Возрождение Изабель - Мария Ясная

Глава 91. Воровка

За несколько дней до Весеннего бала все известные магазины одежды и ювелирных изделий столицы становились чрезвычайно оживлёнными, а лавки парфюмеров — ещё более. Рано утром в день бала молодые дворяне столицы собирались в тавернах, чтобы обсудить, кто примет участие в состязаниях.

Ранним утром Изабель разбудили Беатрис и Лиана. Они вдвоём занялись выбором одежды и украшений, которые девушка наденет в этот день. Люси, огорчённая тем, что не сможет пойти с ними, обиженно заговорила:

— Какая жалость, что я не смогу увидеть такое замечательное зрелище. Интересно, сколько молодых людей будут очарованы нашей госпожой.

Лиана услышала жалобные нотки в её голосе и со смехом отругала Люси:

— Что за чушь ты несёшь? Наша госпожа ещё слишком юна. Хочешь занять моё место? А я останусь присматривать за домом?

— Как я могу? — Люси надулась. — Я не та, кто отвечает за госпожу. К тому же, за новыми служанками нужно глядеть в оба.

— Не пугай этих милых маленьких леди, — поддразнила её Беатрис.

— Они все просто служанки, что значит «милые»? — сказала Люси с презрением в глазах. — Более того, все они черны сердцем. Сегодня я заметила, что та девушка, Шарлотта, несколько раз искала что-то во внутренней комнате. После того как она ушла, я проверила, и знаете, что я обнаружила? Что Шарлотта украла платок, принадлежащий госпоже!

— Что? — в процессе расчёсывания волос Изабель Лиана не смогла удержаться от удивлённого возгласа. Она немедленно прекратила то, что делала. — Почему ты не остановила её?

Взгляд Изабель слегка дрогнул, и она посмотрела на Люси.

Люси заговорила:

— Госпожа велела нам внимательно следить за этими новыми служанками, особенно за Шарлоттой. Там, где необходимо, мы должны действовать по своему усмотрению. Взять платок — дело немалое. Если платок попадёт в чьи-то руки, это может разрушить репутацию госпожи. Госпожа в это время спала, поэтому я действовала по собственной инициативе.

Изабель пристально посмотрела на неё:

— Что ты сделала?

В глазах Люси появился блеск удовлетворения.

— Когда она вышла, я воспользовалась случаем и заменила платок госпожи, который Шарлотта спрятала под подушкой, на платок госпожи Сесилии.

Беатрис была ошеломлена:

— Как ты это могла провернуть?

Люси гордо подняла голову:

— Если она действительно захочет навредить госпоже, нам не о чем беспокоиться. Той, кто пострадает, будет госпожа Сесилия. Это возмездие.

Изабель слегка улыбнулась.

— Ты очень хорошо справилась, — сказала она и посмотрела на Люси новыми глазами. Вначале Изабель была благодарна, когда эта служанка осмелилась защитить её имя, когда она жила в деревенском поместье. Позже она увидела, что Люси сможет помочь ей во многих отношениях. Сегодня она показала и свой быстрый ум, и решительность в общении с Шарлоттой, а также умение очень чётко чувствовать злое намерение.

Лиана глубоко вздохнула.

— Ни у кого из главного дома нет доброго сердца. Люси, кажется, мы недооценили тебя. То, что ты можешь так отплатить за ненависть к нам, вызывает восторг.

— Но как тебе удалось раздобыть платок госпожи Сесилии? — спросила Беатрис.

— Несколько дней назад, когда я шла через сад, я собственными глазами видела, как госпожа Сесилия выронила свой платок. Изначально я думала вернуть его ей, когда у меня будет свободное время. Кто знал, что он пригодится сегодня.

Лиана фыркнула, а Беатрис засмеялась. Увидев это, Люси тоже присоединилась.

На лице Изабель была улыбка, но внутри она прокручивала эту ситуацию.

Сильвия действительно хотела очернить её имя, и даже методы, которые она использовала, были точно такими же, как в прошлой жизни Изабель.

Видимо в этой жизни Сильвия решила осуществить свой план на Весеннем балу раньше. Каким будет лицо Сильвии, когда она поймёт, что жертвой её интриг окажется не Изабель?

Глава 92. План

В главном доме Сесилия сидела за столом, осторожно попивая травяной чай. Её осанка была величественной и грациозной, а улыбка на лице излучала чистоту и невинность, как у изысканной феи.

Сильвия с удовлетворением посмотрела на свою дочь, свою плоть и кровь.

— Очень скоро ты станешь молодой леди, которая станет ещё более очаровательной и желанной. Кто знает, какой выдающийся молодой человек получит благословение жениться на нашей Сесилии.

Сесилия недовольно фыркнула.

— Матушка, что ты говоришь? Я ещё слишком молода, а сегодняшний бал — не повод смотреть на молодых дворян. Я упражнялась в игре на лютне целый месяц, и сегодня для меня настало время пожинать плоды моей тяжёлой работы.

— Ты так хорошо играешь. Даже если я поменяюсь с тобой местами, нет никакой гарантии, что я смогу показать твой уровень мастерства, — с гордостью в голосе Сильвия продолжила: — Когда придёт время, продекламируй стихотворение, которому я тебя научила. Наверняка никто не сможет сравниться с тобой.

Сесилия улыбнулась.

— Это замечательно, — сказала она и вдруг нахмурилась. — Это первое появление старшей сестры на балу с момента её возвращения в столицу, и её красота, безусловно, привлечёт внимание. — Несмотря на то, что она изо всех сил старалась скрыть свои эмоции, ревность Сесилии всё ещё была едва заметна. Сильвия заметила это и мрачно заявила:

— Ты не должна беспокоиться о ней. Учитывая то, как твой отец обращается с ней здесь, в доме Ричардов, она не сможет превзойти тебя. Поэтому сегодня тебе не нужно беспокоиться о том, что она украдёт у тебя внимание. Я уже обо всём договорилась.

— Договорилась? — Сесилия была на мгновение ошеломлена, прежде чем рассмеяться. — Я знала, что матушка любит меня больше всех.

Сильвия быстро коснулась её лба:

— Внешность Изабель великолепна. Я наблюдала за ней последние дни. Она не глупа. Если оставить всё как есть – это приведёт к катастрофе. Поэтому мы просто должны устранить её как можно раньше.

— Матушка хочет её убить? — спросила Сесилия.

— Какой смысл её убивать? Она только вернулась в столицу, так что мы не можем сделать ничего слишком очевидного. Однако после сегодняшнего вечера она не сможет вызывать больше сплетен в столице, даже если захочет, — в этот момент, если бы случайный прохожий увидел выражение лица Сильвии, когда она говорила эти слова, он несомненно был бы напуган безжалостностью, которая омрачила её обычно мягкое и дружелюбное лицо.

— Матушка, расскажи мне свой план, — сказала Сесилия, выпрямляясь. — Я всегда надеялась, что она опозорится. — Глаза этой юной леди, похожей на фею, сверкали ревностью.

Сильвия неодобрительно посмотрела на дочь.

— Я не против рассказать тебе о плане, но ты должна помнить, что после сегодняшнего дня все в столице будут осуждать её как лживого человека.

Затем Сильвия отослала всех слуг