Джон Френч - Тени предательства

- Вы трое успешно эвакуировали примарха. Была ли связь с остальными Рукокрылыми?

- Есть только подтверждения гибели Йексада, Шомы и Итиллиона, - ответил второй из братьев. – Мы – это все, что осталось от Рукокрылых.

- Стало быть, трое из семерых мертвы, - вслух задумался Севатар, - а примарх ранен.

- Примарх умирает, - поправил второй брат. – Теперь мы возглавляем Легион.

- Посмотрим. Как бы то ни было, перспектива невеселая, - Севатар уронил алебарду на стол, не обращая внимания на звонкий лязг металла о металл. – Совершенно никуда не годится. Из всех семерых вы трое нравитесь мне меньше всего.

- Брат, прошу тебя, будь серьезнее.

У Севатара была своеобразная манера улыбаться. Вначале веселье озаряло его черные глаза, а затем мягко подергивало уголки губ. Это была улыбка трупа, щеки которого растягивают крючьями, или же человека, обладающего не таким чувством юмора, как у окружающих, но изо всех сил имитирующего его в меру своих ограниченных способностей.

Севатар улыбнулся.

- Я так понимаю, храбрецы, что вы разработали план?

- Так и есть, - откликнулся первый брат. – Как только мы восстановим мощь флота, то нанесем ответный удар. Вопрос лишь в том, где.

Севатар наклонил голову.

- И это ваш план?

- Да.

Первый капитан прокашлялся. Момент требовал определенной деликатности.

- Вы уже пытаетесь направить нас по пути, который не следует выбирать, - произнес он. – Вы толкуете о возмездии и контратаке против врага, который продемонстрировал, что может нас перехитрить.

Остальные заколебались.

- Разумеется. Что нам еще делать?

- Вместо этого мы можем вести войну, которую есть шанс выиграть, - ответил Севатар.

- Сбежать? – спросил один. – Наш долг удерживать Первый Легион здесь.

Севатар поднял бровь, хотя за лицевым щитком это и осталось незамеченным.

- Ценой Легиона? Вы хотите угробить нас всех, чтобы унять болезненную жажду крови после полученной трепки. В этом нет ничего благородного, братья. Я не позволю вам похоронить Легион из-за того, что вы не в силах признать поражение.

- Примарх бы хотел, чтобы мы сражались до конца.

- Ну конечно, хотел бы. Но ты говорил, что примарх умирает. Если это так, его желания ничего не значат.

- Темные Ангелы – ровня нам, они не сильнее нас, - нажал один из братьев. – Мы можем выиграть крестовый поход правильной контратакой.

- Это ты так говоришь, Малитос, - все с той же мягкой и неприятной улыбкой ответил Севатар. – Сдается мне, что ты навредишь всем нам, пытаясь потешить помятое самолюбие Легиона.

Малитос, капитан Девятой роты, зарычал сквозь решетку увенчанного гребнем шлема.

- Если лорд Керз умрет, твоя власть драгоценного фаворита закончится в ту же самую ночь.

Севатар продолжал улыбаться. Это было слышно по голосу.

- Не угрожай мне, Девятый капитан. Для тебя это добром не кончится.

- Братья, успокойтесь, - вмешался второй. – Севатар, ты прав: мы должны остерегаться совершать глупые поступки из-за уязвленной гордости. Малитос, ты тоже прав: мы должны нанести ответный удар, в равной мере ради исполнения долга и удовольствия. Однако мы не должны ссориться. Момент слишком серьезен.

- Я ценю твое миротворческое рвение, Вар Джахан, - голос Севатара был спокоен, в нем не было обычного поддразнивания. – Но силы Льва только что одним ударом переломили Легиону хребет. Весь флот рассеян. Мы потеряли десятки кораблей, как своих собственных, так и следующих за нами людей. Когда я последний раз видел флагман Легио Ульрикон, его обломки разлетались в пустоту после поцелуя пушек Темных Ангелов. Сколько титанов погибло только в этом крушении? А сколько десятков тысяч обученных членов экипажа?

- Мы перегруппируемся, - сказал Малитос. – Это наш долг. Война не закончится только из-за того, что ты струсил.

- Струсил… - отозвался Севатар. – Странноватое слово для описания того, кто задержался, чтобы помочь спастись менее быстрым кораблям.

- Но долг требует сражаться, - произнес Вар Джахан, капитан Двадцать седьмой. – Смерть ничто в сравнении с отмщением.

- Какие милые слова, - ухмыльнулся в ответ Севатар. – Интересно, они останутся в вечности как мудрость или как глупость? Впрочем, каким бы ни было решение Судьбы, меня с вами не будет. Некоторые из подчиненных мне капитанов уже ведут разговоры о том, чтобы отправиться к Терре или воссоединиться с флотом Магистра Войны. Другие хотят разделиться и направиться куда-нибудь еще, грабить имперские линии снабжения. Я скорее склонен удовлетворить их просьбу, чем отправить с вами на смерть.

- Рукокрылые решат вопрос голосованием, - заявил Малитос.

Севатар презрительно фыркнул.

- Голосование. Как демократично. И с каких это пор у нас появилась необходимость ставить что-то на голосование?

- С тех пор, как ты к нам вернулся, - произнес последний из братьев, Кел Херек, капитан Сорок третьей, - и Рукокрылые перестали говорить в один голос. Вместе мы выстоим, Севатар. А порознь падем.

- Сегодня сказано столько замечательных слов, и все они не учитывают главного. Пока мы не готовы ударить в полную силу, Легиону лучше находиться в тени. А уж потом мы устроим бойню. Потом вкусим их крови. Ангелы только что преподали нам суровый урок о том, как глупо собираться в одном месте и пытаться участвовать в честном бою.

Севатар оперся на колонну, скрестил руки поверх нагрудника и продолжил.

- Раз уж вы так не хотите понимать намеков, буду говорить абсолютно прямо. Я не позволю вам снова втянуть Легион в эту войну после сокрушительного поражения. Вот и все. Я заберу Атраментаров и остальные роты, которые решат остаться со мной, и снова примкну к флоту Магистра Войны. Нам здесь больше нечего делать, и я утверждаю, что сдерживать Темных Ангелов почти три года – это более чем достаточно. Я бросаю Трамасский крестовый поход и веду свои роты на Терру. Я рассчитываю увидеть настоящую войну до того, как наступит рассвет последнего дня. Оставшаяся часть Легиона должна идти со мной. Если вы попытаетесь продолжить эту бессмысленную войну, я могу выйти из себя.

Малитос какую-то секунду в совершенном ошеломлении глядел на брата.

- Севатар, ты спятил?

- Не думаю. Я себя замечательно чувствую.

- И как же ты помешаешь нам остаться? – спросил Вар Джахан.

- Разумеется, убив вас. Но давайте будем надеяться, что до этого не дойдет. Эмоции накаляются, а моя алебарда все это время лежит вон там, - он указал на стол.

- Брат, если ты закончил валять дурака, может, сосредоточимся на насущных делах?