Эмкаэлка - Анюта Соколова

— Бедные лакеи! — Кир заливисто расхохотался. — Их ждёт жестокое разочарование!

— Жизнь вообще полна разочарований, — хмуро откликнулась я.

— Я так не думаю. Следует просто ставить реальные цели и стремиться к их выполнению.

— М-да? — хмыкнула я. — В детстве у меня была цель не повторить судьбу всех приютских девочек, которые потом надрываются на ткацкой или швейной фабрике с раннего утра до позднего вечера. После я стремилась стать лучшей из агентов Грегори. Затем мне хотелось выйти замуж за Дилана, иметь дом и детей. И что в итоге?

— Ты достигала всего, к чему стремилась, Хел, — голос Кира прозвучал очень мягко. — В последнем случае тебе помешала смерть, за которую, я уверен, ты отомстишь. Мне кажется, ты из тех людей, что добиваются даже невозможного.

— Что, проживу целых четыре недели вместо трёх?

Мой сарказм он оставил без внимания.

— Всю ночь я разбирал механизм создания копий. Такое чувство, что на этот раз туда закралась ошибка. Пришлось работать второпях, Фолер стоял над душой, постоянно сверял тела и отвлекал вопросами. Ещё неизвестно зачем примчался господин Велор, сначала чуть не упал в обморок, затем устроил скандал.

— Подожди, — я остановилась. — А откуда Дилан узнал, что меня убили?

— Фолер отправил ему Вестника. Наверное, счёл своим долгом лично рассказать жениху о смерти невесты.

— Грегори? Брось! Грегори чужда сентиментальность. Ты его не знаешь, Кир. Однажды на задании погиб агент, и, чтобы не рисковать всей операцией, Грегори собственноручно уничтожил труп. Не спрашивай как, а то меня стошнит. Этот агент до сих пор числится пропавшим без вести, семья его разыскивает. Мы все для господина Фолера — расходный материал. Тем удивительнее, что он известил Дилана.

— Может, к тебе у Фолера особое отношение?

— Вряд ли. Тринадцать лет назад — возможно, но не сейчас.

Впереди показался особняк, вкусно запахло жареным мясом, и я почувствовала, что опять хочу есть. Интересно, за три недели можно располнеть так, чтобы не влезать в платья? Кир сделал почтительный книксен и направился к служебному входу. Я следила за иллюзией очаровательной фархизки в скромном сером платье. Кир изобразил даже вьющуюся прядку, выбившуюся из аккуратного пучка волос, и слегка помятый подол, и травинку, прилипшую к краю юбки. Следовало признать: с напарником мне повезло.

Обедала я с бароном и Шенизой. Франс ещё не вернулся из Фризена, у баронессы болела голова, а у Лавера нашлись какие-то неотложные дела. Однако посидеть в тишине не получилось: Шениза болтала за пятерых. Её мысли, словно белки, перескакивали с модной полифонической музыки на полезные для здоровья свежие овощи. Барон тоже был непривычно оживлён. Я отделывалась односложными ответами, пока одна выхваченная из потока пустословия фраза не заставила меня вздрогнуть и поднять изумлённый взгляд на хозяина дома.

— Так что вы думаете о войне с Фархизом? — довольный произведённым эффектом, повторил барон.

— Любая война ужасна, даже оборонительная. Подумайте, сколько молодых людей погибнет ради амбиций короля и императора!

— Это солдаты, прекрасная госпожа Керон, — барон развёл руками. — Они добровольно выбрали службу за государя и отечество.

— У вас сын, господин Тоден. В любой момент он может решить пойти повоевать за государя и отечество — вы смиритесь с его выбором?

— Франс не такой дурак, вам не стоит волноваться, — «утешил» меня барон.

— Принц Морен публично объявил, что в случае войны собирается присутствовать на поле боя, — вкрадчиво произнесла я. — По-вашему, он дурак?

— Полноте, госпожа Керон, — барон отпил глоток вина и откинулся на спинку высокого стула. — Что значит присутствие наследного принца на войне? Отдельную палатку подальше от сражающихся, небольшую армию адъютантов и охраны, свой обоз, повара и десяток слуг. Не думаете же вы, право, что Морен засунет за пояс пару пистолетов, вскочит на коня и понесётся впереди войск с саблей наголо, как его доблестный предок Рейстав Третий, земля ему пухом?

— Шальные пули порой залетают и в отдельную палатку. Но я согласна с вами, господин Тоден: принцы не рискуют так, как рядовые солдаты, которые за них умирают.

— Умереть за своё отечество — великая честь!

Неуместный пафос царапнул.

— Разве нашему отечеству что-либо грозит? Шираз и Фархиз поделили мир пополам, независимыми остались лишь Грион на севере и Сувéнское ханство на юге. Льды и пески никого не интересуют. Зачем нам воевать? Чего нам не хватает? Кадис король захватил ради золота и пастбищ, Нофирское княжество принесло серебряные рудники, драгоценные камни и горные хребты как естественную защиту. Если уж начистоту, мы гораздо богаче империи.

— На стороне императора тысячи магов, — барон поднял вверх мясистый палец. — Представьте, что они могут сделать с нами! В любой момент, госпожа Керон, они нашлют на нас ураган, засуху, чуму!

— Зачем? — искренне удивилась я. — Господин Тоден, маги отнюдь не исчадия ада, что творят зло ради самого зла. Они такие же люди, как и мы с вами.

«Порой очень даже симпатичные», — чуть не вырвалось у меня.

— Вы сами сказали: потому что мы богаче, — барон опять пригубил вино. — Император мечтает завоевать весь мир и с помощью магов править вечно. И самый правильный способ спастись — напасть первыми.

— И убить всех фархизских магов?

— Господь с вами, госпожа Керон! — запротестовал он. — Их следует поставить на службу Его Величеству. Тогда, лишившись внешних врагов, Шираз превратится в благословенное государство!

— И настанет Золотой век, — беззвучно пробормотала я и громко добавила: — Господин Тоден, с вашего позволения, я вас покину. Хочу отдохнуть перед балом.

— Бал! — словно проснулась Шениза. — Сеймус, нам срочно надо поговорить.

Я мило улыбнулась, убрала с коленей салфетку и вышла из столовой. В холле слуга натирал пол, пришлось сделать вид, что перевязываю бант на туфле.

— Что-то ты больно распетушился перед молоденькой девушкой, — голос Шенизы я слышала так, будто нас не разделяла стена.

— Эта молоденькая девушка — наш единственный шанс, тётя, — ворчливо ответил барон. — Нельзя его упустить.