Дмитрий Индианов и Человек-летучая мышь - Никита Переста

— Нооооооо, лошадка! Ахахаха. Хьюз, передай кнут Джинни, пусть подгоняет его в пыточную!

Униженный парень в слезах с кляпом во рту пополз на четвереньках. Его спина едва тянула Юлю, которая лупила его по голове, представляя, что это загривок лошади. А Джинни кнутом порола сзади, указывая направление... Деревенские в экстазе ревели от зрелища!

***

Пыточная представляла из себя подземелье грозного вида под одной из хижин. Перед пытками девчонки вымыли бывшего Бэтмена ледяной водой из шланга... На него надели маску Бэтмена — для развенчания мифа о Могучем Тёмном Рыцаре! А затем посадили Славу на «Деревянную лошадку»! Это устройство состояло из деревянной балки шириной в ладонь, которая была украшена подобием конской головы. Балка находилась в полутора метрах от земли, так что ноги мужчины не доставали до пола и к ним можно было подвешивать дополнительные грузы.

Лиззи, Зулейха и Карен связали парню руки за спиной и подняли его над балкой. Джинни накинула на его мошонку удавку из тонкой верёвки, затянула и, пропустив между ног, обвязала концы вокруг его пояса. Таким образом, яички несчастного оказались притянуты к его телу между ногами. После этого, девушки отпустили его, так что он упал, сев верхом на балку. Славик тут же взвыл, так как его мошонка оказалась придавленной весом всего тела. Удавка надетая на него Джинни, не позволяла его яичкам выскользнуть из-под него. Маклаков выгнулся от боли, пронзившей его. Чтобы заставить его сидеть прямо на шарах и не позволить свалиться с этой адской лошади, к его ногам подвесили тяжёлые мешочки с песком. Давление на яйца пленника стало невыносимым, из-под маски постоянно текли слезы. Эта бесконечная боль заставила его скулить, корчась на спине «лошадки».

— Ну и где теперь твой норов и мужская доблесть, суперх#й? Ахахахаха!

— Да не было у меня их никогда! Я всегда был жалким существом, которого все, кому не лень, унижали! АААА! Пожалуйста, девочки... Прости меня, Джинни... Я сделаю всё, что захочешь. Отдам все деньги. Я не хотел зла Дмитрию, я был вынужден его убить. Меня обманули. Я каюсь за свои грехи! А ты, Лиззи, зачем ты так со мной? Я тебе так лизал!

Мучительницы лишь посмеивались, смотря на то, как успешный стартапер в бреду ноет и исповедуется. Он извивался, тщетно пытаясь ослабить давление на шары. Лиззи пнула ногой по балке, на которой сидел истязуемый, и Слава завопил с новой силой, когда вибрация балки отозвалась взрывом боли в паху. Такова была её плата за чудесный кунилингус!

Спустя три часа его сняли с балки... Раскалённой кочергой Карен выжгла у него на попе надпись «УБИЙЦА» и эмблему «Фемварта»!

***

Ночь он провёл голым в специально вырытой яме, а утром избитого и с посиневшей мошонкой Славика притащили в хижину, где на кресле сидела Юля, положив ногу на ногу. За креслом с бравой осанкой стояла Джинни, убрав руки за спину. Юля снова косплеила Лару Крофт. Даже полумёртвый сквозь веки, залитые кровавой пеленой, увидев её обнажённый бёдра, пленник восхитился красотой, и его член предательски встал! Жена, увидев это, зловредно рассмеялась:

— Наслаждайся своим корнишоном, пока он у тебя есть, а то ведь скоро его может и не стать!

Его поставили перед ней на колени. Парень униженно склонился, не в силах смотреть в глаза... Из последних сил промычал:

— Что Вы хотите, Юлия Дмитриевна?

Она презрительно посмотрела на него.

— Вячеслав, вставай на четвереньки, жопу к верху и ползи сюда и полижи мне сандалии!

«О, господи… Меня пороли плетьми с шипами, клеймили, избивали, сжимали яйца… Но она всё ещё требует унижений! Я же не муж для неё теперь, а всего лишь мерзкий убийца её отца».

— Быстро, Корнишон! Ещё устроить плетей?

— Нет, Сара... Юля, не надо, я всё сделаю для тебя, любимая…

Он заплакал. Встал на четвереньки... И пополз к Юле. Как же это комично выглядело со стороны: мужчина, залитый кровью, весь в порезах, еле живой с раздолбанным задом к верху, кряхтя, ползёт к своей Богине, которая обманула его и так поступила с ним. Из «одежды» на Маклакове было только обручальное кольцо на пальце. Она его тоже не сняла. Всё лишь ради издевательства... И он лизал её сандалии, полностью проглатываю землю и грязь...

— Сейчас ты подпишешь документы о том, что компания «Эхолот» и права на «Индимак» переходят в мою собственность. Я же дочь основателя, забыл? И имею на это полное право. У тебя никаких прав нет. А в качестве морального ущерба ты перепишешь на меня всё твоё имущество — квартиры, машины, активы… Твоей матери ничего не достанется, кроме того, что уже есть. А у тебя останется лишь голое тело и твои мерзкие яйца. Мы выкинем тебя на необитаемом острове, где когда-нибудь ты умрёшь как крыса, Корнишон, но сейчас я сохраню тебе жизнь в обмен на ВСЁ.

— Хорошо… Я подпишу…

Голос парня дрожал.

— Вот и чудненько…

Она взяла в руки колокольчик. На звон вновь пришли охранники в бронежилетах и масках, а также подкупленный нотариус с огромной папкой бумаг и тайка бальзаковского возраста, похожая на жабу, в роли секретаря. На её лице был такой же белый грим, что и у китайского фрика в зимней Москве. И, самое главное, такая же широченная весёлая улыбка!

Маклаков всё подписал, не глядя...

— Ты можешь идти.

Нотариус кивнул и вышел. Юля сделала жест рукой охранниками, и они схватили мужа за локти. Тайка стала что-то записывать в блокнот.

— Чиа, Приговор Королевы такой: казнить Вячеслава Маклакова за убийство Дмитрия Индианова. Казнь состоится завтра в 9 утра. Подготовить Маклакова к казни следующим образом: помазать раны и распухшие яйца мазями, чтобы эта мразь не сдохла раньше срока. Его тело обернуть цепями для ухудшения кровотока для придания больших мучений. На член и яйца надеть пояс верности, больше ему никогда не придётся дрочить. Посадить в яму под присмотром охраны. Казнить путём публичного унижения на главной площади — яйца раздавить специальным инструментом, Затем его член сожмёт робот производства его же компании... Член отломится, когда убийцу будут вешать на виселице!

Славик в ужасе стал брыкаться, но охранник дал ему увесистого леща!

— НО ТЫ ЖЕ!

Юля насмешливо улыбнулась. Её голос был сладок, как никогда!

— Я говорила только о текущем моменте, что сохраню тебе жизнь и член. После этого уже не нужен