Падение клана Шэ. Том 1 - Ло Ян
– Фэнбао! – прикрикнул малыш Юань, словно пса воспитывал. – За этими дверями наверняка ждут полчища пауков. Я предлагаю нам разделиться: мой слуга и вы все отвлечëте их на себя, пока мы с барышней Шэ и Чжоу Вэйянем проникнем через крышу.
Воины переглянулись. Ясно, о чëм они все думали! Фэнбао только интересно было, решится ли кто сказать.
– Значит, мы поляжем в битве с пауками, пока вы незамеченными заберëте награду? – не удержался мальчишка из Огненного Меча. Малыш Юань нахмурился в ответ как грозовая туча.
– Я думал о том, как спасти ребëнка! Неужто вам жадность так глаза застит?!
– Моя мать при смерти, – сквозь зубы прошипел мальчишка. – Будь вы на моëм месте, господин стратег, вы бы не задумываясь обменяли любую жизнь на еë драгоценную!
– Иди на крышу, если тебе так нужно, Фэн Гуанмин. – Чжоу Вэйянь скрестил руки на груди. – Я привык встречать противника лицом к лицу.
На милом личике девчонки Шэ отразилось страдание. Неужто этот кусок вяленого мяса был ей так дорог? Растрëпанный, мрачный, лет на десять еë старше… а всë ж у него как будто больше шансов, чем у малыша Юаня.
Фэнбао мстительно усмехнулся.
– Всë, надоела мне болтовня! – объявил он, отошëл подальше для разбега…
Ему даже ци не нужно было собирать – ярость требовала выхода. Он наклонил голову, исподлобья глядя на дверь как на ненавистного врага, напружинившись…
Ах, как давно он не бегал вот так, чуть не отрываясь от земли, летя как огненный шар, неостановимый! Кажется, двери разлетелись в щепу за его спиной, несколько тварей попытались вцепиться в него, но с визгом отлетели, пылая.
Он думал, это будут пауки, но нет – в мрачных коридорах обители несли стражу волки.
Гуйфэй любила собак. Этого она, видно, не забыла.
Волку, вылетевшему навстречу, он оторвал голову, морщась от запаха палëной шерсти. Второго удавил кнутом.
– Гуйфэй!
Нет ответа.
Он вышиб одну дверь, вторую, но ничего, кроме серости запустения и волчьего помëта, не находил. Паутина липла к его лицу, колыхалась вокруг шëлковыми пологами.
– Гуйфэй!
Забытая кумирня, заплесневелые таблички с именами на алтаре.
Её имя тоже было там.
Как она, должно быть, напугала всех! Благородный род Шэ бежал с горы так, что забыл своих предков!
– Покажись! Неужто не узнаëшь меня?! Гуйфэй!
Мраморный экран в главном зале упал, рассечëнный его кнутом, поднимая клубы пыли.
– Ш-ш-ш… Ты разбудишь его… – прошипел голос из тьмы, оттуда, где склонилась над водами яшмовая ива барельефа. Еë каменные ветви колыхались от ветерка, но, присмотревшись, Фэнбао понял, что это колышутся паутинные космы. А за ними, двигаясь плавно…
О, гуйфэй!
На мгновение Фэнбао показалось, что столетия не изменили еë.
Эти белые плечи и водопад чëрных волос, словно росчерк чернил. Алые губы – лепесток пиона, и глаза, тëмные, блестящие, – затягивающий чëрный колодец…
Он едва увернулся от удара огромной паучьей лапы.
Нет, это больше не прекрасная гуйфэй. Нижняя половина еë тела сделалась уродливым паучьим туловищем, поросшим чëрными шипами.
– Ты не узнаëшь меня, Лань-лань? Это я, Фэнбао!
– Уходи… оставь меня с моим мальчиком…
Она держала мальчишку Шэ на руках, но не как живой щит, а как любимое дитя.
Изящной рукой с обломанными коралловыми ногтями она прижимала его голову к своей тяжëлой белой груди, любуясь, как он, в забытьи, сжимает губами сосок, словно младенец, пьющий материнское молоко.
Но из второй груди вместо молока сочился чëрный яд, такой же, как проник в рану Фэнбао.
– Он не твой сын, гуйфэй. – Фэнбао стиснул зубы. – Твой сын умер триста лет назад. И ты давно должна была упокоиться вместе с ним.
Шэ Лань подняла на него глаза, словно только что проснулась. Чëрная слеза скатилась по еë щеке, оставляя мутный след.
– Где он… Фэнбао? Где мой господин? Его сын такой здоровый… так жадно ест…
Мальчишка глотал и глотал яд, смертельно бледный. Бесполезно было придумывать, как спасти его.
– Я не знаю, где Сюэцин. Я не помню. Но он… – Фэнбао стиснул кулаки. – Он отомстил за тебя. Всë это уже не важно, Лань-лань. О царстве Ся никто уже не помнит. Забудь!
– Мой господин… нет, он жив, он придëт… Сюэлян сказал мне…
Фэнбао нахмурился:
– Сюэлян?
Но Шэ Лань не успела ответить: девчонка Шэ упала на неё через дыру в крыше, как разозлëнная орлица, и вонзила меч в паучью спину.
Из глотки демоницы вырвался страшный крик, но мальчишку она не отпустила.
– Нет! – безнадëжно крикнул Фэнбао.
Прыгнувший следом малыш Юань отсëк еë руку и вырвал мальчишку Шэ из демонской хватки.
Третий юнец, из Огненного Меча, не стал нападать – он бросился к нише под яшмовой ивой. Ничего другого Фэнбао от него и не ожидал, но бежать наперерез не было времени. Он должен был сперва проводить гуйфэй в последний путь.
Шэ Лань металась, окровавленная, пытаясь достать круживших вокруг неë детей паучьими когтями и ядовитыми плевками. Еë лицо исказилось от боли, ничего человеческого в ней больше не осталось.
Фэнбао прыгнул и захлестнул кнут вокруг шеи демоницы.
– Юань!
Но принц не успел. Демоница рванулась, пытаясь освободиться, и пнула мальчишку из Огненного Меча. Тот ударился о стену, найденная шкатулка вылетела из его рук и укатилась в темноту.
Фэнбао проследил за ней взглядом. Зря – ухватившись за кнут, демоница размахнулась и швырнула его в другую стену.
Он выпустил кнутовище и успел, перевернувшись в воздухе, оттолкнуться от стены и приземлиться на ноги. Рядом девчонка Шэ пыталась привести в чувство брата, у дверей глава Огненного Меча отбивался от оставшихся волков, а бросивший его Чжоу Вэйянь устремился вперëд.
Они с малышом Юанем ударили одновременно: лезвие Юаня вышло между грудей демоницы, а меч мальчишки Чжоу снëс ей голову.
Последний крик, последняя судорога – и душа гуйфэй отлетела для нового перерождения. Но Фэнбао не верил, что в следующей жизни она станет счастливее.
Он поднялся и понял, что не может больше шевелить рукой. Если б можно было пожертвовать ею ради спасения души Шэ Лань, он бы отсëк еë немедля. Но за гуйфэй он мог теперь лишь отомстить. А для мести ему нужны обе руки.
Шкатулка нашлась неподалëку – запуталась в паутине. Он вскрыл еë, вытряхнул на ладонь единственную золотистую пилюлю…
Холодное лезвие упëрлось в его шею.
– Нет, мастер, – так же холодно сказал Чжоу Вэйянь.
– Почему же? – Фэнбао не повернулся, не хотел видеть, как малыш Юань закроет на это глаза. – Мой хозяин нанëс последний удар. Мы имеем