Дракон попал в силки невесты - Светлана Калинникова
Синяки ещё не сошли с его лица, но, по крайней мере, уже давали надежду на выздоровление. Кто сказал, что подбитый глаз — не болезнь? Хуже может быть только температура 37,2. Это граф знал точно, вырвавшись месяц назад из лап ужасной простуды.
«Граф Дэниал Гордерс — совсем не тот, за кого себя выдаёт», — вспомнилось ему. Хорошо, что ведьма это сказала, потому мысли дракона потеряли чёткость. Увы, так иногда происходит, когда перед тобой красивая молодая женщина, и такая мягонькая… В наличии корсета он, кстати, сомневался. Если так, то у неё восхитительные формы! Но как только он вспомнил о мерзкой статейке, то тут же подумал о ядовитом характере Лидии Реймс.
Дэниал как раз в этот момент перешёл к кофе и превосходным гренкам, посыпанным ореховыми крошками, когда в столовую зашёл зять. Дверь столовой резко распахнулась, и он ворвался как ужаленный. Слуга тут же направился к столику, где стояли столовые приборы на подносе, чтобы предложить их неожиданному гостю.
— Это просто превосходно, что ты дома! — Витор был явно не в себе. В девять часов, где должен быть уважающий себя дракон? Светское утро начинается не ранее одиннадцати часов.
Но Витор выхватил у него чашку и прихлебнул из неё. Ситуация была пугающей. Но Дэниал не желал перехватывать инициативу. Пусть гость всё-таки начнёт разговор.
Он просто дал знак слуге поменять ему чашку. А зять как ни в чём ни бывало сделал несколько глотков, поморщился и вылил остатки в кадушку с фикусом.
— Этого делать не стоило, — заметил Дэниал. — Он плохо переносит кофе, гораздо хуже, чем коньяк.
Слуга в этот момент печально покачал головой.
— Дело деликатное и не терпит отлагательств, — поставив чашку на поднос, сказал Витор. — Я хотел бы поговорить наедине.
Как только слуга удалился, драконы начали разговор.
— Витор, что-то с Элис или Анной? — проговорил Дэниал, потому что ничего ужаснее и представить не мог: ведьма и ворона с красным пером — исключение.
— Да, — услышал он ответ зятя и похолодел. «Сестра или малышка Элис?», — подумал дракон.
— Ты можешь сказать что-то более подробное и внятное?
— Она мне изменяет! — Витор торопливо ходил по столовой.
У Дэниала никогда не было иллюзий в отношении брака. Клятвы верности — всего лишь дань традиции. Доказательств тому — уйма. Далеко ходить не надо. Он тоже любил замужних дам: опытных и умеющих держать язык за зубами, давно получивших вожделенное обручальное кольцо. Но Анна? Анна? Его сестра?
— С чего ты взял?
— Последние два месяца она регулярно куда-то уходит. И не спорь! Это не их дурацкие благотворительные общества, не кружки рукоделия и дурацкие собрания по обсуждению особенностей драконьих семей. Она загадочно улыбается, иногда отвечает невпопад. Стала более раскрепощенной… ну ты понимаешь… Каждый четверг она отправляется в семнадцать часов на встречу с подругами. Каждый раз она называет разных подруг и разные места их встреч. И ни разу я там их не застал.
— Может, не стоит придавать этому значения? Ты же знаешь, что драконицы, как и любые женщины, ценят стабильность. Чаепития в одни и те же дни, в определённое время — это так по-женски, — начал рассуждать Дэниал. Всё-таки его сестра…
— Она надевает другое белье!
Граф Гордерс закашлялся. Есть вещи, которые он не хотел бы обсуждать, если они касаются его сестры. Но на лице зятя появилось несчастное выражение, и стало понятно, что избежать кое-каких нюансов не удастся.
— Не понял, — выдавил из себя Дэниал.
— Не панталоны! — признался Витор и закрыл глаза, упав в кресло.
Дэниал шумно вдохнул воздух. Это не в духе благопристойных замужних дракониц. Какого чёрта?
А через полчаса, прощаясь с зятем, он договорился о том, что Витор в половине четвёртого дня заедет за ним в наёмном экипаже, чтобы проследить за графиней Анной Бальтор. Поздней осенью к этому времени уж темнеет, что им на руку.
Было оговорено действовать осторожно и решительно. Целью этого странного мероприятия Витор ставил поймать коварную изменницу на месте преступления против супружеской верности, а Дэниал — убедить зятя в давно замеченной у него склонности к глупым затеям. В сестре он не сомневался. Почти.
В пятнадцать часов Витор как можно спокойнее сообщил супруге, что у него образовались срочные дела. Ровно в пятнадцать тридцать, как и было условлено, на наёмном экипаже за ним приехал Дэниал. Они остановились чуть поодаль от дома семьи Бальтор. В половине четвёртого дня из дома вышла Анна, которую ожидал их семейный экипаж.
Ни Дэниалу, ни Витору не хотелось разговаривать. Мысли о женщине, за которой они следили, у Дэниала постоянно нарушались воспоминаниями о брюнетке, угрожавшей рассказать всем о том, кем он является на самом деле. «Чёртова ведьма!» — вспыхнул он, и тут же от гнева изо рта повалил дым. Зять покосился на него, но только печально вздохнул.
Карета остановилась неподалёку от центра города. Анна, не дожидаясь помощи кучера, выпорхнула на улицу и подошла к большой кованой двери в высоком доме с арочными окнами. Дэниал посмотрел из окошка, и перед глазами замельтешили вывески: «Белошвейка Элиза», «Перчатки и сумочки», «Чулочек и туфелька», «Дамские штучки» и прочие «дрючки». Типичный район для утоления женских аппетитов и опустошения мужских кошельков.
Дэниал укоризненно посмотрел на графа Бальтора. Ради этого стоило тащиться в эти джунгли женского тщеславия?
— Предлагаю подождать ещё пятнадцать минут и выйти, чтобы заглянуть в окна, — сказал зять. — Все магазины уже закрыты, ведь благопристойные дамы уже приобрели всё необходимое и проводят время дома с детьми и в ожидании мужей. Только не леди Бальтор!
— Хватит уже ныть! — пробурчал Дэниал. — Ждём, убеждаемся в нелепости твоих фантазий и едем ко мне принять пару рюмок успокоительного. И потом, как ты собираешься выследить её, если они сейчас на втором этаже, а не на первом? Ну а дверь нам с тобой вряд ли откроют, верно?
Молчание и громкое драконье сопение были ему ответом.
Пятнадцать минут зять выжидал нетерпеливо. Он первым выскочил из кареты.
На улице