Инженер в замке верховного мага - Лана Беспечнова
Ждать, пока он вернётся, я не собиралась. Я выбралась из укрытия, быстро пересекла башню и выскользнула на винтовую лестницу.
Теперь вопросов стало только больше. Элайла уже ходила этим путём, а сегодня туда же отправился Виктор. Оставалось выяснить, куда он ведёт и что именно они оба там искали.
Глава 23
До своих комнат я добралась без приключений, заперла дверь и только тогда разжала ладонь. На коже лежал клочок тёмно-синего шёлка.
Я положила его рядом с запиской Элайлы и ещё раз перечитала пометки: «Лаборатория — только с хозяином. Годфри — ключи. Старая башня — проверить». На обороте оставалось самое непонятное: «Лаборатория — не там».
Теперь хотя бы часть этой головоломки складывалась. Элайла добралась до старой башни, нашла скрытый проход и, судя по клочку платья, успела им воспользоваться. Виктор тоже знал о проходе и пришёл туда с планом. Значит, оба искали что-то в старой части замка, а лаборатория Изара, куда я уже однажды умудрилась вломиться, была не тем местом.
Я спрятала записку и шёлк на дно шкатулки под украшениями. Лезть следом за Виктором сейчас было бы верхом идиотизма. Оставалось ждать, когда он вернётся, и постараться понять хотя бы, заметил ли что-нибудь.
К ужину я не вышла. Сказала Лизи, что устала, получила в комнату суп, хлеб и жареное мясо и почти ничего не съела. В голове всё время крутилась старая башня. Если проход соединял её со старой частью замка, Виктор мог выйти совсем в другом месте, и тогда я даже не узнаю, сколько времени он провёл там.
Об этом мне посчастливилось узнать примерно через час.
— Миледи, лорд Виктор спрашивает, можете ли вы его принять.
Я как раз снова достала шкатулку, собираясь изучить свои сокровища, и едва успела убрать её и схватить со столика первую попавшуюся книгу.
— Пусть входит.
Виктор появился через минуту. Как всегда безупречный: светлый камзол, белоснежный шейный платок, ни пылинки на сапогах. Можно подумать, весь вечер просидел возле камина, а не шарился по заброшенной башне.
Он дождался, пока за Лизи закроется дверь, подошёл ко мне и улыбнулся.
— Прячешься от меня, дорогая?
— Устала.
— Как жестоко.
Виктор опустился на подлокотник моего кресла, слишком близко, привычным движением убрал волосы с моего плеча. Я только сильнее вжалась в спинку.
Его пальцы задержались на моей шее.
— Раньше ты встречала меня немного радушнее.
От сладкого цветочного запаха его одеколона начало мутить. Я непроизвольно дёрнулась.
Что-то нехорошее шевельнулось в его глазах. Он медленно убрал руку.
— Вот как?
Я промолчала.
Виктор взял книгу, которую я всё ещё держала перед собой, посмотрел на неё, перевернул и, ухмыльнувшись, отбросил на столик.
— Память не вернулась?
— Нет, — проговорила я, не сводя с него глаз.
Некоторое время он разглядывал меня с любопытством, чуть прищурившись. Как кот, который ещё не решил, играть с мышью или сразу придушить.
— Перед отъездом ты обещала закончить кое-что. И я дал тебе достаточно времени.
Я вскинула голову, но быстро снова опустила взгляд на свои руки.
— Я не помню.
— Ты повторяешься, — лениво пропел он и провёл по моей щеке рукой, затянутой в белую перчатку. Как кобылу погладил.
— Что именно я должна была сделать?
Виктор усмехнулся.
— Не надо.
— Что?
— Не надо проверять, насколько я глуп. Если ты действительно ничего не помнишь, мои объяснения тебе не помогут. А если врёшь, тем более.
Он поднялся и прошёлся по комнате. Я наконец смогла нормально вдохнуть.
— Последний раз ты просила ещё несколько дней. После этого заболела и перестала отвечать на мои письма. Теперь изображаешь примерную супругу. Любопытное преображение.
Я следила, как он расхаживает по комнате. Разумом я пока ещё держалась, но тело Элайлы явно помнило этого человека лучше меня. Стоило ему приблизиться, как мышцы сами напрягались, а сердце начинало колотиться.
Мерзавец словно почувствовал это и резко повернулся.
Он улыбнулся и снова наклонился. На этот раз я не успела отвернуться. Пальцы жёстко сомкнулись на подбородке и заставили меня поднять голову.
Я мотнула головой, но хватка только усилилась.
— Бедная моя Элайла. Ты, наверное, давно не встречалась с господином Крейгом.
Сердце сорвалось в галоп раньше, чем я успела понять почему.
Чёртовы старые реакции.
Я сразу решила: если он захочет отвести меня к этому Крейгу, тащить придётся волоком. Хотя в замке моего законного супруга я всё-таки была хоть в какой-то безопасности. Наверное.
Большой палец медленно прошёл по щеке. Меня передёрнуло.
— Неужели и его забыла? А ведь в прошлый раз ты так просила меня забрать тебя оттуда.
Вот теперь мне стало страшно уже самой.
Виктор низко наклонился, почти касаясь моего лица. Цветочный запах стал удушающим.
— Помнишь, как благодарила? Как обещала больше не упрямиться?
Я смотрела на него и молчала.
Понятия не имею, что господин Крейг делал с настоящей Элайлой. Судя по всему, ничего такого, что хотелось бы повторить.
А Виктор наслаждался каждой секундой. Мило так улыбался. Словно болтал со старой подругой о приятной совместной поездке.
Этот мужик теперь серьёзно меня пугал. Я даже бросила быстрый взгляд на камин. Может, отпихнуть его и огреть кочергой? Правда, рядом с ним я была как пушинка, так что план получался сомнительный.
Он наконец отпустил мой подбородок, продолжая всё так же нависать надо мной.
— Вот и хорошо. Значит, кое-что мы всё-таки понимаем друг о друге.
— Что вы хотите? — всё же спросила я.
— Результат.
И всё.
Видимо, Элайла должна была знать, о чём речь. Я решила не испытывать судьбу вторым вопросом. Из замка он меня силой не вытащит. В крайнем случае поселюсь под боком у Изара. Почти буквально, если понадобится.
— Мне нужно время — На его недоумённый взгляд я откашлялась.
Он снова наклонился. Я задержала дыхание. Он бы хоть одеколон поменял, что ли.
— У тебя его почти нет, — ласково он прошептал мне на ухо.
А потом поправил выбившуюся прядь возле моего виска. Почти нежно. От этого стало ещё противнее.
— Ты всегда становишься очень разумной, когда перестаёшь спорить.
Он направился к двери, словно только что мы мило поболтали о погоде. Уже взявшись за ручку, Виктор обернулся.
— Твой отец тоже ждёт результата. Думаю, ему будет неприятно узнать, что болезнь сделала его дочь бесполезной.
Дверь закрылась.
Я ещё несколько секунд сидела неподвижно, прислушиваясь к удаляющимся шагам, а потом осторожно коснулась подбородка.
Ну что ж. Теперь