Пустой II. Книга 6 - Артемий Скабер

Седьмой. Шестой. Пятый.

Воронка попыталась втянуть все девять потоков сразу. Раздулась, потяжелела. Впервые её вращение не ускорилось, а стало замедляться, будто она захлебнулась проглоченным.

Четвёртый. Третий. Второй.

Последний штырь погас, и Ключ под ладонями стал мёртвым. Просто камень, тёмный и тусклый, с бороздками на гранях. Линия в желобке исчезла совсем.

Воронка сделала ещё несколько медленных оборотов и осела. Чёрные нити на руках начали бледнеть. От локтей к пальцам, будто кто-то стирал их мокрой тряпкой. Я смотрел на них и не мог отвести глаз. А потом силы кончились совсем, и я упал набок, прямо на площадку, рядом с Ключом и с тем, что лежало в серой рубахе.

Небо над двором было белым от солнца.

Очнулся я, когда тень уже вернулась во двор, только теперь она лежала с другой стороны, от западной стены, и дотянулась почти до края площадки. Солнце давно перевалило за середину.

Первым делом я поднёс к лицу руки. Кожа как кожа и ни одной чёрной нити. Царапины от её ногтей на запястьях, покрытые засохшей кровью. Я повернулся к Ключу и заглянул в тусклую грань. Отражение было мутным, почти ничего не разглядеть, но глаза в нём были мои.

Рёбра слева? Я осторожно вдохнул и ждал боли. Она пришла, но тупая, далёкая, будто рёбра не сломали, а просто крепко ушибли. Срослись. Сила, которой меня накачало, пошла и туда, и тело само решило, что чинить первым.

Заглянул внутрь себя. Росток был другим. Не таким, как утром, когда Мейна положила ладонь мне на грудь и назвала седьмую. Он стал больше и был полон до краёв, так, что, казалось, дунь на него, и перельётся. И он упирался во что-то… сверху, над последним слоем, будто в потолок и дальше не шёл. Сила, которой было слишком много, давила на этот потолок, не могла пройти и стекала обратно, вниз, под Источник в Воронку.

Какая это ступень, я не знал. Некому было положить мне ладонь на грудь и сосчитать. Седьмая осталась где-то далеко внизу, это я чувствовал точно. Восьмая? Девятая? Дальше?

В глубине, было что-то вроде тихого, едва заметного тянущего чувства. Как голод, только не в животе, а в Ростке. Три раза он просыпался сам, но в четвёртый раз его разбудил я. Швырнул в него всё, что копил и тут же, как только кончилась Мейна, голод и Воронка развернулись ко мне.

Если бы не Ключ… Если бы Мейна не успела вставить девятый, если бы я кинулся на неё на пятом, на шестом, когда в кубе ещё было мало… Воронка выпила бы меня до дна. Я лежал бы сейчас рядом с Мейной в том же виде. Два высушенных тела на круглой площадке, и никто бы никогда не узнал, что здесь было.

Мне повезло, что рядом был Ключ, и то что Мейна набила его до краёв. А что будет в следующий раз? От этой мысли стало холодно, несмотря на солнце.

Кажется… я понял. Первый раз, когда Пустота выпила ядро зверя, она не съела моё Зерно, потому что я запихнул в себя много собелии, что в итоге меня и отравила. Если бы её тогда не было… я бы умер.

Страх — вот что я сейчас испытывал. Во мне была непонятная сила, которую я толком не контролировал. С ней я смог убить даже ослабленную Сердцевину, но цена у этого каждый раз… мой источник. Тряхнул головой, чтобы отвлечься и перевёл взгляд на серую рубаху.

От Мейны осталось немного. Рот раскрыт, будто она хотела сказать что-то ещё. Девушка, которая сегодня утром перебирала мои волосы и спрашивала, откуда у меня такие злые глаза.

Внутри было много всего сразу. Мерзко от того, что я чувствовал, когда воронка пила её. От того, что её сила легла в меня мягко, как своя. Но было и другое — облегчение. Тварь, что убила Бренну… мертва. Она испытала, то же, что и Бренна перед смертью. О лучше и мечтать нельзя.

В голове снова прозвучали её слова. Метка, пилюли, Росток… выходило, что я иду по их пути, сам того не зная. Но кто меня спрашивал? Вирг не стал, когда вдавливал в меня метку перед смертью. Я тогда был Зерном и даже не догадывался, что это такое. Пилюля в каменной нише, чтобы не умереть и ещё одна в лечебной… Что было бы, не проглоти я её? Гирт на дуэлях ломал Листьев одного за другим. Меня бы выкинули из школы вместе с сухими. А за стенами школы ждали Скалец со своими людьми и Сейна, которая обещала мне месть. Я бы не прожил ни месяца. Выбора там не было. Был один выход, и тот грязный, и я в него шагнул, потому что остальные двери вели в могилу.

Не я выбирал эту тропу. Меня на неё поставили и подтолкнули в спину, а то, что я по ней выжил… это уже моё.

Встал я не сразу. Сначала сел, опираясь на руку, подождал, пока двор перестанет качаться. Поднялся на ноги и понял насколько лёгкое у меня тело, будто кто-то снял с плеч мешок, который я таскал столько, что уже перестал замечать. Стоило сделать один шаг, потом другой, как стало ясно: земля под ногами ощущалась совсем иначе, чётко, до каждого мелкого камешка сквозь подошву.

Первым делом я присел над тем, что осталось от Мейны.

Мешочек за пазухой... Я развязал ворот рубахи, стараясь не касаться того, что под ней, и вытащил его. Развязывать не стал, не хотел снова увидеть Её... Просто сжал мешочек в кулаке и сидел так, пока пальцы окончательно не заныли. Проглотить то что осталось от Бренны... даже думать об этом не могу, да и выбросить тоже. Оставить здесь, в Руинах, рядом с тварью, которая её убила? Нет! Бренна должна вернуться, хотя бы вот так. Куда и к кому, я не знал. Потом решу.

Мешочек ушёл в Схрон, после чего я принялся осматривать сумку сектантки. Внутри нашлась тряпица, которой она выметала желобок, и наполовину полная фляга с водой. Я отхлебнул из неё рефлекторно и только потом сообразил, что пью из её фляги. Допил. Узелок с сухарями и под ними лежало тёмное железное кольцо с зубцами, направленными внутрь. Такое же я когда-то забрал у Лаэрса. Этим Мейна поглотила Источники из Бренны и Лиары. Брать его не хотелось, но оставлять здесь