Пленница Лютого Альфы (СИ) - Светлана Ворон

Я чувствую себя беспомощной. По-настоящему грязной шлюхой, выброшенной на обочину. Да я же даже адреса не знаю, где сейчас нахожусь, в какой части города!

— Не нужно, ребят, — Лютый пальцами обламывает сигару, бросает на асфальт и тушит носком туфли тлеющий кусок, — я пойду с вами без сопротивления.

— Положено — в наручниках, — цедит капитан и даёт сигнал рядовым.

Те просят моего мужа вытянуть руки и заковывают его запястья в браслеты.

Притом поглядывают на меня, ведь я продолжаю стоять и смотреть.

Навряд ли я похожа на шлюху с этими своими дрожащими губами и в обычном спортивном костюме. Неужто Лютый думает, что они поверят?

Перед глазами вспыхивает момент, как муж стягивает кольцо. Его пустые глаза, в которых нет больше ни капли эмоций.

Он слишком честный и прямолинейный. Разве он мог бы так хорошо притвориться? Сыграть равнодушие ради какой-то цели?

Скорее уж, я бы поверила, что он играл заботливого мужа ради секса. Теперь же, когда у него проблемы, я стала балластом и больше ему не нужна.

Мне хочется броситься на него со спины и поколотить. Но что-то меня останавливает.

Обидно до глубины души, меня трясёт. Но именно странность ситуации позволяет надеяться, что грубое отношение Лютого — показуха. И у меня ещё появится возможность разобраться, что всё это на самом деле значит. Найти ответы.

Он сделал это ради моей безопасности, просто я не знаю всех деталей. Быть может, он просто не хочет дать Совету повод забрать и меня. Быть может, к шлюхе будет меньше вопросов, чем к жене.

И только поэтому я продолжаю стоять и молчать, мужественно принимая ситуацию. Стараясь сделать всё правильно, а не под воздействием сиюминутных эмоций.

Стражи уводит Лютого, который ни разу не оборачивается, чтобы проверить, ушла я или нет.

Ему будто плевать, что со мной дальше будет. Плевать, что я совершенно одна на парковке, возле его закрытой машины, поставленной на сигнализацию. Без адреса клуба и без документов.

Процессия скрывается в здании Совета, и я растерянно оглядываюсь. Вон улица. Адрес посмотрю, телефон и карта есть, такси вызвать — не проблема.

Ноги не идут, они словно деревянные. Меня шатает от нервов, колотит озноб. Кишки скручиваются от страха и непонимания ситуации.

За мной вроде никто не гонится. Но я теперь всё равно боюсь того, что дальше со мной будет. Что ещё может случиться.

Так, надо просто следовать инструкции. Подыграть мужу и ждать, пока всё прояснится. Наверное, он сам за мной придёт, когда освободится? И всё объяснит?

Поэтому сейчас моя цель: не паниковать. Вернуться в клуб и там уже решать, что дальше делать.

Звоню сестре, как только усаживаюсь в такси.

— В смысле, арестовали?! — не верит Настя в то, что я сообщаю дрожащим, ломаным голосом.

Я уже на грани истерики. Паникой накрывает неотвратимо. Чем дальше — тем хуже.

С каждой минутой я всё меньше себе представляю, что дальше делать.

Собрать свои вещи и уйти? Куда?

Домой — не вариант, там Аркадий, и он наверняка всё ещё без денег. Что ему стоит снова меня продать?

В гостиницу? Лютый не потребовал у меня свою карту, и это меня немного греет. Даёт надежду, что он не просто забыл о ней случайно, а оставил намеренно. Чтобы я позаботилась о себе.

Вернуться в клуб и ждать новостей, живя в его лофте? Но это Настя на такое способна, она не боится с оборотнями тусоваться! А я — боюсь.

Я не умею пользоваться своим положением. Что я скажу работникам клуба? Явным отморозкам, на которых клейма ставить негде? Что я буду жить там на правах жены?

И что, они будут приносить мне еду три раза в день? Ездить по моим поручениям? Возить меня по моим делам? Охранять у двери?

Не представляю я этого!

Насколько я знаю, у Лютого нет там «слуг» — обычные сотрудники, либо подопечные. И в их обязанности не входит забота о жене хозяина.

Я — не владелица бойцовского клуба. Я никого не смогу «построить», никем не смогу командовать. Даже просить не смогу.

И я не хочу жить там без Лютого. Я с ума сойду!

— Я поеду домой, — решаю, и Настя тут же начинает меня отговаривать.

— Ты с ума сошла? А как же Аркадий?! Или ты соврала про то, что он тебя в бордель сплавил?!

— Значит, поеду в больницу к маме…

— И она совсем не поинтересуется, с чего ты решила с ней в палате ночевать?

Блин, маму волновать нельзя.

— Сюда езжай, — настаивает сестра. — Вместе мы справимся. Уверена, это просто недоразумение, и завтра Лютый вернётся, как ни в чём не бывало.

Вздыхаю.

— Если бы ты их видела, — шепчу со слезами на глазах. — На него надели наручники!

— Что, серьёзно? — озадаченно шепчет Настя. — А что сказали?

— Бумагу какую-то ему показали. Он сам с ними пошёл. Мне кажется, он был уверен, что не вернётся. Он со мной попрощался, Насть. Буквально меня послал. Даже сказал забрать свои вещи.

От воспоминания в груди давит. Больно. В животе тоже что-то неприятно сжимается, как при потере близкого человека… Когда я успела так увязнуть?

— Всё очень серьёзно, Насть… — шепчу взволнованно. — Он натворил что-то безумно плохое, раз он — член Совета, а его всё равно задержали. Вчера он при мне чуть женщину не убил, так что меня ничто уже не удивляет! Может, у него трупов полный шкаф. Или багажник. Или ближайший лес, где он их закапывает. Мы же обе знаем, что он связан с криминалом. Только не знаем, с каким именно. И за что его могли бы посадить. Там, наверное, список преступлений на пожизненное!

В трубке повисает тишина.

— Насть? — шепчу напряжённо. — Если ты что-то знаешь, то должна мне сказать!

— Вот ты смешная, — раздаётся уничижительно в трубку. — Ты хоть раз поинтересовалась, чем твой муж на самом деле занимается? Хоть раз спросила, чем вообще живёт его клуб? Что там происходит вне арены? Почему это место настолько секретное и что спрятано в подземельях?

Нет, не спросила. И не хочу знать.

Я хочу быть как можно дальше от его преступлений.

Лютый оказал мне услугу, отпустив меня. Уберёг от неизвестной опасности, и я благодарна ему за это.

Чем больше думаю, тем сильнее убеждаюсь, что надо послушаться Лютого и бежать. Только решить, куда.

— Насть, может, уйдём из клуба и снимем квартиру