Геннадий Ищенко - Приговор

Лайнеры летали наполовину пустыми, поэтому он не покупал билет, пока не убедился, что успевает со всеми приготовлениями. Хоть большинство вещей было небольшого размера, их набралось много, и на борт лайнера Артон зашел, держа в руке большую и тяжелую сумку. Доставка считалась абсолютно надежной, и можно было отправить вещи ею, но так ему было спокойней. Полет до Гарта должен был длиться восемь дней, и около сотни пассажиров убивали время, используя все возможности, которые им предоставляла компания. Кто-то бродил в виртуальности, выходя из нее только для еды и прочих надобностей, кому-то больше нравились кинофильмы с эффектом присутствия. Многие пользовались бассейном или гуляли по обзорной галерее, превращенной в парк. Для мужчин были и сексуальные услуги. Артон отклонил предложения нескольких женщин Гарта познакомиться поближе и игнорировал весь остальной сервис, кроме парка, в котором проводил по полдня. Когда до прилета осталось несколько часов, он начал действовать. Забрав свою сумку, он вышел из каюты и, провожаемый удивленными взглядами пассажиров, направился к обзорной галерее.

— Кто летит на лайнере? — спросил Артон у справочной службы, одновременно отдавая команду одному из своих компьютеров.

Его не интересовал список пассажиров, а вопрос был задан для внедрения в информационную сеть лайнера. Пока справочная отвечала на запрос, разумный компьютер быстро обошел слабую защиту лайнера и выполнил все, что от него требовалось.

— Можете убрать список, — сказал Артон. — Требую связь с капитаном.

— Я вас слушаю, — связался с ним капитан. — Я Марк из рода Фарни. Какого рода услуги вам требуются?

— Слушайте меня внимательно, капитан! — сказал он. — Очень советую отнестись к моим словам со всей серьезностью! У меня с собой тепловой модуль, который без труда прожжет обшивку вашего корабля. Система аварийной эвакуации мною блокирована, поэтому вы потеряете всех пассажиров. Если попытаетесь меня убить или парализовать, взрыв выполнит мой компьютер. У него усиленная защита, поэтому сжечь не получится.

— И чего же вы хотите? — после минутной паузы спросил капитан.

Минута ему понадобилась, чтобы справиться с растерянностью и проверить слова Артона о блокировке спасательных капсул.

— Ничего такого, что вам бы было трудно выполнить, — заверил его Артон. — Вы берёте курс на систему, координаты которой я вам дам. До нее всего десять световых лет, а это полдня полета для вашего лайнера. Потом я вас покидаю на одной из капсул, а вы возвращаетесь к цели своего полета. Потратите немного энергии, которая почти ничего не стоит и даже не включается в цену билетов, день полетного времени и одну капсулу. Капсулу, конечно, жалко, но я, если получится, оплачу ее стоимость вашей компании.

— А если я вам предложу лететь на Гарт и забыть об этом разговоре?

— Не считайте меня идиотом, капитан, — сказал Артон. — Вы не сможете стереть этот разговор и он станет достоянием службы безопасности порта, а я получу на Гарте срок. Но дело даже не в наказании. Я должен попасть в нужный мне мир, а если этого не сделаю, погибнет самый дорогой для меня человек, и дальнейшая жизнь потеряет смысл. Уйти из нее вместе с вами — не самый плохой вариант. Можете думать, только не слишком долго, и постарайтесь сделать так, чтобы ко мне сейчас никто не приближался.

— Покажите модуль! — потребовал капитан.

— Пожалуйста, — ответил он, показывая трубку. — Марк, не будьте идиотом. Вы же можете включить анализатор и убедиться в том, что я вам не вру. Мне страшно не хочется умирать, но я это сделаю, если вы мне не оставите выхода. Вы, скорее всего, уцелеете, но после катастрофы будет разбирательство. Вам не простят потери пассажиров.

— Откуда вы только взялись! — зло сказал капитан. — О таких случаях даже нет записей в истории. Теперь над нами будут смеяться!

— Ваши пассажиры не будут смеяться, — возразил Артон, — они будут плакать от радости и благодарности к вам, а компания оценит ваше благоразумие и примет меры, чтобы такое больше не повторилось. А история… Теперь ваше имя в нее запишут, как единственного капитана, корабль которого угрожали взорвать.

— Вы так и будете сидеть на галерее до конца рейса? — спросил капитан. — Может, подпустите к себе стюарда с обедом?

— Я кое-что прихватил с завтрака, — отказался он. — В капсуле есть еда и питье, так что обойдусь. Не подлетайте к планете, а то вы на ней всех перепугаете. Меня устроит и граница системы. И не пытайтесь отсечь меня от своего компьютера, я это восприму, как попытку захвата. Сообщите, когда будете на месте, а капсулу я вызову сам.

— Что это хоть за мир? — спросил Марк.

— Для меня он теперь самый лучший, — улыбнувшись, ответил Артон, — а вам он вряд ли понравится.

Когда лайнер исчез, Артон приказал компьютеру спасательной капсулы найти третью от звезды планету и совершить на нее посадку, показав последовательно образы Европы, Москвы и нужного ему двора.

— Включай режим полной маскировки, — добавил он, когда звезды мигнули, и трехметровый прозрачный шар капсулы повис километрах в ста над Землей.

Внизу были обе Америки, поэтому капсула за несколько секунд облетела планету и зависла над Европой. Миг, и она уже летит над огромным городом. Поиски нужного двора заняли несколько минут. Когда возле него приземлились, стемнело и повсюду зажглись фонари. Артон выложил из сумки все, что ему не требовалось в ближайшее время, надел зимнюю одежду и, никого не увидев поблизости, вышел из капсулы.

— Заблокируй все виды связи, кроме мысленной, — приказал он ее компьютеру. — Лети на крышу вон того дома и жди в режиме маскировки. Ничьих приказов, кроме моих, не выполнять.

Теперь никто из его родного мира или Мирта не сможет найти капсулу и подчинить ее компьютер, а он не потеряет свои запасы. До подъезда Артон добрался бегом, набрал номер квартиры и нажал кнопку вызова.

— Кто? — коротко спросил голос Веры, от которого его бросило в дрожь.

— Открой бывшему заключенному, — попросил он, — иначе я начну ломать дверь.

По лестнице поднимался бегом и на площадке второго этажа встретился с бросившейся ему на грудь Верой. Подхватил ее на руки, так же бегом поднялся к квартире с брошенной открытой дверью и вошел в прихожую. Здесь Артон поставил свою ношу на ноги и принялся торопливо снимать шубу. От остальной одежды оба освободились уже в комнате. Никогда за всю богатую сексуальным опытом жизнь он не испытывал ничего подобного тому, что сейчас было с Верой. Они успокоились только через два часа, когда у Артона совсем не осталось сил.