город ждал, словно глотка свежего воздуха.

Улицы заполнили толпы. Люди кричали поздравления, размахивали самодельными знамёнами, бросали в воздух лепестки цветов. Смех, музыка, звон бокалов — всё сливалось в единый, ликующий гимн жизни.

Празднование длилось до рассвета. По традициям правящего рода свадьба члена семьи должна была отмечаться не меньше пяти дней, но ни Анна, ни Одаш не испытывали огорчения от столь скромного торжества.

Для них этот день был не о пышности и церемониях.

Главный храм Рохана утопал в свете.

Тысячи свечей дрожали в золотых подсвечниках, рождая причудливую игру теней на древних стенах. Воздух был напоён благовониями — терпким ладаном, сладким мирром, едва уловимой ноткой сандала. Казалось, сам дух Рохана витал под сводами, наблюдая за тем, что должно было свершиться.

Анна и Одаш стояли перед алтарём — два силуэта, очерченные пламенем свечей. Их пальцы переплелись, словно корни древнего дерева, сросшиеся в нерушимом союзе.

Вокруг — молчаливый полукруг свидетелей.

Совет Повелителя — лица каменные, взгляды острые, как лезвия. Сам Джихиньяр Баладжар восседал на почётном месте, его профиль вырисовывался в свете высокого окна, словно изваяние из чёрного мрамора.

Бильшияр и Тамиша не явились. Их отсутствие висело в воздухе, как незримая тень, но ни Анна, ни Одаш не обратили на это внимания.

Садише была здесь.

Она стояла чуть поодаль, прямая, как копье, лицо — маска невозмутимости. Но в уголках глаз, в