Магазин волшебных питомцев 7 - Сергей Шиленко

Но отпустить его гулять по Москве ещё хуже. Голодный А-ранг с неизвестным навыком и повадками домушника за одну ночь может обеспечить работой половину столичной полиции. Оставлять его одного в фургоне тоже нельзя — судя по тому, как легко он вскрывает защёлки, утром я могу не найти ни енота, ни машины.

В магазине хотя бы моя территория, питомцы и возможность быстро убрать Фёдора в Питомник, если переговоры внезапно перейдут в стадию имущественного ущерба. Значит, ведём внутрь. Кормим. Наблюдаем. И ничего ценного без присмотра не оставляем.

Я поднялся, шагнул к дверям фургона и распахнул одну створку.

— Пошли, накормлю.

Спрыгнул на мокрый ночной асфальт. Повернулся и протянул руки, предлагая Фёдору помочь спуститься. Енот посмотрел на мои ладони с глубочайшим презрением.

— Я чё тебе фраер, на ручках кататься? — возмутился он.

Сгруппировавшись, мягко спрыгнул на землю сам. Приземлился с лёгким цокотом коготков, тут же встал на задние лапки и повёл носом.

— Запах знакомый, — пробормотал Фёдор. — Выхлопы, асфальт, шаурма где-то горелая… Москва, что ли?

— Она самая, — подтвердил я, направляясь к чёрному ходу магазина.

— Нормально. Жить можно, — зверёк засеменил следом, задрав хвост.

Я поднялся по ступеням и отпер дверь. В подсобке горела дежурная лампа. Тёплый жёлтый круг на полках, тени от коробок, запах сухого корма и тихий гул холодильника.

Енот встал посреди прохода и обвёл помещение взглядом. Он изучал ровные ряды стеллажей, заставленные мешками с отборным кормом, коробки с лакомствами, банки с витаминами.

— Опа-на… — благоговейно выдохнул зверёк. — Эльдорадо, в натуре. Ты тут смотрящий за общаком? Нормально поднялся, Дэн. Уважуха. А это чё? Орехи? Грецкие? А там чё, сушёные бананы⁈

С верхней полки камнем вниз спикировал Архимед. Он приземлился прямо на голову еноту, вцепившись когтями в густую серую шерсть. Хохолок какаду стоял торчком, превратив птицу в яростный одуванчик.

— Тревога! Вторжение! Крыса-переросток на складе! — Архимед забил крыльями и попытался тюкнуть гостя клювом. — Дэнька, бей его! Вызывай ОМОН! Караул!

Фёдор от неожиданности кувыркнулся назад, шлёпнувшись на пузо. Архимед сразу взлетел и начал нарезать круги, истошно вереща и будя всех остальных зверей. Енот вскочил на лапы. Искры на его шерсти вспыхнули с новой силой, создавая вокруг синеватый ореол.

— Это чё за терпила пернатый? — ощерился енот. — Слышь, чучело, ты на кого батон крошишь?

— Говорящая шапка! — заорал какаду. — Паспорт предъяви! Прописка есть? Фу! Грязный! Из канализации вылез! Помойся, полоскун!

Маленькие ручки енота сжались в кулаки, а в глазах вспыхнуло искреннее возмущение.

— Ты чё, фраер, на мою масть наезжаешь? — голос Фёдора стал опасно низким. — Я таких гусей на завтрак ем. Ты мне тут про гигиену не затирай, я в чистоте живу, по понятиям. А ты, моль бледная, сейчас допросишься!

— Птичка разоблачает! Шерстяной вор! — не унимался какаду. — Полундр-р-ра! Охрана! Полиция! Уголовщина! Кража!

— Слышь, бройлер, — Фёдор упёр лапы в бока, всем своим видом демонстрируя готовность к разборкам. — Ты фильтруй базар. Какая кража? Я честный бродяга! А будешь кукарекать — я из тебя подушку сделаю!

