Падение клана Шэ. Том 1 - Ло Ян

Человеческая рука…

Лай Бань присел на корточки над трупом.

– Этот ученик был убит железными демонскими когтями, тело едва остыло. Господин, нужно поворачивать обратно!

– Нет. – Цзиньюань вынул меч из ножен. – Учитель должен быть где-то здесь. Тише!

Он прислушался и напряг зрение. В тумане чернела громада ворот, сначала Цзиньюань ничего не мог различить сквозь синие облака, но вот мелькнула чёрная тень, одна, вторая…

– За мной, – прошептал Цзиньюань, ныряя в туман. Он даже не взглянул, следует ли за ним кто-то, зная, что, как бы его воины ни трусили, своего принца они не бросят.

Первого демона он насадил на меч без сопротивления, пользуясь тем, что светлые одежды и доспехи из посеребрённой кожи сделали его невидимым в тумане. Второй демон, как назло, оказался рядом и был умнее: его длинные железные когти прошли так близко от лица, что Цзиньюань почувствовал запах крови, засохшей на них.

Он подавил тошноту и бросился в атаку.

Резная маска демона скалилась Цзиньюаню в лицо, но несколько раз ему казалось, что за ней он видит отчаянные человеческие глаза.

Туман поглощал звуки, но, загоняя демона в угол, Цзиньюань услышал из внутреннего двора приглушённые боевые кличи и крики умирающих.

Учитель! Если он жив, сражается сейчас там!

Цзиньюань перепрыгнул через разбитую телегу, которой пытались загородить вход, и устремился во внутренний двор, огибая тела. Учителя не было, лишь младшие ученики, ещё совсем дети, лежали на камнях как сломанные куклы.

Им бы спрятаться и переждать… Но, видно, они были такими же гордыми, как их старшие братья.

– Господин! – Лай Бань подбежал к нему, утирая окровавленный лоб. – Я нашёл учителя. Но уже слишком поздно…

Цзиньюань не стал переспрашивать и молча последовал за ним. Ему и не пришлось бы спрашивать дорогу: чем дальше он заходил, тем больше трупов выплывало из синего тумана.

Учитель до последнего защищал секретную комнату, сокровищницу школы. Он так и не выпустил меч из рук, его белые одежды задубели от чёрной демонской крови, седые брови даже в смерти грозно сошлись на переносице.

Цзиньюань встал рядом с ним на колени и бережно коснулся холодных век.

– Учитель… – прошептал он, зная, что никто его не услышит.

В свои неполные двадцать Цзиньюань водил армию в бой. Он видел смерть, жестокость и варварство. Страдал от жары и холода, мучился от голода и жажды. Знал острую боль свежих ран и тягучую – ран застарелых.

Но лишь теперь понял, что детство кончилось навсегда.

– Учитель…

Он даже не попытался сдержать слёз.

Так не должно быть. Никого не было сильнее школы Северного Ветра, одной из священных школ. Как же вышло…

«Плачь сколько хочешь, но не останавливайся, – как наяву услышал он голос учителя, знакомые с детства слова. – Плачь, но сражайся. Плачь, но помни о главном, и северный ветер высушит твои слёзы».

Помнить о главном…

Потайная дверь в сокровищницу была приоткрыта. Он распахнул её, молясь, чтобы увидеть нефритовую флейту учителя… Но, разумеется, её там не оказалось.

Эти твари забрали её. Осквернили священный нефрит!

Слёзы высохли. Цзиньюань почувствовал, как закипает в нём гнев.

После смерти матушки ничего не утешало его так, как мелодии этой флейты. Как бы ни любили его отец и матушка-императрица, у них вечно находились дела важнее, лишь учитель всегда был с ним: играл перед сном, и в его руках флейта то чирикала, как воробей, то пела, как прекрасная девушка, то разливалась трелями, споря с соловьём в саду, пока тот не умолкал, посрамлённый.

«Цзиньюань, хоть эта флейта – священная реликвия, способная восстанавливать и искажать ци, но если она не может никого порадовать простой песенкой, то в ней нет проку!»

– Они уходят! Господин! – крикнули снаружи.

– Тогда в погоню! – приказал Цзиньюань.

– Но, господин… – начал Лай Бань и осёкся. Демон спрыгнул с потолка и едва не рассёк его пополам. – Ах ты, тварь!

– Нравится наш праздник? Потанцуй-ка со мной! – крикнул демон, расхохотавшись. Он тяжело дышал, но с новыми силами бросился в атаку.

– Я не танцую с отродьями зла! – ответил Цзиньюань и, перехватив меч, рукоятью ударил демона в горло, затем в точки на теле, останавливающие поток ци.

Демон рухнул, как соломенное чучело, но глаза – точно человеческие – горели ненавистью.

Цзиньюань приставил клинок к его горлу.

– Тебе повезло, тварь. Ты наконец сможешь сделать хоть одно доброе дело, которое тебе зачтётся. Покажешь нам логово своих сородичей!

– Мечтай…

Послышался хруст. Демон вдруг выгнулся, захрипел, и кровь хлынула из-под маски.

– Он откусил себе язык! – Лай Бань поморщился. – До чего бесстыжий урод!

Цзиньюань, не слушая его, опустился на колени и бережно снял с умирающего маску.

Демон действительно оказался человеком – молодым мужчиной с клеймом на лице. Он ещё вздрагивал, испуская дух, но его глаза уже ничего не видели.

– Нет… – Цзиньюань опустил его веки и поднялся. – Это поступок преданного слуги, и, как бы я ни ненавидел демонов, верность всегда заслуживает уважения. Так говорил мой учитель. Оставь нескольких людей хоронить убитых, с остальными отправимся в погоню.

– Зачем, ваше высочество? Мы спугнули их, разве этого недостаточно?

– Ты не понимаешь. Они нападают на школы, обладающие ценными знаниями или редким оружием. Мы не можем допустить, чтобы техники и флейта Северного Ветра попали к Агатовому владыке! В погоню!

Лай Бань лишь покачал головой. Он по опыту знал, что, если Третьему принцу что-то взбредёт в голову, этого уже не выбьешь.

Оставалось лишь подчиниться.

Цзиньюань прислонился спиной к бугристым камням, тяжело дыша, пережимая запястье, чтобы кровь не струилась так быстро и сильно.

Камни молчали. Значит, никто не уцелел под завалом.

– Господин… – Лай Бань потерял где-то шлем, его волосы в беспорядке свисали на лицо, как у безумца. – Господин… мы должны вернуться…

Цзиньюань усмехнулся.

– Вернуться?.. Нет… Коридор завалило… Это знак, что мы должны выполнить наш долг и не оглядываться назад.

Он оторвал лоскут от рукава и протянул Лай Баню, чтобы занялся чем-то полезным вместо того, чтобы трусить. Лай Бань тут же умело наложил повязку. Он рос вместе со своим молодым господином и с детства привык немедленно обрабатывать его ссадины и царапины.

Они даже родились в один день двадцать лет назад. Неужели и погибнуть им придётся в один день?

Преследуя демонов, Цзиньюань не думал, что Агатовая гора – не просто крепость, а целый лабиринт запутанных коридоров, таких древних, словно Шэнь-нун пропахал их