О крови и проклятиях - Кортни Уимс

Я сопротивляюсь разрывающей кожу боли, преодолевая его хватку, чтобы с вызовом взглянуть ему прямо в лицо; губы дрожат, зубы сжаты от жгучих мучений. Всё поле зрения заполняют его пылающие лесные глаза, выворачивающие наружу каждый затаённый страх в моём теле. Кипящий яростью, живой кошмар.

Осознав правдивость моих слов и решив не усугублять положение, он отталкивается и слезает с меня. Давление цепи на горло и адская боль в волосах исчезают в одно мгновение.

Он подбирает с пола ночную сорочку и швыряет мне в лицо:

— Натяни свои проклятые шмотки и живо тащи свою задницу в постель, пока я не передумал.

— Выкинешь ещё один такой фокус… — Я поднимаюсь на ноги, прочищая саднившее горло. — …и я лично всажу тебе клинок в грудь.

Но по крайней мере теперь я знаю наверняка: Дэриан не собирается меня убивать. Или, во всяком случае, у него есть веские причины этого не делать. Причины, которые перевешивают любые чувства, что он ко мне испытывает. Мне остаётся лишь выяснить, в чём именно они заключаются, и обратить их в своё оружие.

Я сломаю его.

Я выведаю все тайны короля Аарика и уничтожу его.

Даже если это станет последним, что я совершу в этой жизни.

ГЛАВА 20. ДОЖДЬ

Я просыпаюсь под стук дождевых капель по крыше; этот звук приносит с собой умиротворение, несмотря на позвякивание цепей Дэриана. Зевнув, я сажусь на постели и потягиваюсь, поднимая руки над головой.

— Прелестно. Ты всегда так выглядишь по утрам? — подначивает Дэриан.

Я ещё даже с кровати не встала, а он уже за своё. Смутившись, я приглаживаю ладонью волосы и заплетаю их в косу. Одеваюсь, закрепляю ножны с мечом и кинжалами на поясе, после чего перевожу взгляд на него:

— Я вернусь позже.

— Ты ведь не собираешься на полном серьёзе бросить меня здесь?

— Подумала, ты захочешь переждать дождь в тепле.

— Какая забота. Впрочем, я не против промокнуть, — он намеренно растягивает последнее слово.

Я замираю. Если оставить его здесь без присмотра, побега я не боюсь. Но это открывает возможность для кого-то другого проникнуть в комнату и увести его. Или убить. Правда заключается в том, что мне нужно либо самой держать его на виду, либо поручить это кому-то, кому я доверяю.

— Ладно. — Я снимаю длинную цепь с металлического кольца в стене и вывожу его из комнаты, словно на поводке.

Весь Мидкип залит серыми и синими оттенками, дождевые капли с плеском разбиваются о брусчатку. Дождь мгновенно пропитывает насквозь нашу одежду и волосы. Щурясь от струй воды, мы переходим на быстрый шаг и петляем по улицам, направляясь к общему залу. Мы вбегаем внутрь; помещение встречает нас теплом свечей и треском огня в огромном очаге. Длинные столы, уставленные едой и кувшинами, тянутся перед нами, и зал наполнен глухим гулом голосов. Разговоры стихают, стоит всем повернуться в нашу сторону. Я замечаю Арчи, сидящего рядом с Мелайной, Гэвином, Ноланом и Мардж. Но Коула нет.

Вода стекает со лба по щекам и шее; я смахиваю капли, застилающие глаза.

— Доброе утро, — гулко произносит Сетан, поднимаясь со своего места у очага. — Проходи. Садись. Нам нужно кое-что обсудить. — Он бросает взгляд на стражников у стены.

Те тут же подходят и забирают у меня цепи Дэриана, уводя его к столу к остальным артерианцам. Я сбрасываю плащ и бросаю последний взгляд на Дэриана, которого передают Мелайне.

— С ним всё будет в порядке. Садись, — приказывает Сетан.

Я опускаюсь на скамью рядом с Сетаном, и передо мной тут же ставят тарелку с едой. Жар очага за спиной уже начинает согревать мою влажную одежду.

Сетан с любопытством смотрит на меня:

— Мы планировали выступить сегодня, но, судя по дождю, разумнее переждать, пока буря не утихнет. А пока мы готовим лошадей для тех, у кого нет драконов.

Я закашливаюсь, едва не выплюнув воду:

— Лошадей? А драконы не будут… не знаю, испытывать искушение их сожрать?

— Дикие драконы — возможно. Ты сомневаешься в выдержке собственной драконицы? Пожалуй, над этим тебе стоит поработать.

— Она прекрасно умеет держать себя в руках, спасибо большое.

Он пожимает плечами:

— Она очень молода — технически всё ещё детёныш. Кроме того, нашим драконам не приходится беспокоиться о пропитании. Здесь, в Землях драконов, разведение кормового скота для них давно стало частью уклада.

— Звучит как прибыльное дело, — замечаю я, отправляя в рот кусочек сыра.

— Чем старше становится дракон, тем реже ему нужно есть. Так что не особо. А’нала ест примерно раз в несколько месяцев.

Если задуматься, когда Дэйша ела в последний раз?

Несколько минут назад.

Мне определённо нужно научиться контролировать моменты, когда я делюсь с ней мыслями.

— И что именно ты съела?

Тебя это не касается, — отзывается она глухим рыком.

— Над этим тебе тоже стоит поработать, — встревает Сетан.

— Над чем именно?

— Слишком уж заметно, когда ты с ней говоришь. Учись скрывать эмоции на лице, иначе любой поймёт, что ты ведешь мысленный диалог. Особенно если мы когда-нибудь столкнемся с мятежниками или артерианцами.

Что ж, запишу это в список вещей, в которых мне нужно практиковаться.

— Есть кое-что ещё, что я хотел тебе показать… — Сетан поднимается, протягивая руку, чтобы помочь мне встать. — Иди за мной.

Проигнорировав его жест, я поднимаюсь сама, и он выводит меня из общего зала обратно под дождь, к другому зданию в паре кварталов отсюда. Распахнув передо мной дверь, он пропускает меня внутрь. Спустя пару секунд мои глаза привыкают к тусклому, пасмурному свету, пробивающемуся сквозь окна. Ровными, аккуратными рядами помещение заполняют ящики и груды вещей.

— Склад, — отвечает Сетан прежде, чем я успеваю спросить, и направляется в дальний угол.

Я иду следом, разглядывая сложенное вокруг добро: чёрную кожаную броню, мечи, кинжалы, булавы и топоры. Ящики с чем-то похожим на сушёные фрукты. Стопки сложенных одеял и подушек.

— Сюда, — зовёт Сетан, проводя рукой по угольно-чёрному предмету, лежащему на столе у дальней стены. Подойдя ближе, я различаю изгибы, ремни и пару рожков в верхней части. Два ремня свисают вниз, заканчиваясь петлями. Седло? Я касаюсь одного из рожков: кожа потертая и потрескавшаяся от времени, но всё ещё гладкая.

Сетан негромко произносит:

— Коул попросил для тебя седло, но не говори ему, что я тебе рассказал. Он просил не упоминать его имя.

Я вскидываю на него взгляд. Коул?

Сетан снова переводит внимание на седло:

— Забавно, но мы хранили его годами. Я так и не понял, почему старейшины настояли на том, чтобы его