— Архимед, отставить провокации, — скомандовал я. — Фёдор, не обращай внимания. Он у нас штатный комментатор.

Я плотно притворил дверь в торговый зал и щёлкнул замком. Там аквариумы, а слово «полоскун» я понимал буквально. Достал глубокую миску, насыпал туда премиального корма для куниц, добавил сушёных фруктов, пару перепелиных яиц, кусок отварной куриной грудки и несколько крупных грецких орехов. Поставил всё это богатство на пол перед енотом.

Фёдор мгновенно забыл про попугая. Упал на четвереньки, схватил лапками перепелиное яйцо, виртуозно пробил скорлупу когтем и втянул содержимое. Зажмурился от удовольствия.

— От души, Дэн, — прочавкал он, запихивая в рот ломтик сушёного яблока. — Век не забуду.

Проснувшиеся из-за Архимеда мантикор и фенек уснули обратно. Видимо, решив отложить знакомство с новым членом стаи на утро. И всё могло бы закончиться хорошо… если бы не одна горластая птичка.

— Дэнька, не верь ему! У птички зрение! Птичка видит! ЕГО МНОГО!!!

Фёдор перестал жевать. Вынул изо рта недогрызенный орех и поднял голову. В его глазах мелькнула настороженность, а по шерсти чаще забегали синие искры.

— Чё ты там видишь, пернатый?

Архимед завис над ним, вытянул шею и победно распахнул хохолок.

— Сорок морд! Целая банда! Усатая мафия! Новое нашествие кр-р-рыс! Дэнька, прячь кассу!

Фёдор прищурился. Судя по выражению, какаду только что разгласил коммерческую тайну.

— Ну всё, — зашипел полоскун. — Я тебе сейчас клюв на затылок сверну, будильник китайский!

Зрачки Фёдора вспыхнули тем же синим светом, что и в фургоне. Шерсть встала дыбом, и с неё сорвалось облако мерцающих точек. Искры разлетелись с резким треском. И каждая, едва коснувшись пола или полки, с хлопком разворачивалась в полноценного и крайне целеустремлённого енота.

Один, пять, десять… Звери не походили на иллюзии. От них шла тень. Они пахли. Один сразу встал на задние лапы и потянулся к коробке с кормом для рептилий, второй сунулся к спящей на сене Белочке, третий опасливо подобрался к дивану.

— Взять этого пернатого! — скомандовал оригинал. — Поймать и ощипать!

Дзынь! Теперь вы знаете, что такое навык «Спороношение»!

Эффект: Количественное превосходство над здравым смыслом. Текущий лимит копий: до 40 единиц. Сейчас задействована половина.

Примечание: Вы только что приютили организованную преступную группировку с общим характером и нулевой дисциплиной.

— Мать твою… — только и успел выдохнуть я.

Двадцать один серый полоскун рванул вверх по стеллажам. Цепкие пальцы впивались в кромки полок, хватались за края упаковок, рывками подтягивая тело. Они двигались единой волной, словно штурмовой отряд, используя мешки с кормом как ступени. Но хуже всего, что я уже не мог понять, где оригинал. Фёдор пошёл в атаку вместе с двойниками и ничем от них не отличался.

— КАРАУ-У-УЛ!!! — Архимед чуть не врезался в меня, истошно хлопая крыльями. — ПТИЧКА ГОВОРИЛА! ПТИЧКА ПРЕДУПРЕЖДАЛА! НИКТО НЕ СЛУШАЛ!

Два енота добрались до верхней полки одновременно, оттолкнулись и прыгнули, растопырив лапы. До какаду не дотянулись сантиметров на тридцать.

— А-А-А-А! ЕНОТЬЯ ОРДА! ГЕНОЦИД ПТИЦ! ДЭНЬКА, СПАСАЙ! — Какаду описывал безумные круги под самым потолком и разбрасывал вокруг себя белый пух.

С полки поехала пирамида консервов. «Нежный кролик в соусе», двенадцать банок, хлопнулись на линолеум