Путешествие цветка. Книга 2 - Го Го

Лань Юйхуэй словно вспомнила о чем-то. В глазах ее вспыхнуло яркое пламя невыразимой, неисчерпаемой ненависти, как будто желавшее поглотить все вокруг.

Хуа Цяньгу в негодовании отвернулась, про себя размышляя, как бы забрать у нее Меч Сострадания к Жизни.

– Что? Не веришь? А знаешь что? Боюсь, в мире совершенствующихся куда больше казненных за преступления, чем убитых нечистью! Я знаю, о чем ты думаешь. Считаешь, что если вернешь все божественные артефакты на прежнее место, то сможешь вернуться и сделать вид, будто ничего не произошло. Но вот что я тебе скажу: это невозможно. Потому что Вэнь Фэнъюй уже мертв!

Лань Юйхуэй говорила девушке на ухо слово за словом, точно произнося заклятие и тем самым подталкивая ее к краю пропасти. От пробравшего до костей холода Хуа Цяньгу будто в ледышку превратилась.

– Так что никого не встревожить у тебя не выйдет – на горе Чанбай уже случился переполох. Вэнь Фэнъюй убит, Жемчужина Изменчивой Судьбы украдена. Очень скоро об этом доложат твоему наставнику. А потом весть о том, что Бай Цзыхуа потерял божественные артефакты, разлетится по всему миру совершенствующихся. Тогда жители трех миров, объединившись, будут преследовать тебя, в том числе и твой наставник! Думаешь, у тебя еще есть шанс вернуться назад?

– Ты… – Хуа Цяньгу смотрела на нее с такой злостью, что и слова не могла выговорить. Сердце словно раскололось на две части. – Это ты его убила?

– Я убила. И что с того? Догадалась, что ты пойдешь за Жемчужиной Изменчивой Судьбы. Хоть ты и применила к нему магию обмана зрения и технику захвата души, для меня все это лишь детские хитрости. Ты очень кстати мне путь проложила. Убить его оказалось проще простого. Мне следует поблагодарить тебя, что помогла отличиться. А то со своими слабыми навыками я бы ни за что не смогла одолеть главу школы Чанбай.

У девушки так закололо в сердце, что она чуть не согнулась от боли. Бледное, страдальческое, залитое слезами лицо Вэнь Фэнъюя возникло у нее перед глазами. Это она навредила ему!

Пылая яростью и борясь с упадком духа, Хуа Цяньгу выхватила меч и ринулась на Лань Юйхуэй, преисполненная скорбного негодования и душевных терзаний. Русалка с легкостью увернулась, продолжая непрестанно улыбаться ей в лицо.

– Присоединяйся к нам. Ся Цзысюнь ведь тоже сейчас живет неплохо. К тому же наш владыка вон как сильно любит тебя.

– Замолчи!

Девушка непрерывно атаковала, но Лань Юйхуэй лишь защищалась, не нападая и изящно уклоняясь, подобно маленькой рыбке, ловко плавающей в воде.

Стоявший в сторонке Шо Фэн заметил, что Хуа Цяньгу, совершенно утратив хладнокровие, наносит множество неточных ударов мечом, и поспешил преградить ей дорогу. Он крепко сжал ее руку, призывая к спокойствию.

В этот момент снаружи к ним запрыгнуло существо с головой человека и телом креветки и что-то прошептало на ухо Лань Юйхуэй. Та обрадовалась и, немного подумав, вытащила из треножника-хранилища Меч Сострадания к Жизни. Она передала его девушке.

– Милая сестричка, не злись. Я просто пошутила. Раз владыка приказал, как я могу не отдать тебе божественный артефакт?

Все так быстро изменилось, что Хуа Цяньгу и Шо Фэн застыли в оцепенении. Что за спектакль она разыгрывает?

Озадаченная, девушка посмотрела в лукаво улыбающееся лицо русалки, но все же не сдержалась и забрала меч, а потом взглянула на Шо Фэна. Тот кивнул:

– Это настоящий божественный артефакт.

– Почему ты согласилась отдать мне его? Я не собираюсь передавать тебе остальные божественные артефакты!

– Ну… Если ты так сильно против, мне не следует принуждать тебя, не правда ли? Просто в будущем замолви за меня словечко перед владыкой демонов.

Хуа Цяньгу с трудом сдерживала гнев. Пламя ярости пылало в сердце, но не могло вырваться наружу. «Совсем совесть потеряла! Ведь это она навредила наставнику и довела меня до такого состояния!»

– Пойдем! – Шо Фэн потянул девушку за собой, и они поспешили уйти. Если Лань Юйхуэй сказала правду и происшествие с кражей артефактов стало достоянием гласности, тогда времени осталось очень мало.

А быть может… его совсем не осталось.

Лань Юйхуэй, улыбаясь, смотрела им вслед, как будто бросая вдогонку: «До свидания, всего хорошего!» От ее победоносного выражения лица Хуа Цяньгу бросило в дрожь.

* * *

В мгновение ока друзья вновь вернулись на остров, где только что встречались с Ша Цяньмо. Всю дорогу Шо Фэн тянул девушку за собой, крепко сжимая ее руку и не желая отпускать.

– Шо Фэн, – окликнула его Цяньгу. Тот обернулся, по-прежнему держа ее за руку, и нахмурился.

В первую очередь девушка установила вокруг защитный барьер и световой купол, чтобы избежать непредвиденных осложнений и не позволить Лань Юйхуэй вновь подсматривать за ними. После этого она достала божественные артефакты один за другим и разложила их в ряд.

– Получается… остался только один.

– Да уж. На самом деле это непросто. Три мира так долго боролись за божественные артефакты, отнимая их друг у друга, раз за разом ввязывались в крупные сражения. Кто бы мог подумать, что ты соберешь все божественные артефакты всего за несколько дней. Вот что называется – судьба…

– Меня не волнует никакая судьба. Я лишь хочу, чтобы наставник поправился.

– Даже если всю жизнь тебя будет преследовать дурная слава, даже если тебя никто не поймет и все возненавидят, даже если придется вытерпеть нечеловеческие мучения, ты в любом случае охотно на это пойдешь?

Хуа Цяньгу подняла голову и посмотрела ему в глаза. Это были самые светлые глаза из всех, что она когда-либо видела, отличавшиеся от бездонных очей наставника, искрящиеся подобно звездам на небе. В данный момент в неизменно безмолвном, отстраненном и надменном взгляде Шо Фэна смешались самые разные чувства: боль, нежелание мириться, одиночество и жалость…

– Я не боюсь, – твердо и решительно произнесла девушка три простых слова.

– Хорошо. Прекрасно… – Голос Шо Фэна чуть дрожал. Отвернувшись, юноша добавил: – Тогда я спокоен. Запомни эту свою решимость. С чем бы ты в будущем ни столкнулась, крепись и ни о чем не сожалей…

– Я не пожалею.

Цяньгу внимательно осмотрела все божественные артефакты, не в силах представить, насколько же могущественным должен быть Повелитель нечисти, запечатанный в предметах, которые обладали такой огромной силой.

– Дунфан сказал, что, отыскав Меч Сострадания к Жизни, о местонахождении Нефрита Огня и