Беглянка №0 для звёздного командора - Алекс Скай

— Но я хотя бы не начну с того, что лишу их выбора ради их же безопасности.

Мара покачала головой.

— Вы по-прежнему думаете, что выбор существует отдельно от последствий.

— Нет. Я думаю, что последствия не дают вам права владеть чужим выбором.

— Красиво.

— Не особенно. Просто неудобно для людей, которые привыкли решать за остальных.

Рейнар чуть повернул голову. Элара почувствовала его взгляд, но не посмотрела. Мара заметила и это. Она вообще замечала слишком много.

— А вы? — спросила она Рейнара. — Уже решили, что теперь будете делать всё правильно?

— Нет.

Ответ прозвучал спокойно.

— Наконец-то честность, — сказала Мара.

— Я решил только, что больше не буду использовать слово «правильно» как замену вопросу «кто имеет право решать».

Мара задержала на нём взгляд.

— Это она тебя изменила?

Рейнар не ответил сразу. Элара почти ожидала привычной реплики о семи годах, ошибках и том, чему человек успел научиться. Но он сказал:

— Нет. Она заставила меня заметить.

Что-то внутри Элары болезненно и тепло сжалось. Не романтика фразы задела её, а то, что Рейнар не делал её причиной собственного изменения. Она не была обязана его исправлять. И он наконец это понимал. Мара отвернулась первой.

— Вы оба очень уверены, что всё закончилось.

Кайрен ответил:

— Нет. Именно поэтому никто здесь этого не говорил.

Офицер Совета закрыл документ.

— Сейл, вы должны передать все личные командные архивы, копии служебных журналов и ключи доступа, относящиеся к Керренскому сектору.

— Уже передала.

— Будет проведена проверка полноты.

— Разумеется.

Она произнесла это без раздражения. Элара почти могла представить, почему Рейнар когда-то ей доверял.

Мара была из тех людей, которые не нуждались в повышенном голосе, чтобы заполнить собой помещение. Она не суетилась, не оправдывалась, не пыталась спрятаться за процедурой, когда та больше не работала. Она действительно считала себя правой.

В этом заключалась самая неприятная часть. Не злодей, которого можно разоблачить одним доказательством. Человек, построивший целую моральную систему, внутри которой семь потерянных лет Элары превращались в приемлемую цену. Мара посмотрела на неё ещё раз.

— Я не прошу тебя понять.

— Я и не прошу.

— Когда появится двенадцатый узел, ты вспомнишь этот разговор.

Элара почувствовала, как напрягся Рейнар. Кайрен тоже услышал формулировку.

— Почему двенадцатый? — спросил он.

Мара слегка улыбнулась.

— Потому что вы всё ещё считаете одиннадцать окончательным числом.

— А это не так?

— Я не знаю.

— Удобный ответ, — сказала Элара.

— Честный.

Мара позволила сопровождающему офицеру подойти ближе. Перед уходом она остановилась рядом с Рейнаром. Они молча смотрели друг на друга. Пять лет службы. Семь лет последствий. Слишком много общего прошлого, чтобы одна разоблачённая операция могла превратить его в ничто.

— Ты был хорошим офицером, Касс, — сказала Мара.

Рейнар не изменился в лице.

— Поэтому вы меня и использовали.

— Поэтому я думала, что однажды ты поймёшь.

— Понял.

На мгновение в её взгляде появилось ожидание. Рейнар добавил:

— Только не то, на что вы рассчитывали.

Мара ушла. Дверь закрылась. Элара ещё немного смотрела на пустое место, прежде чем почувствовала, что впервые после возвращения может произнести имя Мары и не получить в ответ новый вопрос.

Не всё было известно. В программе оставались пробелы, в Седьмом контуре — ещё больше: не было имени женщины, чьё тело использовали в подмене, полного списка людей, которых отслеживали параллельно Варну, ответа на вопрос, кто создал древнюю сеть.

Но личная часть истории наконец обрела контуры. Элара знала, почему Рейнар не пришёл, кто отправил его в другую сторону, почему сработала подмена и зачем её привезли в Керрен. Самое тяжёлое тоже стало ясным: Рейнар её не предал.

Он жил внутри системы, которой доверял, и однажды эта система использовала его доверие лучше, чем он сам. Это не делало Рейнара невиновным во всём, не обесценивало её боль и не отменяло того, что в нужный момент он выбрал приказ. Зато теперь Элара могла злиться на настоящий поступок, а не на чудовище, которое неизвестность дорисовывала все эти годы.

Кайрен подошёл к ним после того, как последний офицер вышел.

— Есть ещё один вопрос.

Рейнар посмотрел на него.

— Какой?

— Твой статус.

— Что с ним?

— Ты самовольно покинул «Ауригу», использовал закрытые военные маршруты, предоставил командный доступ лицу без действующего допуска, не отвечал на связь дольше согласованного времени и вмешался в работу государственной архивной системы.

Элара подняла брови.

— Когда вы перечисляете так, звучит впечатляюще.

— Я специально.

Рейнар выглядел совершенно невозмутимо.

— Продолжай.

Кайрен выдержал паузу.

— И спас ситуацию от гораздо более серьёзной ошибки.

— Поэтому?

— Поэтому формальное расследование будет.

— Я не просил другого.

— Знаю.

— Тогда в чём вопрос?

Кайрен посмотрел на Элару.

— Вы хотите, чтобы он оставался вашим официальным представителем в расследовании Керрена?

Элара не ожидала. Рейнар тоже. Она повернулась к нему. Он не ответил. Ждал. Разумеется.

— Нет, — сказала Элара.

Кайрен кивнул. Рейнар остался неподвижным.

— Хорошо. Продолжай.

Элара продолжила:

— Я не хочу, чтобы Рейнар представлял меня.

Он перевёл взгляд на неё.

— Я хочу представлять себя.

Теперь Кайрен улыбнулся.

— Это я и надеялся услышать.

— Но мне нужен доступ к материалам.

— Получите.

— Полный.

— К тем, которые касаются вас, Керрена и подмены — полный.

— И к спискам программы.

Кайрен стал серьёзнее.

— Там могут быть данные других людей.

— Тогда без их личной информации. Мне нужна архитектура программы.

— Согласен.

Элара кивнула.

— Тогда да.

— Что да?

— Рейнар может работать рядом. Не вместо меня.

Кайрен посмотрел на командора.

— Устраивает?

— Меня никто не спрашивал.

Элара повернулась.

— Только что спрашивают.

Он позволил себе паузу, будто действительно обдумывал.

— Устраивает.

— Как трогательно, — сказал Кайрен.

— Уходи.

— Это мой корабль.

— Тогда уйду я.

Кайрен рассмеялся. Элара впервые увидела Рейнара почти смущённым. Совсем немного. На долю секунды. И решила сохранить это воспоминание. Не как архив. Как своё.

Через два часа Элара стояла у стекла в том самом переходе «Ауриги», где месяц назад впервые поняла, что корабль может быть одновременно убежищем и клеткой. У двери больше не было охраны. Никто не спрашивал, куда она идёт.

На терминале висели три доступных