Комната с летающими письмами - Екатерина Андреева

– Ну? Что-то придумали? – с ленцой протянул он.

– В отличие от тебя – да! – тут же вскинулась Фи. – Надо поискать информацию об орехе. Поэтому все мы сейчас идём в городскую библиотеку!

Лица Шэри, Карла и Рика побледнели и вытянулись, будто одно только упоминание библиотеки вселяло в них леденящий ужас. И друзьям стоило большого труда уговорить их отправиться в это монстрами забытое место.

Зимнее солнце опускалось за горизонт. Часть неба затянула тёмная чернильная поволока, а на краешке у самого горизонта ещё алели последние закатные лучи. Маленький красный трамвайчик медленно катил по городу, стуча колёсами по обледенелым рельсам и позвякивая колокольчиком.

Мест в тёплом и даже душноватом вагоне не было, и ребятам пришлось сгрудиться у входных золочёных ступенек, едва не вжимаясь друг в друга. Мимо проплывали заснеженные улочки и застывшие в белой глазури домики. Тут и там над крышами зажигались разноцветные огоньки, озарялись тёплым и мягким светом маленькие окошки и даже стены зданий. Кое-где уже начали мелькать наряженные к празднику ёлки. А во время коротких остановок с улиц долетали обрывки разговоров и весёлая музыка.

– Что, все уже Пожеланники написали?

– Эй, почему имбирные пряники так подорожали?!

– Подарочная бумага! Подарочная бумага! Шуршащая, блестящая, поющая и ползущая! Упаковка на любой вкус и цвет!

громко пропел кто-то, и несколько голосов тут же возмущённо вскрикнули:

– Ты что такое поёшь?! Там совсем другие слова!

Это репетировал хор привидений, который каждый год в предпраздничные дни любил выскакивать из-за углов, просачиваться в дома и распевать новогодние песни. Почему-то им казалось, что всем это нравится, и никому за долгие столетия не удалось убедить их в обратном. А впрочем, это давно уже стало самой настоящей традицией, и Тима даже не представлял себе Новый год без внезапных песенных нападений призраков.

Пассажиры выходили один за другим. Яркие огоньки отдалялись, городской шум затихал. Тяжёлые сиреневые сумерки окутали одиноко катящий трамвайчик. Сугробы вдоль путей выросли большие и пушистые; вместо украшенных, почти игрушечных домиков дорогу обступили высокие, укрытые снегом ели. Вокруг сгустились неприятный мрак и тишина, и даже колокольчик словно звенел всё слабее. Наконец трамвайчик остановился.

– Конечная! – крикнул машинист и обернулся на ребят. Они оставались единственными пассажирами. – Выходить будете?

Тима неуверенно вгляделся в темноту за окном. Выходить ему совершенно не хотелось.

– Да, спасибо большое! – уверенно ответила Фи и первой направилась к дверям.

Остальные неохотно двинулись за феей. Холод зимнего вечера тут же пробрался Тиме под одежду. После тепла вагона он казался ещё более жгучим. Колокольчик звякнул, трамвайчик развернулся по широкой дуге и быстро покатил прочь отсюда, словно пытался сбежать. Мрачное безмолвие надавило на уши.

– И что мы тут делаем? – недовольно прошипел Лео, пряча нос в высокий воротник пальто. Наверняка в этот момент он очень жалел, что только взрослые вампиры не боятся холода.

– Мне тут не нравится, – заявил Шэри, испуганно косясь по сторонам. – Здесь странно пахнет.

– Магией, – хором произнесли два колдуна.

– Проклятиями, – уверенно заявил Рахи.

– Тёмным лесом, – покачал головой Патрик, со страхом глядя на чёрные сосны за спиной.

– Книгами, дурачки, – усмехнулась Фи. – Пойдёмте. Нечего трястись. Я здесь бывала уже много раз.

Она махнула рукой и повела их прямиком в лес.

– Вечно эта фейка как придумает… что-нибудь! – пробурчал Лео, и, надо признать, Тима в этот момент подумал о том же.

Фея уверенно двинулась меж высоких деревьев, и мальчик понял, что среди сугробов вьётся узкая протоптанная дорожка. Ребята вереницей плелись друг за другом. Снег хрустел под ногами, где-то в отдалении ухала сова и тихо подвывал Шэри. С каждым шагом Тиме становилось не по себе.

– Долго ещё тащиться? – крикнул Лео, заставив всех испуганно вздрогнуть. Его голос звучал раздражённо, но Тима знал, что так вампир прячет страх.

– Почти пришли, – откликнулась фея, и мальчик вдруг заметил яркие огоньки, мелькнувшие среди деревьев. Вереница зашагала бодрее.

Спустя несколько минут ребята, наконец, ступили на широкую расчищенную полянку, посреди которой стоял старинный каменный замок. Тима даже рот приоткрыл от удивления, но его тут же пришлось закрыть, чтобы не пускать внутрь холодный воздух.

Мрачное здание нависало над ними и строго глядело вниз своими узкими окнами с разноцветными витражами. Острые шпили, увитые железной лозой, словно иглы вонзались в тяжёлое ночное небо. Замок казался древним и давно заброшенным. Если бы не мерцающая вывеска, жалко повисшая на одной петле.

– «Общество книжных скелетов», – громко прочитал Патрик и озадаченно посмотрел на фею. – А это точно библиотека?

Фи не ответила. Она решительно двинулась ко входу и потянула на себя тяжёлую дверь. Та заскрипела на ржавых петлях, и на полянку вырвался слабый свет. Девочка на мгновение замялась и, обернувшись, произнесла:

– Вы только это… не дайте им заболтать вас.

– Кому им? – хором спросили все, но Фи не ответила и скользнула внутрь. Тяжко вздохнув, Тима первым двинулся за подругой, а следом потянулись и остальные.

Когда мальчик переступил порог библиотеки, его тут же окутало приятное тепло и золотистый свет. Тима замер, удивлённо оглядываясь. Перед ними предстала огромная зала размером со школьное футбольное поле. Каменные стены поднимались высоко, соединяясь где-то во тьме в острый угол. Синие, зелёные и красные витражи изображали всевозможные пишущие перья и чернильницы. Но самое главное – всё здесь заполонили книги! Они были повсюду. На полках шкафов на мощных лапах, на закрученных лестницах, уходящих в башенки, на столах и даже на полу. Они стояли плотными рядами, валялись небрежными стопками, выглядывали между перил, словно пытаясь выбраться из-за решётки. Тима невольно подумал, что старая гаргулья пришла бы в ужас от такого беспорядка, но его глаза горели от восторга. Столько книг, столько великолепных историй! И целой жизни не хватит, чтобы их прочитать!

Мальчик опустил взгляд чуть ниже и заметил два огромных камина с обеих сторон комнаты. В одном из них полыхал зелёный огонь, а в другом почему-то синий. Левый камин украшали пушистые зелёные ветки с красными стеклянными шарами, а правый – гирлянда из заснеженных шишек. У левого камина выстроились в ряд повёрнутые к огню зелёные бархатные кресла, а у правого – синие. А по центру залы от самого порога до противоположной стены тянулась атласная красная лента, словно