"Фантастика 2026-207". Компиляция. Книги 1-25 - Елена Шатилова
Но разве после всех тех лет и её попытки убить их она заслужила шанса стать для детей настоящей матерью? Этот вопрос терзал её, не давая покоя.
Как бы противно это ни было признавать, но вот из Анны вышла бы отличная мать — готовая ради детей на всё. Эта мысль царапала душу, но была правдива. Тамиша закрыла глаза, пытаясь унять дрожь в руках. В комнате царила тишина, нарушаемая лишь её прерывистым дыханием. Где‑то далеко за окном крикнула птица — одинокий звук, словно эхо её собственной потерянности.
Уединение Тамиши нарушил скрип двери — она обернулась и увидела на пороге айшира Анаташа. Его фигура в тёмном плаще казалась массивной в тесной комнатке, а седые волосы отливали серебром в последних лучах заката.
— Здравствуйте, ваше величество. Как поживаете? — поприветствовал он её, кряхтя и с трудом присаживаясь на единственный в комнате стул. Деревянные ножки жалобно заскрипели под его весом.
Тамиша сидела на кровати, прямо поверх одеяла. Забравшись туда с ногами, она обхватила колени руками и снова отвернулась к маленькому окошку, где солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо в багряно‑золотые тона. Тени в углах комнаты удлинялись, словно подбирались ближе.
— Не нужно делать вид, что вас волнует моё благополучие, — резко ответила Тамиша, не поворачивая головы в сторону айшира. Её голос прозвучал глухо, почти безжизненно.
— Зря вы так. Я ведь искренне, — в голосе старика даже послышалась обида, искренняя и чуть детская.
— Да? — Тамиша резко обернулась к нему, и в её глазах вспыхнул холодный огонь. — Тогда объясните, как так вышло, что вся моя семья умерла, а эта рабыня стала здесь хозяйкой? Как вы можете служить убийце моего брата, наследника Повелителя?
Она сказала это ровным тоном — без крика, без слёз, но в этой сдержанности чувствовалась такая горечь, что даже стены, казалось, вздрогнули. Казалось, она возмущена таким раскладом, но у неё не было даже сил должным образом высказать всё. Анаташ выслушал её молча, не перебивая, давая возможность выговориться. Его взгляд был спокоен, но в глубине глаз читалась глубокая печаль.
— Вы слишком долго отсутствовали и были лишены информации, — начал говорить советник, когда Тамиша замолчала. Он говорил неторопливо, взвешивая каждое слово. — То, что Анна Баладжар, супруга Повелителя Одаша, стала во главе Аркахаллы, было желанием самого Повелителя. Именно он назвал её своей преемницей. Другие возможные кандидаты добровольно отказались от этой ноши. Что касается ваших брата и матери — они сами выбрали такую судьбу. Они бросили вызов и проиграли.
Старик на время замолчал, давая Тамише возможность ещё раз всё обдумать. Он смотрел на неё внимательно, изучающе — и в его взгляде читалось что‑то вроде сожаления. Впрочем, он не сомневался, что она просто не желает его слышать. К сожалению, Повелительница была права: даже время и обстоятельства не изменили любимую дочь Повелителя Джихиньяра. Она осталась такой же упрямой, такой же ослеплённой своей болью.
— Впрочем, я пришёл сюда не поэтому, — продолжил разговор советник, слегка подавшись вперёд. — Думаю, вам необходимо знать, что сегодня во дворец прибыли послы из Левинии, возглавляемые самим Грешем Анирьером, с требованием выдать им вас и детей.
Тамиша напряглась — её пальцы, сжимавшие колени, побелели. Но больше ничем своего волнения она не выдала: лицо осталось неподвижным, лишь в глазах мелькнуло что‑то тёмное, почти испуганное.
— Она отдала нас? — едва слышно спросила она. Голос дрогнул, выдавая ту бурю эмоций, которую она так старательно скрывала.
— Нет, — честно ответил айшир Анаташ. — Повелительница, несмотря на все их аргументы и угрозы, ясно дала понять, что не выдаст ни вас, ни детей. Также хочу заметить, что она сказала вашему родственнику, что не позволит причинить вам вред. К тому же, вы должны знать, что рядом с комнатами детей был пойман подосланный убийца. Но заверяю — маленький принц в полной безопасности.
Тамиша смотрела на Анаташа в удивлении. Её губы слегка приоткрылись, а глаза расширились — словно она впервые увидела мир без пелены ненависти и обиды. Ей трудно было принять, что Анна действительно так поступила. Она думала, что при малейшей возможности та тут же выдаст её — чтобы наказать, чтобы отомстить за прошлое.
И как бы ни хотела она это признавать, но в глубине души Тамиша прекрасно её понимала. Она вспомнила ту секунду, когда думала, что дети приняли яд, — ту невыносимую боль, тот животный ужас, сковавший сердце. Что же должна тогда чувствовать сама Анна, которая потеряла ребёнка по её, Тамиши, вине? Что бы сделала в таком случае сама Тамиша?
В комнате повисла тишина. За окном догорал закат, бросая последние лучи на лицо Тамиши. В этот момент что‑то в ней надломилось — старая ненависть, годами копившаяся в душе, дала трещину. Впервые за долгое время она посмотрела на мир не через призму собственной боли, а попыталась увидеть чужую.
— Сейчас армия Аркахаллы готовится к худшему из раскладов, — продолжил делиться информацией Анаташ. Его голос звучал ровно, но в нём угадывалась тяжесть осознания грядущих событий. — Не исключено, что в скором времени нас будет ждать война.
Тамиша снова отвернулась к окну. В голове царил хаос — мысли метались, сталкивались, рассыпались на осколки и снова собирались воедино, но так и не складывались в цельную картину. За окном ветер гнал по небу рваные облака, словно предвещая бурю.
— Она правда… начнёт войну из‑за нас? — не поворачиваясь, шёпотом спросила Тамиша. Её голос дрогнул, будто она боялась услышать ответ.
— Для Повелительницы угроза жизни внукам Повелителя Джихиньяра — не пустой звук, — твёрдо ответил Анаташ. — Своей попыткой убить принца Греш Анирьер бросил вызов лично Повелительнице и всей Аркахалле. Она никогда не позволит, чтобы этот случай сошёл ему с рук. К тому же она сделает всё, чтобы вернуть принцу то, что ему полагается по праву рождения.
—