Демон из средней школы. Повесть вторая - Фил Шрайбер

— А мы поедем рядом с ним.

— Да.

— Ты понимаешь, о чём я спрашиваю? В ноябре они тоже собирались только довезти находку до хранилища.

Он посмотрел на её руку, всё ещё лежавшую на фотографии.

— Понимаю. Я не знаю, безопасно ли ехать с ним. И из запрета на изъятие этого не следует. Сначала поговорим у ворот. Ещё до того, как идти к машине, надо решить, пойдём ли мы вообще дальше этого разговора.

Женщина медленно убрала руку и кивнула.

— Только там тоже не торопись отвечать за всех.

— Хорошо.

— Разговаривать с ним будете вы? — спросил местный, дождавшись, пока старший застегнёт папку.

— Я начну. Вы останетесь ниже, чтобы видеть нас и тропу. За связь с постом отвечаете вы. Если что-то случится, сразу докладываете и отходите вниз. К нам не поднимаетесь.

— А если вы сами позовёте?

— Даже если мы позовём, — ответил старший после паузы. — Докладываете, что слышали, и отходите.

— То есть если вас… — Местный сглотнул. — Если кому-то из вас понадобится помощь, я должен уйти?

Женщина посмотрела на напарника. На этот раз он ответил не сразу.

— Да. Там уже погибли двое. Третий человек нам нужен, чтобы внизу узнали, что произошло. Вы не обязаны погибать следом.

Местный опустил глаза на свою подпись. Когда поднимался зимой, ему ни разу не пришло в голову, что можно будет услышать зов о помощи и заранее знать, что не пойдёшь.

— Я понял, — сказал он наконец.

Старшая из Нагано убрала снимки погибших в папку с инструктажем. С собой взяла другой файл: несколько листов ноябрьской описи и четыре фотографии, снятые в зале до изъятия. Проверила, что нужные листы на месте, хотя только что отложила их сама. Клапан сумки застегнулся со второго раза.

* * *

Подниматься начали утром, когда высохла роса. Чемоданы оставили на посту, в машине, не открывая. С собой взяли рации; защитные камни уже висели у каждого под одеждой. У последнего дома старший поправил свой через рубашку. Женщина сделала то же самое, заметила движение его руки и отвела глаза.

Местный дважды проверил карманы, прежде чем захлопнуть дверцу. На тропе ему снова захотелось проверить, на месте ли запасной аккумулятор. Он прижал ладонь к карману, нащупал твёрдый угол и заставил себя убрать руку.

Шли с промежутками: старший впереди, женщина в нескольких шагах за ним, местный последним. Там, где тропа сужалась, ждали, пока следующий участок освободится. Из машины подъём казался коротким. Теперь местный замечал каждый корень, о который на обратном пути можно было споткнуться.

У второй сосны он поднял голову.

— Зимой я доходил до той сосны, до верхней. — Он показал между стволами, хотя оба шедших впереди смотрели под ноги. — Там блок менял. Тогда снега было почти по колено, пришлось сначала откопать крепление.

Женщина оглянулась, и он договорил уже тише:

— Дальше я не ходил.

— Помню, вы говорили, — ответил старший. — Наверху останетесь ниже нас. Я покажу, где встать.

Местный кивнул. Ему хотелось рассказать ещё что-нибудь про зимний выезд: как долго не отворачивался винт, как потом отогревал пальцы в машине. Но женщина уже повернулась к нему спиной, а старший остановился, давая ей перешагнуть через выступавший корень.

У третьей сосны она сама замедлила шаг. Над головой висела коробка датчика, стянутая выцветшей лентой.

— Т3, — негромко подсказал местный. — Все четыре датчика с земли видно. Этот работает, на посту перед выходом проверяли.

— Хорошо. — Она ещё немного постояла, глядя на коробку. Её устанавливал тот человек, который на фотографии держал банку. Порвал рукав, спустился, продолжил работу. Женщина опустила глаза и пошла за напарником, стараясь не сокращать расстояние до него.

Ворота показались после поворота. Створок не было. Старший остановился за несколько шагов до прохода и вытянул руку в сторону, указывая женщине место справа. Местному указал место позади, у сосны, откуда были видны и они, и тропа вниз.

Женщина переступила через плоский камень, взглянула себе под ноги и замерла. На одном из утренних снимков линейка лежала вдоль такого же края. Она подняла голову. До двора оставалось несколько шагов; в ноябре люди погибли по эту сторону ворот.

— Здесь останетесь? — спросил старший, дождавшись, пока она посмотрит на него.

— Да. Проверим связь, — ответила она, убедившись, что сумка не мешает руке.

Каждый назвал себя, пост ответил каждому. Местный начал говорить раньше, чем нажал кнопку, и услышал просьбу повторить. Со второго раза его приняли. Он оставил рацию в руке.

Старший посмотрел на часы.

— Пост, восемь сорок. Мы у ворот, все трое снаружи. Не входим. Повторяю, не входим!

— Принято. Восемь сорок, у ворот.

На посту говорили тихо. Когда передача закончилась, женщина услышала, как внизу зашуршала хвоя под ногой местного.

Двор был виден почти целиком. На ступени стоял обшарпанный стальной термос без крышки; рядом темнели ряды коротких черт. У крыльца лежала кучка листьев. Женщина задерживала взгляд на каждой знакомой по описи вещи, потом переводила его к открытой двери зала. Из солнечного двора внутри ничего нельзя было разглядеть.

Она посмотрела на место у двери ещё раз.

Метлы не было.

От боковой стены донеслось шуршание. Женщина повернулась на звук слишком быстро, и ремень сумки скользнул с плеча. Она подхватила его у локтя, не отводя глаз от угла здания.

Несколько коротких движений, пауза — и снова шорох по земле. Кто-то работал совсем рядом, за стеной. Они стояли здесь, проверяли связь, разговаривали, а он всё это время продолжал мести.

Старший чуть подался вперёд, но остался на месте. Женщина видела, как он набрал воздух; окликнул он только после того, как за углом что-то деревянное стукнуло о камень.

— Доброе утро.

Шорох прекратился. Теперь их услышали. Женщина ждала шагов, но за стеной не двигались. Ей захотелось посмотреть на напарника, убедиться, что он тоже ждёт. Она не решилась отвернуться от угла.

Старший медленно отвёл руки от куртки, показывая пустые ладони. Постоял так. Когда он заговорил снова, голос прозвучал мягче, чем на инструктаже, и от этого женщине стало ещё труднее удержать руки неподвижно.

— Мы из Юрэй. Хотели бы с вами поговорить. Если вам сейчас удобно.

Из-за угла выглянул кто-то невысокий. На нём была красная парча с золотыми птицами. Он обернул её вокруг