Три звезды Форгетона - Настя О
Пора было переодеваться и идти на кухню. Я специально не спрашивала у Двайра, что он успел притащить к себе домой из еды за ночь. Не знаю, как у них обстояли дела с доставкой продуктов, но что-то мне подсказывало, что на нашем ужине непременно окажутся мамины заготовки. Усмехнувшись своим мыслям, я отправилась смотреть, что для меня приготовил Двайр.
Надо сказать, в его доме мне нравилось гораздо больше. Наш папа оказался тем еще барахольщиком и притащил, кажется, трофеи из всех своих экспедиций. В моей комнате, к примеру, соседствовали разноцветные подушки, раскиданные по идеально чистому полу, и какие-то подставки с непонятными чучелами, явно взятые из не самых развитых миров. Но все это удивительным образом придавало пространству уют. Складывалось впечатление, что именно местам, схожим с моим домом, Двайр отдавал наибольшее предпочтение.
Вот и на кровати, к которой я отправилась, лежало большое покрывало с очень знакомым рисунком. Как будто его доставили с Земли специально для меня. Судя по состоянию ткани — еще и недавно. То есть из своей последней «экспедиции» наш папа привез не только семью, но и кое-какие приятные глазу мелочи.
Сверток с одеждой лежал на покрывале. Когда я его открыла, на губы сама собой напросилась предвкушающая улыбка.
Все-таки мужчины любили глазами, даже если любили безусловно и без сомнения. Двайр захватил с Земли мое бежевое платье, в котором я встречала новый год, когда мы все вместе ютились на маленькой кухне. Рядом с кроватью обнаружились удобные тапочки-лодочки, в которых одновременно оказалось и удобно, и тепло.
Переодевалась я молниеносно — все детали вечернего образа оставались до боли знакомыми. К кровати примыкала небольшая тумбочка — почти как на Земле. В ней я обнаружила расческу и заколки для волос.
А еще я поняла одну простую вещь.
Не я одна планировала закончить сегодняшнее свидание в одной постели.
И это было замечательно.
ГЛАВА 17
За привычной работой время пролетело незаметно. Когда за большим окном начало темнеть, я просто сделала освещение на кухне чуть ярче. К тому моменту я успела понять, что Двайр все-таки полагался не только на мамину предусмотрительность. Но будить его не хотелось, поэтому я решила готовить на глаз.
На кухне оказалось много разных продуктов. Похоже, наш папа не спал гораздо больше, чем половину ночи. Впрочем, если он летал за провиантом сам, возможно, это заняло не так много времени. Но ведь нужно было все еще и разложить.
Судя по тому, что оказалось в холодильной нише, Двайр предусмотрительно набрал больше овощей и немного мяса. Десерт, очень похожий на желейный торт, я оставила там, где он и находился, а вот интересные фиолетовые стебли и очень похожие на персики шарики достала. На Форгетоне многое оказалось похожим на Землю — с поправкой на собственные оттенки цвета, конечно. Я отыскала и йогурт, и что-то, отдаленно напоминающее кусок сыра, и даже копченое мясо. Разложила, как считала нужным, и осталась довольна своей работой. Очистка поверхностей здесь тоже осуществлялась с помощью плавного движения по столу: активировались специальные индикаторы, которые поглощали крошки и отправляли в неведомый мне сборник где-то внизу.
Отчасти поэтому, скорее всего, мебель и монтировалась прямо в пол — чтобы оставалась связь с вот такими замысловатыми уборщиками.
Руки после работы я помыла с помощью парового душа у окна. Расставила приготовленное и уложенное в тарелки на большом прямоугольном столе. Вопрос вызывала только странная жидкость, по консистенции походящая скорее на кисель. Она находилась в герметичной емкости в холодильнике, больше напоминавшей бутылку, поэтому я подумала, что это может быть и специя, и все, что угодно. Я решила не трогать ее до появления Двайра.
Наш папа после этого не заставил себя ждать: пришел на кухню уже переодетым в брюки и свитер. Почти как на новый год, только по-форгетонски: здесь в моде были переливающиеся оттенки ткани, даже если из нее был сделан обычный коричневый джемпер.
— Ничего себе ты выдумала сочетания! — присвистнул он, разглядывая стол.
Такой же нежно-песочный, как и все вокруг.
— Вы не едите салаты? — насторожилась я, оглядывая порезанные фиолетовые стебли.
— Не ели до этого момента, — подняв палец вверх, поправил меня Двайр. — А теперь точно начнем! У нас как-то в моде больше раздельное питание.
— То-то вы все такие красивые и подтянутые, — проворчала я беззлобно.
— Ты так считаешь? — заиграл бровями Двайр.
— А то ты не в курсе!
— Я — нет. Но очень хочу быть.
— Тогда садись. И выкладывай, что ты планировал для нашего свидания.
— Так сразу и не расскажешь…
— Я все еще жду!
Двайр воровато осмотрелся по сторонам и, кажется, нашел, на что можно перевести мое внимание:
— А где сиарра?
— Си — что?
— М-м-м, все ясно. Сейчас покажу. Бокалы достала, а сиарру — нет.
Это пиалы он назвал бокалами, да? Какое интересное сравнение! Двайр, тем временем, поднялся из-за стола и отправился к холодильному отсеку. И достал оттуда… ту самую желейную бутылку, которую я побоялась брать!
— Вот это — сиарра, — гордо заявил он. — Форгетонский напиток, которому нет аналогов во всей Вселенной.
— Алкоголь? — прищурилась я.
Двайр покачал головой:
— Нет, что ты. Это вода из особого источника нашей планеты, обогащенная соками местных фруктов. Аугама придает ей некоторую вязкость, но самое интересное находится даже не в процессе дегустации. Самое интересное — это когда ты наливаешь сиарру в бокал.
— Ее надо наливать каким-то определенным образом?
— Нет. Смотри. Сейчас увидишь сама.
С этими словами Двайр подошел к столу, присев рядом со мной, и пододвинул одну из пиал ближе. На бутылке оказался потайной замок, который Двайр ловко поддел пальцем, после чего крышка с хлопком