О крови и проклятиях - Кортни Уимс

— Неужели ты настолько недалёк, что требуешь моего внимания? Брат, оглянись вокруг. — Я указываю на комнату обеими руками, хотя этот жест едва ли способен передать всю тяжесть, лежащую на моих плечах. — Я — королева. На мне лежит бесчисленное множество обязанностей, и каждая требует моего внимания!

— Ты — тётя, Элара! — рявкает он.

Я вздрагиваю, дыхание перехватывает в горле, прежде чем я подозрительно щурюсь: — Ты ведь не серьёзно.

Он продолжает: — Она родилась в прошлом году. Причина, по которой я год за годом с таким отчаянием рвался в Бруквейл, заключалась в том, что «другом», которого я якобы навещал, была Эйвис. Моя жена. Я люблю её с первой секунды, как только увидел. Уже пять чертовых лет.

Я прижимаю ладонь ко рту и пячусь назад, пока не упираюсь бедрами в стол. Пять лет… целых пять лет он был с этой женщиной? А я всё это время наивно полагала, будто он уезжает напиваться с близким приятелем. Или шляться по борделям. — И почему же ты не рассказал мне обо всём ещё тогда?

— Потому что знал: ты не благословишь наш брак.

— Какого же ты дурного мнения обо мне, брат, — глухо цежу я. — Пусть это и поставило меня в самое шаткое политическое положение, я всё же благословила ваш союз.

— А теперь пытаешься его разрушить.

Тяжёлое дыхание заполняет повисшую между нами тишину, пока мы испепеляем друг друга взглядами. Я тоскую по былым, простым временам — до того, как политика разорвала нас на части.

Сердцебиение замедляет свой бег, и я шепчу: — Девочка… где она сейчас?

— С тех пор как ты дала согласие на наш брак, они с Эйвис переехали сюда, поселились прямо за стенами дворца. — Гнев в его лице угасает, челюсть слегка расслабляется. — Ты… ты можешь познакомиться с ней. Если захочешь. Она давно просила о встрече с тобой, но я ждал подходящего момента.

Я качаю головой, роняя лицо в ладони и растирая виски, сосредотачиваясь на спасительной темноте за сомкнутыми веками.

Это меняет абсолютно всё.

Секунды или целые эпохи проходят, пока мои глаза закрыты, а когда я открываю их вновь — я уже в огромной библиотеке, где колонны из полированного мрамора подпирают полку за полкой с разноцветными книгами, уходящими вдоль стен. В той самой библиотеке, где мы с Коулом и Мардж были совсем недавно.

Я перелистываю страницу лежащего на коленях фолианта, вчитываясь в очередные строки, как вдруг меня захлёстывает ревущая волна неистовой ярости. Дёрнув головой в сторону и зажмурившись, я отчаянно пытаюсь совладать с накатившим бешеным гневом.

— Вью? — зову я вслух.

Он рычит в ответ; раскалённый добела гнев рикошетом бьёт в черепную коробку, заставляя меня рухнуть на колени и зажать уши руками, будто это способно заглушить звук. — Вью, что происходит?

Он не отвечает.

— Королева Элара? — в панике зовёт Эмероуз.

— Где… где Вью? — хриплю я.

— Когда я видела его в последний раз, он был в инкубаторах, моя королева.

— Отведи меня к нему. Немедленно.

Мы бежим сломя голову к инкубаторам, пока в моей голове кружится отзвук ярости Вью. Он отродясь не отличался дурным нравом, но в последнее время что-то изменилось. Он стал ревностно защищать свои владения и сделался раздражительным… остаётся лишь надеяться, что моё собственное состояние не передаётся ему через связь.

Но едва мы с Эмероуз вбегаем в Сад каменных богов, за которым открываются инкубаторы, я вижу своего брата. Одной доли секунды, пока наши взгляды встречаются, оказывается довольно, чтобы разорвать моё сердце в клочья: первобытная, нечеловеческая мука искажает черты его лица до полной неузнаваемости.

На руках он держит обмякшее, обугленное тельце маленькой девочки.

— Если ты хоть когда-нибудь любила меня, — Аарик то ли хрипло рычит, то ли рыдает навзрыд, — ты добьёшься для неё правосудия! Ты почтишь её жизнь, оборванную твоим диким чудовищем!

Моя племянница погибла страшной смертью — попала под перекрёстный драконий огонь между Вью и драконом командующего прямо в инкубаторах.

Несчастный случай. Трагедия, разрывающая душу на части.

Аарик всего на пару минут упустил её из виду, прежде чем она убрела из Сада каменных богов в инкубаторы. Он не успел добежать вовремя, а когда настиг её, малышка была уже мертва.

Упущенная возможность познакомиться с ней до случившегося преследует каждый мой вздох наяву и каждый ночной кошмар во сне. Всё рушится прямо в моих руках, рассыпаясь прахом, и я проклята богами, потому что ничего не могу с этим поделать.

Слёзы подступают к глазам, а горло перехватывает удушливой болью. Но все присутствующие в зале неотрывно смотрят на меня, и я заставляю себя проглотить всё, что рвётся наружу, загоняя горе обратно в ящик, который смогу открыть только в одиночестве. Вдали от зевак, жаждущих увидеть мою слабость, алчущих новых поводов заявить, что я недостойна трона. Свергнуть меня.

Мне нужен мир.

Мне нужен порядок.

Мне нужна твёрдая почва под ногами.

— Элара! — снова ревёт Аарик, требуя ответа. — Жизнь за жизнь! Твоего дракона за мою дочь!

Он бросается на тебя, потому что терзается горем, — гулко рокочет Вью. — Я не хотел причинить вреда дитяти, клянусь тебе. Знай я, что она в инкубаторах, я защитил бы её.

«Я знаю, Вью», — с безмерной тоской шепчу я по нашей ментальной связи. Малышка просто оказалась на линии огня.

Я не могу открыть Аарику, почему мне не под силу казнить Вью. Лишь связанные с драконами знают, насколько неразрывно сплетены души наездника и его зверя. Признать это — значит выставить нас уязвимыми на всеобщее обозрение. Никому не следует знать, что наши жизни скованы воедино.

Поэтому я лишь шепчу: — Это была нелепая случайность, Аарик…

Эйвис — его жена — стоит подле него, намертво вцепившись пальцами в его локоть. Она резко разворачивается к собравшимся вдоль стен людям; её глаза безумны и блестят от слёз: — Как вы все можете стоять здесь и твердить, что справедливость не должна восторжествовать?! Ей не было даже двух лет!

Толпа замирает. Оцепенев от страха, ужаса и растерянности.

Эйвис переводит на меня убийственный взгляд и тычет дрожащим пальцем: — Ты чудовище! Ты сделала это нарочно!

Аарик поворачивается к ней, гладит её по плечу и шепчет что-то неразборчивое, качая головой.

— Ты прекрасно это знаешь! — вопит Эйвис, стряхивая руку Аарика и бросаясь вперёд.

Несколько моих гвардейцев мгновенно вскидывают клинки, без слов предупреждая её замереть. Аарик