Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина

Разведчик приблизился и заснял танк с нескольких ракурсов, после чего Алтынбеков вернул управление БПЛА и выключил планшет.

— Кирпичи не забудь, — попросил он Котковца. — Ещё пригодятся сегодня…

— А так, у вас тихо? — спросил Богатиков.

— Тихо, — подтвердил гвардии старшина Алтынбеков. — Но это ненадолго.

— Слышал уже, — произнёс Николай. — Ладно, бывайте, пилоты-беспилотники.

— И ты бывай, десантура, — ответил оператор БПЛА.

— Мулен Фармер и подтанцовка — за мной! — скомандовал Богатиков.

*СССР, РСФСР, Пермская область, Главный Уральский Хребет, У-33, 9 ноября 2003 года*

— Да как они посмели⁈ — воскликнул Жириновский и стукнул кулаком по столу. — Ох, видит их бог, я хотел уладить этот конфликт!

Виктор Штерн, с бледным лицом и обречённым взглядом, сидит на диване и нервно смолит сигарету, роняя пепел мимо урны.

— Нам необходимо ответить на это, — сказал генерал-полковник Рохлин.

— Может, уже пора? — спросил маршал Варенников. — Сколько можно позволять им испытывать наше терпение? Зеркальные меры они не понимают.

— Да, надо нанести тактический ядерный удар по США, — произнёс Жириновский. — Чейни нетрудно жертвовать европейцами…

Сегодня, через три часа после начала наступления, американцы применили ядерные мины, заложенные на границе Франции с Италией, Люксембургом и Бельгией.

Сложно сказать, сколько именно было потеряно бойцов, но потери высокие и наступление остановлено.

«Как же хочется просто разбомбить их и положить всему этому конец», — подумал Владимир. — «С другой стороны, американцы ещё не били ядерным оружием по советской территории».

В настоящий момент, Европа выступает в роли площадки для разборок между США и СССР, и именно по ней наносятся все тактические ядерные удары, тогда как ни одна ядерная бомба и ни одна ядерная ракета не упала ни на советскую, ни на американскую территорию…

— Нет, бить по территории Штатов ядерным оружием мы не будем, — сказал всё решивший Жириновский. — Но начинайте выдачу ядерных снарядов для САУ и танков. Я хочу, чтобы американцы почувствовали, что на каждый шаг эскалации мы ответим ещё одним.

— Да вы тут с ума посходили все, что ли⁈ — вдруг выкрикнул Виктор Штерн.

Повисла недоуменная тишина.

— Возможно, — произнёс Жириновский.

На вооружении Советской армии находится 152-миллиметровый снаряд 3БВ3, имеющий мощность в 2,5 килотонны в тротиловом эквиваленте. Он предназначен для самоходных артиллерийских установок и буксируемых орудий типа пушки-гаубицы Д-20.

Но есть также снаряд 3БВ3М, предназначенный для 152-миллиметрового калибра танковых орудий 2А83 и 2А83М. То есть, можно оснастить танки Т-90М этими снарядами и позволить Советской армии заниматься сносом укреплений, без привлечения авиации.

— Товарищ генерал-полковник — выполняйте приказ, — потребовал Жириновский. — Я хочу, чтобы завтра по войскам НАТО прилетали ядерные снаряды. Хватит их жалеть — по-человечески они не понимают и никогда не поймут.

— Будет сделано, товарищ президент, — козырнув, ответил Рохлин.

— Доигрались, суки… — прошептал Жириновский. — И ещё: интенсифицировать удары стратегическими БПЛА по территории США. Также, когда наступление возобновится, применяйте сразу все «Парселены».

Применение спутников РЭБ уже имело место, но несло ограниченный масштаб — мировая общественность даже ничего не заметила.

— Я могу больше не участвовать в этом? — спросил Штерн.

— Можете, товарищ Штерн, — ответил Жириновский.

Его заместитель покинул кабинет и, вероятно, направился к своей семье.

— К чему мы идём? — спросил Лев Рохлин.

— Наверное, к концу, — ответил Жириновский.

Варенников и Рохлин уставились на него встревоженными взглядами.

— А к чему, по-вашему, всё это ведёт⁈ — спросил начавший злиться Владимир. — Переговоры закончились ещё до начала, на контакт они больше не идут. Всё указывает нам на то, что мы движемся к концу этого чрезмерно затянувшегося конфликта. Миллиарды умрут и нам остаётся лишь позаботиться о том, чтобы выжили советские граждане. Должно выжить как можно больше советских граждан…

Вопреки его затаённой надежде, Клаату с Гортом не прилетели, Земля не остановилась, а ядерное оружие не уничтожилось.

«Впрочем, уничтожение всего ядерного оружия означало бы только одно — США настал бы конец», — подумал Жириновский. — «Мы бы смели их, как приливная волна. Ядерное оружие, действительно, хранило мир — американский мир…»

— С точки зрения военной логики, я считаю, что мы должны нанести удар первыми, — сказал маршал Варенников. — Если конец неизбежен, то лучше, чтобы по нашей территории ударило как можно меньше ракет. Это можно обеспечить, только нанеся превентивный удар.

— Это уже не имеет значения, — покачав головой, ответил ему Жириновский. — Как только американцы запустят свои ракеты, в ту же секунду будет запущена первая волна ответа.

— И всё же, рациональнее будет выиграть дополнительное время… — начал возражать Варенников.

— Нет, это не обсуждается, — перебил его Владимир. — Оставим это на совести Чейни и его больших друзей. С чистой совестью и умирать как-то легче…

В связи с экстремальным ростом мировой напряжённости, система «Периметр-Б», усовершенствованная версия комплекса автоматизированного управления массированным ответным ядерным ударом «Периметр» активирована в постоянном режиме работы.

В отличие от предыдущей версии, комплекс не автоматизированный, а автоматический.

Система раннего предупреждения постоянно передаёт данные суперкомпьютеру, размещённому в бункере в толще Уральских гор, на глубине 227 метров, который обрабатывает эти данные и самостоятельно принимает решение об ударе.

В тот же миг, когда спутники и наземные системы подтвердят запуск межконтинентальных баллистических ракет, в ответ будет запущена первая волна ответа. А всё остальное будет запущено чуть позже, по нормативу.

Жириновскому даже не нужно ничего делать, не нужно вводить никаких кодов или ходить с ядерным чемоданчиком — у него нет никакого ядерного чемоданчика, так как он никогда не собирался и до сих пор не собирается первым наносить ядерный удар.

Его совесть, в этом смысле, абсолютно чиста, а все тактические ядерные удары наносятся в рамках эквивалентного ответа.

Это значит, что ход за американцами и, по сути, всегда был за ними — только от них зависит, будет ли начата ядерная война.

И они примерно представляют, сколько ядерных ракет отправятся в качестве первой волны ответа. Они могут полагать, что никак не меньше трёх тысяч, а Жириновский точно знает, что 3750 ракет, находящихся сейчас на боевом дежурстве и запускающихся только по команде «Периметра-Б».

Фактически, если Чейни решится на это, то он, этим запуском, убьёт собственных граждан, так как ответный удар является, именно что, ответным — он завязан на то, что первый удар нанесут противники.

«Ударит кто-то один, но прилетит по всем вам, драные подонки…» — с озлобленностью подумал Жириновский.

Примечания:

1 — Почему нельзя иначе — в эфире, как ты уже понял, уважаемый читатель, рубрика «Red, зачем ты мне всё это рассказываешь⁈» — итак, эта тема тесно переплетена