Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина
Пафосно постояв над сделанной лужицей, зверюга демонстративно отвернулась от меня и неспешно пошла прочь. Следом, с небольшой задержкой последовали и остальные члены стаи.
** Ю Ли **
Выживший раскрылся с новой стороны.
А ведь я до сих пор не чувствую в нем и толики Великой Силы, однако ветки вылетающие из источника возгорания он метал не руками и даже жестов никаких не использовал. И ведь не просто метнул, но ещё и траекторией до самого конца управлял, что далеко не каждому по плечу.
Впрочем, хатт с ней, с Силовой техникой, что он творил после этого? Помочиться на поверженного противника, пускай это и хищное животное… что за фееричное варварство?! Это же насколько долбанутым надо быть?
Хотя, должна признать, впервые вижу, чтобы песчаные крау старшего возраста прекращали атаку при таком явном преимуществе.
Может ли он быть ситхом? Темные, как рассказывают, славились своими причудами и издевательствами, думаю, вполне могут и на поверженных противников гадить. И это даже логично, ведь я нахожусь на планете набитой гробницами. Опять-таки тот дух как раз перед выходом из гиперпространства пропал.
Выживший — темный? Стоит его убить?
Нанести ранение несовместимое с дальнейшей жизнью просто, только вот вдруг это, в самом деле, местный «постоялец»? Если это здешний темный, то вполне возможно, что моя атака его лишь разозлит.
С другой же стороны я за его телом присматривала целую декаду и уж за такой срок просто обязана была почувствовать фон Силы, но ведь не почувствовала же. Непонятно.
** Евгений **
Проснувшись утром, чувствовал себя не сказать что хорошо, но не хуже вчерашнего, в общем, встать с травяной подстилки смог без посторонней помощи. Встал и в очередной раз нахмурился, посмотрев на собственные ладони. Из-за потери веса, пальцы казались непривычно длинными, зато цвет кожи уже растерял болезненную синеву и начал принимать нормальный для человека оттенок.
Обернувшись, обнаружил, что аборигенка Ю Ли, которую я без зазрения совести переименовал на родной манер, уже проснулась и с задумчивым видом пялилась в огонь. Она покосилась на меня, её глаза, как и вчера при нападении волка словно бы засветились и она поспешно отвернулась.
Выходит люди в каменном веке знали про что-то похожее на мой навык? Прикольно. Теперь, по крайней мере, понятно как они тут без огня выживают. Хотя всё равно странно. Производство ткани, пускай это и мешковина, это куда более сложный навык, чем разведение и использование огня.
Хм. А ещё она очень странно отреагировала на искажение своего имени, но даже не попыталась спорить. Надеюсь столь нахальное изменение имени ничего не значит. А то мало ли у них тут, таким образом, ипотеку берут. Хе-хе. Или сразу в жены.
** Ю Ли **
А он точно не говорит на основных языках?
Так-то Йу’уль на языке Рафи означает добивающий удар. Точнее такой удар, которым убивают предателя. Частица Ка уточняет, что предыдущее слово является именем дочери. И как мне понимать это всё? Дочь палача-карателя, что ли? Хотя, если написать это рунами, то получается уже не столь обидно. Хм. Возмездие? Нет, для него есть специальное написание. Тогда… хм… Воздаяние?
Тц… С третьей стороны нельзя забывать слова мастеров Джа и Пло о том, что любое имя, на чужом языке может означать что угодно и не всегда это самое «что угодно» будет чем-то приличным.
Ладно, хатт с ним, прозвище как прозвище. Но в отместку, буду звать его по второму имени, ведь оно созвучно со словом «блокнот» на том же Рафи.
** Евгений **
— Блин, как же всё болит, — простонал я, добравшись, наконец, до излишне крупного ручья.
Склонившись над водой, я аж вздрогнул от неожиданности. Вчерашняя дряблость кожи, которая образовалась из-за уменьшения запасов жира, куда-то пропала, и теперь в отражении хоть и был я, но на свой возраст я больше не тянул. А вот со щетиной приключилась беда, она теперь какая-то седая что ли. Нужно срочно обзавестись бритвой. Нафиг такое непотребство. Смотрится довольно странно.
С грехом пополам умывшись достаточно прохладной водицей, я осмотрелся и, к некоторой своей радости, обнаружил что-то до боли похожее на рыбу. Присмотревшись, я лишь прищурился от резкого приступа жадности. Форель же, ну один в один она. Всегда хотел такую поймать, но в нашей местности всё больше караси да окуни водились.
Пока я рассматривал возможную добычу, сзади подошла аборигенка и пристально уставилась на нахальную рыбу, которая своими крупными размерами, словно специально дразнила нас из вод этого всё здоровенного, но всё же ручья.
Впрочем, мне сложно быть объективным в этом вопросе, ведь ближайшая к моему дому река была шириной в четыре сотни метров. На её фоне эта речка-вонючка, в самом деле, ручей.
И так довольно контрастные глаза девицы словно бы засветились и зазевавшуюся рыбу словно бы невидимая рука за хвост схватила, однако на этом всё и закончилось. Юлька разразилась гневным и непонятным монологом, судя по всему, матерным.
Лихо метнувшись к костру, она конфисковала одну из последних ветвей и, каменным лезвием, вкривь и вкось, выстругала что-то отдаленно напоминающее копье. Не успела рыба успокоиться после недавнего дерганья за хвост, как аборигенка была уже около берега, где с удивительным проворством, силой и скоростью буквально вогнала палку в реку.
Если бы я был членом жюри, поставил бы десять из десяти. Более резкого удара мне видеть ещё не доводилось. Вода в месте столкновения с веткой даже хлопнула явственно.
— Ну, блин, оптическое преломление же, — со вздохом озвучил я очевидное, ведь она ударила своим эрзац-копьём не туда где рыба была, а туда где рыбу было видно.
— Raafa rem-tan! — хриплым, неприятным тоном буквально рыкнула девица и кинулась на меня с кулаками. И хорошо так кинулась. Я в первый момент даже подумал, что она занималась каким-то единоборством, но думал лишь до тех пор, пока она не попалась на болевой прием, в котором почти минуту дергалась, невзирая на адову боль и даже хруст суставов.
— Тише-тише, успокойся, — успокаивающе буквально шептал я, так как один из её ударов всё же достиг цели и дышалось мне, прямо скажем, через раз.
Вскоре, к счастью для моих ребер, аборигенка как-то разом обмякла. Она больше не билась в захвате как безумная и лишь хрипло дышала. Радужка её глаз тоже претерпела изменение.