Энди Смайли - Адептус Астартес: Омнибус. Том I
Таурос вновь вызвал сержанта по воксу.
— Лорд-инквизитор Волк требует вашего немедленно присутствия в стратегиуме.
— Мы продолжаем удерживать позиции, — упёрто ответил Галлеас, продолжая изучать дисплей сюрвейера. — Хаксан пытается обмануть нас, убедить в том, что худшее — позади.
— Желаете, чтобы я это объяснил инквизитору? — спросил Таурос.
Зазвонили колокола тревоги. На глазах Галлеаса прямо на пути медленно идущих имперских кораблей возникли три энергетических всплеска — три рейдера класса «Идолопоклонник», запускающих свои двигатели и пробуждающих орудийные системы. В ту же секунду среди астероидов с обоих бортов «Герцогине Хеспер» замелькали огоньки.
Атака застала экипаж гранд-крейсера врасплох. Всполохи света — лучи лазеров, корпускулярные заряды и залпы макропушек — пересекли узкий проход, обрушиваясь на пустотные щиты «Герцогини Хеспер». Энергетические каскады пронеслись по многослойным полям, заставив корпус древнего корабля задрожать под градом ударов.
Завывание сирен потонуло в грохоте обстрела атакующих Корсаров. «Герцогиня Хеспер», окутанная облаками радиоактивного газа и кипящей плазмы, продолжала прорываться сквозь огонь противника. Пустотные щиты корабля держались, но помехи от попаданий сильно ограничивала радиус действия сюрвейеров гранд-крейсера. Галлеас едва разглядел первые волны маленьких абордажных кораблей, излившихся из глубин астероидных полей с обеих сторон прохода, за ними маячили грузные силуэты кораблей-маток. Флагмана Хаксана не было видно нигде, но Галлеас знал — корабль должен быть где-то поблизости. Корсары продолжали атаку, обстреливая имперцев уже с трёх сторон, «Идолопоклонники» открыли огонь лэнс-излучателями и артиллерией. Рой абордажных кораблей приближался с каждой секундой, пока ошарашенные артиллеристы «Хесперы» в спешке пытались привести свои орудия в боевую готовность. Урчание корабельных плазменных реакторов сменилось громоподобным рёвом, в ответ на запросы энергии для орудий, щитов и двигателей.
Потом правый борт крейсера внезапно озарила вспышка, когда единственный эскортный эсминец, с подходящим именем «Яростный», запустил двигатели на полную мощность и ринулся в сторону трёх рейдеров, блокировавших путь.
В отличие от «Герцогини Хеспер» «Яростный» оставался начеку в момент начала атаки, и когда ловушка вокруг крейсера захлопнулась, капитан эскортного корабля начал действовать. Под частичным прикрытием клубящихся выбросов от взрывов вдоль борта «Хесперы» «Яростный» выдвинулся вперёд и опередил гранд-крейсер, заняв позицию между ним и рейдерами противника. Этот манёвр застал врага врасплох, прежде чем канониры сумели взять появившийся эсминец на прицел, тот успел сделать торпедный залп в сторону двух рейдеров, а на третий обрушить огонь главных орудий. Лучи лазеров и гигантские снаряды пронеслись сквозь пустоту и расцвели жёлто-красными сферами, столкнувшись со щитами «Идолопоклонника», от чего те схлопнулись, но сам рейдер не пострадал.
Жестокий ответ Корсаров не заставил себя долго ждать — лучи лэнс-излучателей с трёх рейдеров сошлись на гладком корпусе «Яростного». Под таким бешеным натиском щиты эсминца рухнули за одну секунду. Хищные лучи прошлись вдоль корпуса гордого эсминца, вскрывая его палубы и вызвав детонацию реактора.
«Яростный» исчез в расширяющемся облаке раскалённого газа и обломков, спустя всего десять секунд после начала своей благородной атаки. Но финальному аккорду ещё только предстояло прозвучать, пока рейдеры рвали на куски имперский корабль, запущенные с его борта торпеды неуклонно шли к своим целям. Очереди трассирующих снарядов из защитных батарей полоснули в сторону приближающихся ракет, но прошли далеко от целей. Прежде чем артиллеристы смогли скорректировать прицелы, торпеды обрушились на своих жертв, пройдя сквозь пустотные щиты и превратив двух «Идолопоклонников» в сферы ядерного пламени.
От включившихся двигателей корабля палуба задрожала под ногами Галлеаса. Медленно, вразвалочку, «Герцогиня Хеспер» начала набирать ход, пытаясь проскочить в брешь, проделанную «Яростным». В ту же секунду ожили орудия крейсера, обрушив шквал огня на приближающихся Корсаров. Трассирующие снаряды прошили рои подлетающих абордажных кораблей, дырявя корпусы и взрывая топливные ячейки, отчего в рядах атакующих расцвели яркие вспышки. Лэнс-турель левого борта взяла на прицел одного из приближающихся Корсаров и выстрелила, обрушив поля переделанного транспортника. Рейдер попытался выполнить манёвр уклонения, резко уйдя влево, но было уже слишком поздно. Мощный залп макроорудий обрушился на правый борт Корсара, превратив последнего в пылающую груду обломков.
Галлеас хищно оскалился. У Корсаров было преимущество, но они быстро поняли, что «Хеспер» всё ещё была силой, с которой необходимо считаться. Первые абордажные корабли прошли сквозь пустотные щиты крейсера, дико маневрируя в попытках сбросить с себя прицелы имперских канониров. По правому борту в неконтролируемый штопор ушёл ещё один корабль Корсаров, попавший под мощный обстрел батарей крейсера, теперь его корпус испускал струи перегретого пара и расплавленных обломков.
«Где же Хаксан?» — недоумевал сержант. Он изучал дисплей в поисках следов флагмана предателей среди астероидов. «Бич неверных» должен был быть неподалёку, готовый выпустить Осквернителя с его бандой.
«Он умён», — подумал сержант, пытаясь найти ключ к разгадке в столбиках бегущих данных. — «Он знает, что станет целью номер один, едва появится на сцене, но ему надо выйти из астероидов, чтобы подойти на дистанцию, достаточную для осуществления телепортации».
Тем не менее, вражеского флагмана не было видно в пределах 270 градусной развёртки корабельных сюрвейеров.
Глаза Галлеаса расширились. Двигатели корабля генерировали мощнейшую турбулентность, создававшую в свою очередь слепую зону для сенсоров в направлении кормы. Обычно, корабли такого класса, как «Хеспер» сопровождались несколькими эскортными единицами, прикрывавшими слепые зоны, но сейчас…
— Таурос! Сообщи капитану Танкреду, что флагман Хаксана у нас прямо за кормой! Он движется под прикрытием выбросов наших двигателей!
Ионизация, порождённая работой собственных орудий «Хесперы» заполнила вокс-канал завываниями статики.
— Повторите, — донёсся ответ Тауроса.
Прежде, чем Галлеас успел отреагировать, мимолётное движение в дальнем конце инжинариума привлекло его внимание. Противовзрывные двери открылись, грохот реакторов поглотил звук работы открывающих механизмов. Боевые сервиторы повернулись, наводя тяжёлые болтеры на вошедших, но потом опустили оружие, распознав в полудюжине новоприбывших наивных пилигримов Дидо. Фанатики устремились внутрь грохочущего зала, трое из них прижимали к груди тяжёлые, окованные железом копии «Лектицио Дивинатус».