Таверна на прокачку 8 - Олег Валентинович Ковальчук
— Ого, — сказала Вера, разглядывая мёртвый круг. — Это ты сделал?
— Ага, — ответил я, но тут же осёкся.
Птичка вдруг зависла передо мной, отчаянно хлопая крыльями. Она явно хотела, чтобы я остановился.
— Что не так? — спросил я.
Птичка тут же метнулась к густым зарослям, и я последовал за ней.
Вера направилась за мной, а там и Ника, которая с возмущённым видом жевала осквернённую пернатой вкусняху. Лакомство она бросать не собиралась, но явно демонстрировала, каких душевных мук ей это стоит.
Птичка уселась на ветку, кивая клювом и будто указывая, куда мне нужно встать. Я подчинился, и в следующий миг замер.
С другой стороны поляны показался спасённый мной олень. Сначала появились величественные рога, а затем и могучее тело.
— Это что за гигант? — восхитилась Вера.
Птичка тут же сорвалась с ветки и, пролетев рядом с девушкой, хлестнула крылом той по губам.
Вера ойкнула, а я вполголоса сказал:
— Кажется, сейчас лучше не шуметь.
Олень встал с обратной стороны дуба, и повёл головой с царственным достоинством. В который раз у меня перехватило дыхание от восхищения этим существом.
Наконец, он будто случайно, поглядел на нас. Взгляд его задержался лишь на миг, и он тут же отвёл морду.
Серебристо-серая шкура засверкала в солнечных лучах, и Вера восхищённо вздохнула. Кажется, она только что поняла меня, и явно разделила моё мнение.
Корона рогов, отливающая тёплым золотом в пятнах солнечного света, стала опускаться. Олень осторожно понюхал молодой дубок с пепельно-серыми листьями.
Я вдруг увидел, что бок, который я вчера латал, был гладкий, и без малейшего следа ранения. Заднюю ногу он больше не поджимал.
— Макс, — очень тихо сказала Вера. — А ведь это дикий зверь.
— Знаю я. — прошипел я.
— Это может быть опасно. Давай лучше отойдём, вдруг он начнёт защищаться. Я в интернете такого насмотрелась.
— Здесь интернета нет, — прошипел я, не отрывая глаз. — Просто стой и смотри. Когда еще такое увидишь. Он не нападёт.
Сам не знаю, откуда знал это, но уверенность во мне была железобетонная.
Зато он вдруг повернулся к нам другим боком, и стал вглядываться в заросли, будто кого-то ждал.
Ника у меня на плече вдруг испуганно пискнула и вжалась в шею.
— Макс, — прошептала Вера.
— Тихо.
Олень переступил ещё раз, развернулся боком и выставил рога в сторону зарослей.
Я вглядывался туда, и никак не мог понять.
А в следующий миг я стал различать движение. Только не там, куда направил рога олень, а сбоку. Я пригляделся и глазам не поверил, будто изображение стало рябить. Полупрозрачные очертания стали складываться в фигуру, что медленно припала на передние лапы, а потом…
Из зарослей на олень бросился огромный волк.
Он вылетел бесшумно, серой стрелой, и я разглядел его только в полёте. Волк был матёрый, с бурой полосой по хребту. Его плечи были шире моих.
Хватило одного взгляда, чтобы понять, это не простой волк.
Такие волки не бросаются на оленя, который вдвое их тяжелее.
И у этого монстра на боку, чуть ниже лопатки, темнел бурый след. И я готов спорить, что это рана от удара острым копытом.
Дальше всё происходило быстро.
Олень не побежал.
Он стремительно развернулся корпусом и смог увернуться от броска. Причём скорость поражала. Такого не ждёшь от подобной махины.
Волк метил в горло, но не достал. Зубы щёлкнули впустую, а следом передние копыта встретили замешкавшегося хищника.
Удар оказался очень мощным.
Звук залил поляну
Рычащего волка отбросило шагов на пять, он покатился через голову и тут же вскочил, оскалился и пошёл кругом, припадая на переднюю лапу.
Он явно заходил на новую атаку.
Он не лез в лоб, а кружил, заходя с боков. Дважды бросался и оба раза отскакивал раньше, чем копыто доставало.
При каждой атаке, глаза волка вспыхивали холодным светом, они становились призрачно голубыми. А вот и его яд…
Волк сам был ранен, терял силы, но неустанно выматывал противника, выжидая, когда тот совершит ошибку.
Вот только не на того он напал. Если в первую встречу он смог застать оленя врасплох, то теперь роли поменялись. На этот раз олень с ним играл.
Я прекрасно понимал, если бы я в этом лесу встретил этого монстра, я бы даже пискнуть не успел. А олень играется…
Олень будто нарочно подставлялся. Открывал то левый бок, тот самый, который я латал, то шею. Поворачивался нарочито медленнее, чем мог. Он будто предлагал: давай же, рискни. Ты же хочешь вкусного мяса.
И волк не выдержал.
Он рванулся в очередной раз, и на этот раз решил не отскакивать. В этот рывок, он вложил всё. Его когти и клыки вспыхнули и будто удлинились. И в этот самый миг олень ответил.
Он будто поезд рванул навстречу с умопомрачительной скоростью. Рога оленя засияли золотом. А в следующий миг, олень поднырнул под летящего хищника и пронзил его грудь и бок. Рога прошили хищника насквозь.
Раздался удивлённый рык. Видимо, этот волк давно разучился взвизгивать.
Огромного, тяжёлого волка подняло над землёй и олень, не останавливаясь, пронёс его через всю поляну. Он будто гладиатор на арене, красовался перед публикой и демонстрировал свою победу.
Хищник явно был оглушён, и вяло пытался сопротивляться, хотя с каждой секундой приходил в себя.
Описав круг по поляне, олень вдруг развернулся, устремился к дубу и вбил противника в могучий ствол.
Кажется, с волком покончено.
Кора дуба треснула. По ней потекли горячие струйки крови.
Волк, будто получив заряд сил, вдруг забился, заскрёб лапами по стволу, стал дёргаться. Он извернулся, пытаясь достать зубами, но лишь себе сделал хуже, и кровь обильнее потекла по коре.
Несмотря на сопротивление волка, олень замер, да так и стоял, упёршись всеми четырьмя ногами. Склонив голову, держа волка на рогах, будто вручая жертву лесному божеству.
Чего он медлит. Волка надо добивать! Он же восстановится потом и вернётся. А тут нужно лишь одно движение! Или я чего-то не понимаю?
Вера судорожно вздохнула. И я её прекрасно понимал. Ни один кинотеатр не покажет таких спецэффектов.
И тут до меня дошло.
Он не добивает, потому что это не его дело. Меня буквально привели за ручку сюда. Чтобы я оказался здесь и сейчас и завершил дело.
Он поймал опасного зверя и преподнёс мне на блюдечке. Иначе, у меня такое просто