Путешествие цветка. Книга 2 - Го Го
Все произошло очень быстро. Прежде чем девушка успела отреагировать, откуда-то издали прилетел человек и закрыл ее собой. Несмотря на защиту истинной ци, рыбьи кости все же частично вонзились в его тело. Из ран тут же потекла черная кровь.
– Наставник!
Хуа Цяньгу, обезумевшая от страха, торопливо подхватила мужчину в белых одеждах, который стоял перед ней, еле держась на ногах.
Лань Юйхуэй расхохоталась, вернув себе прежний облик.
– Как любопытно! Ты же прекрасно знала, что перед тобой фальшивый Бай Цзыхуа, и все равно тебе не хватило духу ударить меня!
– Наставник! Наставник!
Лицо лежавшего на земле мужчины становилось все бледнее. Хуа Цяньгу впопыхах зажала несколько точек на его теле, дрожащими руками достала пилюлю Возвращения духа и торопливо вложила ему в рот.
– Не трать время зря. Это не обычный яд, а очищенный Треножником Изначального Гадания. От него нет лекарства. Будь то демон или божество, никому не спастись. Даже сам Бай Цзыхуа с ним не справится.
Серебристое сияние вокруг мужчины постепенно ослабевало. Девушка понимала: Лань Юйхуэй не врет.
Русалка направила на Хуа Цяньгу трезубец морского божества.
– Вставай же, отомсти за своего наставника!
Девушка уже давно перестала обращать внимание на происходящее вокруг и ничего не слышала. Нагнувшись, она пыталась силой вытянуть яд из тела Бай Цзыхуа.
Лань Юйхуэй нахмурилась:
– С ума сошла? Я же сказала, что этот яд очищен Треножником Изначального Гадания. Ты не расслышала? Хочешь умереть вместе со своим наставником?
Губы Хуа Цяньгу дрожали, широко раскрытые глаза округлились. Она в оцепенении, словно безумная, уставилась на Бай Цзыхуа с таким выражением лица, что у Лань Юйхуэй мурашки побежали по коже.
«Это все я виновата! Моя вина! Это я навредила наставнику! Наставник, скорей, вставайте!»
Лань Юйхуэй покачала головой:
– Я лишь хотела убить Бай Цзыхуа, а ты… Ладно уж, тебе все равно не выжить. – Взмахнув трезубцем, она обрушилась на Хуа Цяньгу. Та, сосредоточенная на поглощении яда из тела наставника, не отскочила в сторону и не уклонилась. Раздался хлопок. Чей-то точный удар выбил трезубец из рук Лань Юйхуэй.
Человек в развевающихся на ветру белых одеждах, прорвав небосвод с северо-западной стороны, подлетел к ним. Оказалось, это тоже был Бай Цзыхуа.
– Сяо-Гу! – Увидев, что ученица держит в руках миниатюрный серебряный кувшин и что-то пьет из него, отплевываясь алой кровью, он взмахом рукава выбил сосуд из ее рук.
Этот мир иллюзий Лань Юйхуэй усовершенствовала с помощью Треножника Изначального Гадания. И пусть Бай Цзыхуа сердцем чувствовал ее местонахождение, он долгое время был не в силах найти вход и от волнения уже начал терять хладнокровие.
Выронив серебряный кувшин, Хуа Цяньгу подняла голову и в замешательстве уставилась на бессмертного. Откуда здесь еще один наставник?
Никогда еще девушка не смотрела на него столь безжизненным и полным отчаяния взглядом, от которого сердце охватывала щемящая боль. Бай Цзыхуа поддержал ученицу.
Хуа Цяньгу протянула руку и потрогала его лицо, потом хотела прикоснуться к лежащему у ее ног отравленному Бай Цзыхуа, но тот уже рассеялся, превратившись в множество сияющих точек.
– Нас… наставник… – пробормотала девушка, потом сплюнула черную кровь и рухнула в его объятия.
Цяньгу думала, что наставник умер, а она стала причиной его гибели!
Бай Цзыхуа задействовал ци, намереваясь вытянуть яд из тела ученицы.
Девушка покачала головой и с усилием вырвалась из его объятий.
– Нельзя, наставник! Это яд из Треножника Изначального Гадания! Вы не сможете его подавить!
Но разве Бай Цзыхуа заботило это? Ни слова не говоря, он схватил ученицу, зажал акупунктурную точку на ее теле, приложил палец к ее лбу и втянул весь яд в себя. Учитывая уровень совершенствования Хуа Цяньгу, небольшое промедление могло стоить ей жизни.
Лань Юйхуэй молча стояла в сторонке. Именно этого она и ждала.
Воспользовавшись тем, что Бай Цзыхуа отвлекся, русалка рассеяла иллюзию. Внезапно окружающее пространство стало расплываться и погружаться в первозданный хаос, словно стянутое клеем из муки. Ничего невозможно было разглядеть.
– Плохо дело! – вскричала Тан Бао, увидев, как все вокруг – деревья, звезды, цветы, птицы и озера – сделалось плоским, подобно сложенному листу бумаги, и стало затягиваться в огромный бронзовый треножник. – Косточка, держись! Я пойду за подкреплением!
С этими словами Тан Бао, преодолев силу притяжения и вырвавшись из оков, обернулась лучом зеленого света, вылетела наружу, к льдам и снегу, и мгновенно исчезла из поля зрения.
А Бай Цзыхуа с ученицей на руках затянуло в Треножник Изначального Гадания.
Соблазнительно извиваясь на льду, Лань Юйхуэй взмахнула рыбьим хвостом.
– Бай Цзыхуа, пусть мое искусство иллюзии никак на тебя не влияет, зато против твоей ученицы работает. В прошлый раз, когда я преградила тебе путь, ты так спешил на гору Тайбай, что не только не убил меня, но еще и отпустил. В этом твоя самая большая ошибка. Я знаю, что никому во всем мире не справиться с тобой, бессмертным горы Чанлю. Но сейчас ты отравлен сильнодействующим ядом и заперт в Треножнике Изначального Гадания. Даже если мой яд не убьет тебя сразу, зато истинный огонь самадхи[17] сожжет заживо! Не верю, что не смогу обратить вас в пепел!
* * *
Хуа Цяньгу чувствовала, как все внутри нестерпимо болит от жара, а сам воздух вокруг тянет в разные стороны ее руки и ноги, будто вот-вот разорвет на части. Все вокруг расплывалось, словно в тумане. Лишь слепящие до боли в глазах красные знойные волны окатывали с ног до головы. Громадная сила сдавливала грудь, почти не позволяя дышать. Каждый цунь тела под мощным напором, казалось, разлетался на куски и измельчался в порошок.
– Наставник!
Хуа Цяньгу, сгорая от тревоги, на ощупь повсюду искала Бай Цзыхуа. С наставником ничего не случится! Ничего не случится! Это всего лишь иллюзия!
Внезапно свежий ветерок ударил в лицо облаком серебристого света. Девушка погрузилась в объятия теплых и знакомых рук.
– Наставник! – Цяньгу уже готова была расплакаться. С усилием приникнув к серебристому сиянию, она крепко обхватила наставника, не желая отпускать его даже под страхом смерти.
Лицо Бай Цзыхуа, по-прежнему не выражающее никаких чувств, было пугающе бледным. Циркулируя ци, он подавлял яд в своем теле и одновременно обнимал Хуа Цяньгу, чтобы защитить ее от воздействия Треножника Изначального Гадания.
Девушка понимала, что они, запертые в Треножнике, оказались в критическом положении. Теперь наставник еще и втянул в себя яд из ее тела. Если