"Фантастика 2026-207". Компиляция. Книги 1-25 - Елена Шатилова
Наконец Ардэн осторожно поднял руку и мягко взял Анну за подбородок, заставляя поднять голову. Их взгляды встретились — и в этот миг что‑то неуловимое, но невероятно мощное потянуло их друг к другу. Время будто остановилось.
Губы слились в страстном поцелуе — жадном, отчаянном, полном невысказанной нежности и долгой тоски. Руки заскользили по телам, торопливо, нетерпеливо, словно боясь упустить этот миг. Одежда падала на пол, забытая, ненужная — в этот момент существовали только они двое, только их дыхание, их прикосновения, их страсть. Ничто не могло оторвать их друг от друга — весь мир исчез, оставив лишь этот ослепительный миг, принадлежавший только им.
***
Утро встретило дворец приглушённым светом ранних лучей и прохладной тишиной пустых коридоров. Джареф шагал решительно, почти бесшумно — его шаги едва касались мраморных плит, словно он был тенью, скользящей вдоль стен. Он направлялся прямиком к покоям Повелительницы. За время их тайных встреч он изучил каждый поворот, каждую нишу — знал, как пройти незамеченным, как обойти дозоры, как раствориться в полумраке боковых галерей.
Впрочем, даже если бы его кто‑то и увидел — молодому министру было всё равно. Сейчас его волновало лишь одно: он должен встретиться с Анной и наконец выяснить, что происходит. Что скрывается за её усталостью, за этими внезапными исчезновениями, за тем отчуждением, что всё чаще проскальзывало в её взгляде.
К его глубокому огорчению, у дверей покоев сегодня дежурил Тавер. С Чоксо ещё можно было договориться — тот хоть и был суров, но рассудителен. Но с этим телохранителем диалог был попросту невозможен. Джареф порой искренне удивлялся, как Анна вообще держит его рядом — от Тавера, казалось, было больше головной боли, чем пользы.
— Айшир Коэф, довольно раннее время для визита, не находите? — протянул Тавер, лениво приподнимая бровь. Его тон был нарочито вежливым, но в глазах читалась насмешка.
— Мне нужно к Повелительнице, — твёрдо заявил министр, стараясь не выдать раздражения.
— Вам назначено? — Телохранитель слегка склонил голову набок, изучая Джарефа с видом человека, которому некуда спешить.
Джареф сжал челюсти. Настроения и так не было, а эта преграда только подливала масла в огонь.
— Мне по личному вопросу, — коротко обронил он.
— Личные вопросы Повелительница будет рассматривать… так‑так, дайте‑ка вспомнить… Ах да! С десяти до двенадцати. А сейчас, увы, — Тавер развёл руками с притворным сожалением, — вы пришли слишком рано.
— Ты… — прошипел Джареф, чувствуя, как закипает кровь.
— Что здесь происходит? — раздался вдруг резкий голос, и рядом с мужчинами появилась Ферухе. Её брови были нахмурены, а взгляд — колючим. — Министр Коэф, Повелительница ещё отдыхает. Она примет вас позже.
— Но мне нужно её увидеть! — твёрдо стоял на своём Джареф, сжимая кулаки так, что костяшки побелели.
— Я вас услышала. Но прошу, услышьте и вы меня: Повелительница ещё отдыхает, — с непреклонной мягкостью повторила Ферухе. — Тавер, проводи айшира.
С этими словами старшая служанка Повелительницы склонила голову в коротком поклоне, словно ставя точку в разговоре, и направилась к дверям покоев. Её походка была ровной, уверенной — она действовала по давно заведённому порядку.
— Вы слышали, министр Коэф: вас примут позже, — подошёл к недовольному мужчине Тавер, ненавязчиво, но твёрдо предлагая следовать за ним.
Джареф не хотел уходить. В груди закипала горечь: он понимал, что если не сейчас, то Анна снова найдёт предлог, снова ускользнёт от разговора, как делала это уже не раз. Ему необходимо было услышать ответ — прямой, честный, окончательный. Но судьба, казалось, решила сыграть с ним злую шутку.
Ферухе никогда не стучалась в двери покоев Повелительницы по утрам. Она приходила в одно и то же время — когда Анна обычно уже бодрствовала. Случалось, правда, что после долгих ночных трудов Повелительница всё ещё пребывала в постели, и потому Ферухе никогда не тревожила её стуком — чтобы ненароком не нарушить драгоценный сон своей госпожи.
В этот раз всё было как обычно. Ферухе широко распахнула дверь и уже сделала шаг внутрь, но вдруг замерла на пороге. Она совсем позабыла, что вечером Повелительница осталась в своих покоях не одна. Вернее, она не думала, что эта встреча получит продолжение — а если и получит, то продлится так долго…
Тавер, стоявший к дверям спиной, не сразу понял, почему Джареф вдруг застыл на месте. В глазах министра промелькнула острая боль, а следом — горькое, безжалостное понимание. Ответ на его вопрос больше не требовался: он увидел всё собственными глазами. Громко выдохнув, он резко обернулся и ушёл быстрым шагом — почти побежал, едва сдерживаясь, чтобы не сорваться на бег.
Удивлённый Тавер проводил его взглядом, нахмурился и обернулся, пытаясь понять причину столь внезапного ухода. И тут он увидел, как Ферухе, залившись краской, тихонько прикрывает дверь покоев. Сквозь узкую щель он успел заметить то, что заставило его на мгновение задохнуться от изумления: посреди комнаты стояла целующаяся пара — Анна и Ардэн, поглощённые друг другом, не замечающие ничего вокруг.
— Ну даёт, — восхищённо выдохнул Тавер, имея в виду генерала Таджа. — И ведь Чоксо ни словечком не обмолвился, что Повелительница сегодня не одна…
Он вспомнил, что при всех своих отношениях с Джарефом Анна всегда выпроваживала его ещё до прихода Ферухе — чтобы никто из слуг, иногда сопровождавших старшую служанку, не увидел министра, выходящего из её покоев.
Вспомнив о Джарефе, Тавер снова обернулся в ту сторону, куда тот поспешно ушёл, и почесал затылок.
— М‑да… Нехорошо получилось, — пробормотал он.
— Она меня убьёт, — прошептала огорчённая Ферухе, опустив голову.
— Не бойся, милая, я не дам тебя в обиду, — Тавер попытался приобнять её за плечи, но